Чайный дворец - Элизабет Херман

– Как я ненавижу эти порты, – простонала женщина.

– Почему вы тогда отправляетесь в плавание?

– Наш дом сгорел. Пока мы не сможем его восстановить, приходится экономить. Рейдер позволил мне плыть, потому что мой муж – один из его лучших капитанов.

Определить возраст Маргареты было поистине сложно. Сейчас она казалась испуганной девочкой, а за столом в «Когге», где чувствовала себя в относительной безопасности, выглядела иначе – взрослой женщиной, даже слегка перезревшей для молодой жены…

– У вас есть дети?

– Нет. Видимо, у Бога на меня другие планы.

– Мне жаль.

Мужчины катили бочки, таскали ящики, выкрикивали: «С дороги!» Им несколько раз пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы пропустить грузчиков. Конечно, было бы разумнее идти с опущенной головой, избегая чужого любопытства, но Лене не могла оторвать взгляда от этого оживленного хаоса. Толпы спешащих людей, все на пути к своим целям. Ее собственная беда теперь ощущалась острее: Эмден не должен стать конечным пунктом. Она стремилась дальше, гораздо дальше. И единственный человек, который мог помочь в этом, сейчас, словно тяжелый груз, висел на ее руке, проклиная собственную жизнь. Сердце Лене болезненно сжалось, когда она увидела «Шэйди» – такой близкий и такой недоступный. Рядом стояло судно поменьше, двухмачтовый хукер. Раньше Лене не обратила на него внимания, так как прибытие английского корабля затмило все остальное. По сравнению с «Шэйди» хукер казался крошечной скорлупкой, но что-то в нем внушало тревогу. «Грете»… Это была «Грете». Хотя на палубе никого не было видно, Лене ускорила шаг. Она слышала скрип дерева, плеск волн, грубые выкрики матросов и рабочих. И вдруг откуда-то послышался голос Йорга Грота. Лене остановилась как вкопанная и отпустила руку Маргареты.

Йорг пел портовую песню, которую часто заводили на пристани. Пение становилось все громче, металось эхом, и трудно было понять, из какого угла оно доносится:

Давным-давно из Гамбурга вышел старый корабль,

«Магеллан» его имя.

Днем времени не было тянуть паруса,

И их оставляли на вечер…

В этот момент, пошатываясь, он вышел из переулка собственной персоной, оглядываясь в поисках одобрения. Но докеры и матросы, судя по всему, слышали пение и получше – никто не обратил на него внимания.

Лене поняла, что он только что посетил дом Анны и выпито там было немало.

– Rolling home![17] – громко выкрикнул он, налетев на Кришана. Еще чуть-чуть и упал бы в грязь, но в последний момент удержался на ногах. Раздраженный, Кришан прокричал ему вслед проклятие.

Маргарета остановилась.

– Что происходит?

Лене не могла вымолвить ни слова. Больше всего на свете ей не хотелось сталкиваться с этим человеком.

– У меня что-то в башмаке, – прошептала она и присела на колено.

– Отец?

Лене вздрогнула. Этого еще не хватало! Ян вывалился из того же переулка и чуть не сбил с ног Маргарету.

– Отец!

– Rolling home… – снова донеслось откуда-то.

Теперь Лене оказалась в настоящей ловушке. Тут Кришан наклонился к ней и на грубом данцигском диалекте спросил:

– Все в порядке, девочка? Можешь встать на ноги?

Лене выпрямилась и снова взяла Маргарету под руку. Они прошли мимо «Грете», стараясь держаться как можно дальше. Йоргу удалось подняться на борт только после нескольких попыток. К счастью, он был настолько сосредоточен, что не заметил их.

– Все в порядке? – спросила Маргарета.

– Да, – быстро ответила Лене.

Наконец-то… Перед ними был «Шэйди», и боцман свистнул, чтобы освободить трап. Матросы и грузчики, поднимавшие на корабль бочки и тюки, присели передохнуть. Дежурный на причале отдал женщинам честь, прикоснувшись к фуражке.

Маргарета уже открыла рот, чтобы попрощаться, как Лене вдруг спросила:

– Можно мне посмотреть?

– Что? – изумленно переспросила она.

– Можно мне на корабль? Всего на минутку. – Лене бросила быстрый взгляд через плечо на «Грете». Расстояние между двумя судами было столь мало, что не стоило труда перепрыгнуть с одного борта на другой.

С «Грете» до них донеслось очередное «Rolling home».

– Это невозможно.

– Пожалуйста! Мне так хочется увидеть, как вы живете.

Маргарета беспомощно покачала головой.

– Мой муж этого не позволит.

– Я могу подождать, пока он вернется, и спросить.

Капитанша замешкалась. На мгновение показалось, что она готова согласиться. Но именно в этот момент вмешался Кришан.

– Еще чего! – на своем данцигском диалекте сказал он. – Мне нужно возвращаться, и ты пойдешь со мной!

Он нервно теребил засаленный воротник. До него дошло, что за свои услуги он не получит ни гроша, и каждая минута здесь была для него пустой тратой времени.

Маргарета с растерянным видом убрала от лица платок и спросила:

– Что он сказал?

– Что ему нужно вернуться, – пояснила Лене.

Этот ответ капитанше понравился.

– Тогда иди с ним. Одной тебе нельзя возвращаться через портовый квартал.

Она была, безусловно, права. Но Лене чувствовала, что никогда еще не была так близка к своей мечте. Ей хотелось броситься вверх по трапу, взбежать на борт и приковать себя к бушприту. Обратного пути не могло быть. Не сейчас, когда цель так близка.

В этот миг кто-то спрыгнул с ящиков и с глухим ударом приземлился прямо перед Лене.

– Я потом могу ее проводить.

– Том!

Маргарета испуганно отступила. У Тома была удивительная способность появляться именно в нужный момент.

Он закатал рукава и слегка поклонился.

– Госпожа Бойсен, как я понимаю? Меня зовут Том, я с сегодняшнего дня работаю чистильщиком на «Шэйди». А кто ваша очаровательная спутница?

Маргарета снова прижала платок к носу.

– Трактирная служанка из «Когге». Спасибо за ваше предложение, а мне пора на борт.

– Yes, yes, Mylady[18]. – Том отвесил два почти безукоризненных поклона. – Мы отчаливаем только с утренним приливом. Без проблем доставлю юную леди туда, куда она пожелает, если, конечно, первый помощник не будет против.

Маргарета взглянула на борт. На верхней палубе стоял высокий мужчина в темно-синей форме.

– Я не уверена…

Им пришлось отойти в сторону: грузчик с тяжелыми мешками на плечах едва не сбил их с ног. Том воспользовался случаем и предложил Маргарете свою руку.

– Позвольте помочь, мадам. Трап крутой, можно легко поскользнуться.

– Я… Я не уверена…

Она оглянулась по сторонам, словно ожидала, что Кришан из Данцига, эта служанка из «Когге» или молодой матрос подскажут ей, как поступить. Но Том улыбался так ободряюще, что она, вздохнув, наконец-то согласилась. Вместе они поднялись по трапу, и Лене без колебаний последовала за ними. Кришан, пробормотав что-то невнятное, развернулся и пошел прочь. Том, обернувшись, подмигнул Лене. Вероятно, полагал, что