Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 90
Англичанин опробовал лезвие ножа на голенище.
— Нужно очистить тушу от шерсти и блох.
Убитый зверек походил на пушистого поросенка. Баррет перерезал добыче горло и выпустил кровь (ее тут же обсели мухи), потом рассек шкуру от ануса до шеи, выбросил прямую кишку, часть трахеи и внутренности.
— Ты прирожденный свежевальщик, — насмешливо заявил Эрнандо.
— Молчи или делай грязную работу сам.
— Я устал.
Вид у Ланды и впрямь был неважный. Куда-то исчез весь его апломб, глаза ввалились и глядели тускло. Он сумрачно рассматривал насаженные на колышки куски мяса.
— Костер горит слишком слабо.
— Какого дьявола, приятель! Ты сам видишь, как здесь сыро — мокрая земля или грязная вода внизу, свежие ветки вместо топлива, а небеса то и дело сыплют дождем.
— Слишком слабо горит костер.
— Перестань повторять одно и то же.
Баррет подбросил в огонь ветку посуше. Неряшливый клуб дыма расползался во все стороны, пробиваясь сквозь зелень к небу.
Ланда, не отвечая, снял кусок мяса с костра, вцепился в него зубами и складным ножом отрезал то, что не поместилось в рот.
— Не хватает соли, а в общем, сносно.
Он прожевал свой кусок и вдруг согнулся в приступе мучительной рвоты.
— Питер, собака, ты меня отравил.
Ошеломленный Баррет покачал головой.
— Ну нет. Такие шутки с отравой не в моем вкусе — пуля гораздо удобнее и вернее.
Ланда то ли поверил, тот ли нет — он скорчился, обхватил колени руками и больше не смотрел на сообщника. Смеркалось. Стая насекомых слетелась на свет костра, плясала рваным облаком и соперничала с дымом.
— Мне плохо. Я болен.
Баррет уже понял, что с испанцем происходит неладное — глаза Ланды неестественно блестели, сухая кожа лица пылала.
— Эге, у тебя жар и озноб.
— Это уж точно — мне то холодно, то кажется, будто внутри черепа разожгли костер. Так странно, Питер, — яркий костер горит внутри меня, и огонь неугасимый обжигает, но не убивает и не согревает…
— О черт! Снова жевал листья?
— Нет. Мой запас кончился еще в Веракрусе.
— Значит, у тебя лихорадка — болезнь, которая происходит от болотной вони. — Баррет сумрачно оглядел испанца. — Ты чертовски похож на покойника, Эрнандо. Не стану скрывать, ты чертовски на него похож.
Ланда скорчился, устроившись подальше от сообщника, и закутался в плащ — несмотря на теплый воздух тропиков и жар наконец-то разгоревшегося огня, его опять колотил сильный озноб.
Свежие ветви шипели, корчились, и потревоженный влагой огонь метал острые искры во все стороны.
— Господи, скорее бы кончился этот проклятый лес… Не подходи ко мне, Питер! Слышишь? Ты что-то задумал, какую-то подлость. Не смей подходить!
Стояло затишье, ветра не было, запах речной воды смешивался с дымом костра. Из леса доносились подозрительные звуки, но Ланда даже не обернулся на них — его зрачки оставались прикованными к англичанину.
— Да больно ты мне нужен, — хмуро отозвался Баррет. — Я тебя пальцем не трону. Пройдусь немного и устроюсь на ночь в другом месте, покуда еще не совсем стемнело.
— Решил меня бросить?
— Ага. Отдай-ка мне карту.
— Не отдам.
— Ладно. Я сам ее заберу.
Баррет вытряхнул содержимое мешка Ланды прямо на зыбкую почву и принялся по одному перебирать предметы.
— Я не злопамятен, поэтому оставлю нож и половину сухарей…
— Не смей трогать карту.
— Да брось, Эрнандо, ты ведь уже труп, который пока еще дышит, но скоро начнет гнить… Ага, вот она, моя карта. Я забираю ее. Не поминай лихом, друг.
— Питер! Ты не можешь так поступить.
— Не ори. Приманишь раньше времени хищников.
— Признаю, у тебя есть причины злиться, я тебя шантажировал. Но кто выручил тебя в море, кто врал, чтобы тебя не повесили заодно с матросами «Альбатроса», а кто вытащил тебя из крепости Сан-Хуан?
— Что было, то прошло.
Ланду, по-видимому, тошнило. Когда он заговорил снова, голос хрипло доносился из-за завесы дыма.
— Так ты не останешься?
— Нет.
Баррет собрал оружие, аккуратно проверил и сунул пистолеты за пояс. Ланда скорчился на земле.
— Тогда лучше убей меня сразу. Не хочу умирать один в лесу.
— Ладно, убью, если хочешь.
— Ты сразу так задумал? Тогда зачем тянул?
— Сам не знаю. Чудно ты сейчас выглядишь…
Баррет лгал, в эту минуту он смотрел мимо испанца — на едва не забытую у костра волшебную кружку. Она отливала глубокой угольной чернотой.
— Может, все-таки договоримся миром? — неуверенно попросил де Ланда. — Давай я увеличу твою долю, охотно отдам тебе даже половину.
— Ого!
— Пожалуйста, вытащи меня.
— Ты только что скулил о другом — о желанной смерти.
— Лихорадка отпустила. Мне стало гораздо легче — честное слово, очень даже легко. Думаю, завтра сумею встать на ноги и идти понемногу.
«Бедняга врет, — мрачно решил в душе Баррет. — Жар у него еще держится и будет держаться до рассвета, потом наступит ложное выздоровление и второй приступ, а третьего он попросту не перенесет. Оставаться на месте с умирающим глупо, а нести его на себе — тяжело и бесполезно».
— Мы сумеем добраться до миссии, — голос Ланды звучал откровенно заискивающе. — Там должен быть врач-монах, это сведущий человек. Я помогу отыскать дорогу, без меня ты наверняка заблудишься…
Баррет ухмыльнулся.
— Так ты меня не убьешь, Питер? — неуверенно спросил испанец.
— Нет. Только слушай внимательно. Первое: из добычи получишь ровно четверть — как раз столько, сколько ты предлагал мне в Картахене. Второе — я попробую помочь тебе выкарабкаться. Но ни за что не стану клясться, что, мол, сумею спасти. Очень может быть, что это попросту невозможно.
— Я согласен.
Ланда затих, видимо, не решаясь поверить удаче.
— Эй, ты, Эрнандо! Далеко она, миссия, и тот твой врач-монашек?
— Близко. Всего один день пути.
— Сегодня переночуем на месте. Завтра оставим здесь часть вещей. Я возьму только немного еды, тебя на спину и оружие. Если и к новому вечеру тоже ничего не изменится, следующей ночи ты уже не переживешь.
Ланда беззвучно молился, губы его часто шевелились.
— Если я не погибну, то никогда не забуду твоей доброты, — мрачно-двусмысленно пообещал он.
— Ничего, жизнь длинная, сочтемся.
Они на время прекратили разговор — мрачный Баррет взял в руки волшебную кружку, которая уже посерела. Жар у Ланды немного отступил, по вискам испанца стекали крупные капли пота. Тем временем стемнело совершенно, лес, казалось, придвинулся, наполненный осторожной жизнью, смутной, но неотвратимой угрозой.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 90
