резко сменил тему:
– Вот только век этот оказался недолгим – пролетел со скоростью ветра. Меч Гор и Рек и Клинок Юга погибли один за другим, Руки Цветения и Увядания бесследно исчезли, Клинок Севера отрекся от оружия. Даже если и остались у них какие последователи, вроде твоей мамы, их поглотили бесконечные хлопоты: в тех же Сорока восьми крепостях хватает невзгод. За эти годы они так и не достигли новых высот, а теперь у них уже вряд ли получится продвинуться дальше. Очевидно, Шэнь Тяньшу напал на поместье Хо в надежде подмять под себя все великие искусства мира – он хочет подняться на ступень выше. Но если дурные замыслы и грязные уловки – все, на что он способен, думаю, ему даже браться не стоило.
Се Юнь разжал пальцы, и старая потрескавшаяся кисть со стуком упала на стол.
Сердце Чжоу Фэй екнуло, а юноша тихо продолжил:
– «Захватил самозванец престол, пала столица.
Гибнут вехи в обломках твердынь – таков их удел;
Неизбежна утраты боль, но осень весной обратится…»
Помолчав, он вдруг спросил:
– Как думаешь, это воля Небес или дело рук человеческих?
Цитра в руках слепого музыканта затихла. Слова Се Юня повисли в тишине, а его отстраненный взгляд нехотя вернулся из глубин прошлого в настоящее; он достал из рукава немного мелочи и протянул Чжоу Фэй:
– Кажется, те двое скоро закончат. Кинь им медяков напоследок.
Чжоу Фэй, тоже едва пришедшая в себя, удивилась:
– Ты же сам нищий, пишешь песенки, чтобы хоть как-то выжить. Как у тебя получается разбрасываться деньгами направо и налево?
– Деньги – просто железки, не стоит за них цепляться, – махнул рукой Се Юнь. – Да, без них нельзя, но они не так уж и важны. Не дороже судьбоносных встреч в мирской суете. Возьми.
Чжоу Фэй скривилась от его приторно-слащавых речей и в очередной раз убедилась, что в сочинительстве Се Юнь, пожалуй, и впрямь был хорош. Взяв мелочь, она налила в чашку чай и подала его охрипшей певице:
– Отдохните немного.
Женщина поспешно поднялась, чтобы поблагодарить, слегка смутившись, приняла деньги и прошептала:
– Госпожа, раз уж вы заплатили, выберите песню.
Чжоу Фэй не ожидала, что за деньги придется еще и выбирать что-то, потому немного растерялась. Она и народных-то песен почти не слышала, что уж говорить о тех, которые поют на постоялых дворах. К тому же из уст певицы с изуродованным лицом любая мелодия звучала так жалостливо, что никак не смогла бы развеять тоску этой темной ночью. Пока Фэй размышляла, как бы отказаться повежливее, Се Юнь уже убрал кисти и бумагу, подошел и вмешался:
– Детям все равно не понять, что к чему. Не тратьте, госпожа, голос понапрасну. Лучше расскажите ей что-нибудь занятное, чтобы поскорее уснула.
Чжоу Фэй показалось, что она снова ненароком чем-то задела Се Юня, потому что в его словах отчетливо слышалась насмешка. А певица, тронутая их заботой, задумалась и тихим голосом начала рассказывать:
– Тогда поделюсь с вами новым слухом. Уж не знаю, правда то или же домыслы, но, надеюсь, он вас развлечет. На границе Севера и Юга в последнее время случилось многое, но что важнее, объявилась удивительная воительница!
Чжоу Фэй с Се Юнем как раз вернулись из приграничья, а потому слова певицы тотчас увлекли их. Фэй взяла в руки чашу рисового вина и приготовилась внимательно слушать.
– Говорят, эта женщина жила в уединении высоко в горах. Там она овладела невероятными приемами: весь мир был потрясен ее мастерством…
Чжоу Фэй невольно вспомнила последние пережитые ею события: женщина с несравненными навыками… на границе Севера и Юга… Неужели она говорит о Дуань Цзюнян?
Тихий голос певицы завораживал, и Фэй продолжила слушать:
– …Как только она вышла из затвора, на пути ей повстречались псы из Северного Ковша, что осадили Хуажун и его окрестности. Весь город дрожал от страха, и даже поместье Хо оказалось во власти злодеев! Но эта воительница в одиночку разгромила звезд Северного Ковша, убила Луцуня, мечом проложила себе путь сквозь войско противника и исчезла, не получив ни единой царапины. Преодолев тысячу ли, она вступилась за слабых на постоялом дворе, что близ горы Хэншань. Хитростью она выманила Повелителя Цинлуна, этого прокля́того демона, к подножию горы и уничтожила его ко всеобщему ликованию! А знаете, кто она?
Чжоу Фэй поперхнулась вином и закашлялась так, будто вот-вот задохнется. Певица же решила, что барышню просто слишком впечатлил ее рассказ, и улыбнулась:
– Говорят, эта воительница – наследница Клинка Юга. Прошло двадцать лет, и «Клинок, рассекающий лед» вновь явил себя миру!
Глава 7
Вызов
«Ну и чушь!» – подумала Чжоу Фэй. История двадцатилетней давности, когда Цзи Юньчэнь, взяв в заложники Инь Пэя, бросил вызов Мечу Гор и Рек, в точности повторялась с ней!
– Если верить твоим словам…
Повозка с грохотом катилась вслед за бодро вышагивающей лошадью. Сперва Се Юнь восседал на облучке в гордом одиночестве, но Чжоу Фэй отвоевала у него добрую половину места и, пристроившись рядом, от скуки задумчиво теребила в руках хлыст. Погруженная в свои мысли, она даже не замечала открывающиеся вокруг великолепные горные виды.
– Разве я тебя когда-нибудь обманывал? – возразил Се Юнь. – Часто ты встречала таких, как я? Кто тебе еще расскажет обо всем, что творится в этом мире?
Длинные уши и острый язык – нашел чем гордиться!
У Чжоу Фэй не было настроения препираться, поэтому она махнула рукой и бесцеремонно подытожила:
– Если верить этим твоим «ступеням», я в лучшем случае второсортный товар.
– Ага, – фыркнул Се Юнь. – С натяжкой. Если повезет.
– А ты слышал, как эта певичка меня описала? – презрительно взглянула на него Чжоу Фэй.
– Перепрыгнула через две ступени, обошла могучих бойцов и прямиком устремилась к званию легенды, – важно заявил Се Юнь, покачав головой. – Остальные мастера и рядом не стояли: все с бородами до пояса и выводком детей, где им тягаться с такой молодой и красивой? Услышав ее слова, я чуть сам не упал перед тобой на колени! О героиня, разреши мне стать твоим личным возничим? Когда отправляемся покорять Небеса и свергать Нефритового императора?
У Чучу озадаченно выглянула из-за занавески:
– О чем вы… А, вы снова начали разговаривать?
– Мы обсуждаем легенду о великой героине Разящий Клинок Чжоу, – не оборачиваясь, ответил Се Юнь.
– Спорим, я тебя сейчас отсюда выпну? – пригрозила Чжоу Фэй.
– Не верю, – без тени страха ответил Се Юнь. – Будешь править повозкой да самых южных границ? Неужто великая героиня Чжоу и на такое способна?
Чжоу Фэй в красках представила, как отрезает Се Юню его длинный язык.
