удивляясь, что господин Винтер так ценит образование, хотя сам едва умеет читать по складам.
– Не, ты не будь как я, мальчик. Имел свой шанс да упустил. Пришлось сидеть дома, присматривать за стариком-отцом. Ты не должен так кончить.
– Да и вы не так уж плохо кончили, – утешил его Том.
Ему было грустно видеть, чем вынужден заниматься господин Винтер, чтобы обеспечить себя, но, казалось, он вел вполне сносное существование.
– Мог бы и лучше, – проворчал старик. – Но ты… ты пойдешь далеко!
– Ничего не выйдет, если он не вымоет вон те грязные бутыли, – с усмешкой сказал Роберт Уолси, входя в бар с подносом свежеиспеченных пирогов.
Том сморщил нос. Мясо в начинке было с душком. Отец опять взялся за старое.
* * *
Хорошо ему жилось тогда, размышлял Том, пытаясь устроиться поудобнее на узкой кровати. Его не оставляли мысли о тех днях, когда вместе с отцом он с удовольствием посещал скотный рынок на Корнхилле, смеялся над трюками бродячих циркачей и увлеченно следил за травлей быков, а такие забавы там иногда устраивали. Однажды он видел, как вешали человека, и его ужаснули выпученные глаза висельника и то, как долго он умирал, извиваясь и дрыгая ногами, пока петля выдавливала из него жизнь. Этого зрелища ему никогда не забыть. Том предпочел не задерживаться на нем, а вспомнить свои маленькие паломничества к святилищу Милосердной Богоматери на Леди-лейн, где он восторженно любовался прекрасной, украшенной драгоценными камнями статуей со светлым ликом и златовласым младенцем, прыгающим у нее на руках. Но лучше всего были красочные процессии по случаю ежегодных праздников гильдии и угощения, которые предлагались всем и каждому, для чего на улицах расставляли длинные столы. Том всегда наедался до отвала, пока ему не становилось плохо! Как же он теперь скучал по этим торжествам, по прежней жизни, где все было просто и знакомо. Оглядываясь назад, он думал о тех днях как о золотом времени.
Ему повезло. Он знал это. Епископ Нориджа, важный человек на службе у короля Эдуарда, всегда проявлял интерес к грамматической школе, и мастер Сквайр рассказал ему о превосходных успехах Тома в учебе. При следующем посещении школы епископ вызвал Тома к себе, проверил его знание катехизиса и латыни, призвал стараться еще больше, а потом, многозначительно помолчав, обратился к мастеру Сквайру:
– Знания у мальчика отличные. Я еще не встречал такой эрудиции в столь юном возрасте. Сколько вам лет, господин Уолси?
– Одиннадцать, милорд, – ответил Том.
– Хм… – Епископ задумался. – Видите ли, в моем распоряжении каждый год есть четыре места в школе при колледже Магдалины в Оксфорде. Вы наверняка о нем знаете, мастер Сквайр. Лет двенадцать назад ее основал милорд епископ Винчестерский Уэйнфлит для подготовки будущих студентов колледжа Магдалины, тоже его детища. Если семья мальчика в состоянии внести плату, я с удовольствием отдам одно из этих мест ему.
Том глядел на него во все глаза, удивленный и обрадованный такой перспективой. Поехать в Оксфорд! Хоть он и был юн, но знал, что университетский диплом открывает путь к успеху на самых разных поприщах.
– По счастливому стечению обстоятельств, – говорил тем временем Сквайр, – мой брат Лоуренс преподает в Оксфорде, и он очень хвалит колледж Магдалины. Мастер Уолси, для вас это прекрасная возможность, поймите, какую милость оказывает вам милорд епископ.
– О, я понимаю, милорд, понимаю! И очень благодарен! – воскликнул Том, пребывая, однако, в смятении из страха, вдруг отец не сможет найти деньги на отправку его в Оксфорд. – Могу я спросить, какова плата за обучение?
– Четыре фунта в год. – Епископ улыбнулся. – Как вы думаете, ваш отец сможет позволить себе это?
Надежды Тома рухнули.
– О да, – с трудом выдавил он. – Я уверен, отец сможет.
Это была ложь, Том прекрасно понимал, что такая сумма Роберту Уолси не по средствам. Но отцу придется как-то найти эти деньги, он просто обязан! Слишком многое зависело от этого.
– Церковь нуждается в таких блестящих умах, как ваш, – продолжил епископ. – Большинство ученых из Оксфорда вступают в Церковь. Многие принимают священный сан, готовясь к этому. И если вы проявите себя хорошо, перед вами откроются безграничные возможности. Даже юноши скромного происхождения вроде вас могут подняться до самых высоких постов в стране. Вам известно, что половина членов Тайного совета короля епископы? – Он помолчал, устремив взор за окно с ажурной решеткой, на пустой двор. – А теперь, мастер Уолси, я вижу, другие ученики уже ушли. Идите и вы к отцу, передайте ему мои слова. Спросите, сможет ли он оплатить взнос. После этого дайте знать мастеру Сквайру, хотите ли вы, чтобы я предложил вас на место в школе. Я уверен, что смогу уговорить начальство, и вас примут.
Решив убедить отца, что эти деньги станут хорошим вложением, Том помчался домой со скоростью греческого атлета. Сперва он обрадует родителей хорошей новостью, что у него есть шанс получить место в Оксфорде. Потом будет умолять.
Мать и отец едва не лопались от гордости, и перспектива уплаты значительного взноса за учебу в школе не уменьшила их радости. Разумеется, пришлось вызвать дядю Эдмунда и устроить военный совет.
– Очевидно, епископ считает, что Том предназначен служить Церкви, – сказал отец, когда все уселись за большим столом в таверне.
– И что думаете об этом вы, мой мальчик? – спросил дядя Эдмунд.
– Мне эта идея нравится, сэр, – ответил Том. – Это поможет мне продвинуться в жизни и приведет к процветанию семьи.
– Именно! А вы готовы упорно трудиться, чтобы добиться карьерного успеха в будущем?
– Да, сэр! – с горячностью ответил Том. – Я буду считать себя счастливчиком, что мне выпала такая возможность.
Перед его мысленным взором стоял манящий Оксфорд, сияющий, как некий мифический золотой город.
– Нет сомнений в том, что он обладает волей к успеху и Оксфорд для него правильное место, – изрек дядя Эдмунд. – Вопрос в том, Роберт, сможете ли вы отправить его туда?
Отец слегка сдвинул брови:
– Я уже прикидывал так и сяк, как бы мне накопить денег.
– Вы могли бы перестать таскать людей по судам, – едко заметила мать.
Отец сердито глянул на нее и прорычал:
– Я вынужден это делать, иначе как мне получить плату и защитить свои права?
– Сдается мне, вы говорите, что отправка Тома в Оксфорд потребует от вас некоторых жертв, – подытожил дядя Эдмунд.
– Я готов их принести, – ответил отец.
– Это ни к чему, – живо откликнулся дядя Эдмунд, хлопая шурина по плечу. – Я сам заплачу за мальчика. У меня есть предчувствие, что он проявит себя в мире.
* * *
Вот так Том и отправился в школу
