сегодня вечером. Или завтра утром. Либо сегодня, либо завтра. Во всяком случае, она намерена предложить тебе свои услуги. Кто знает, может, она тебе и пригодится. Даже если у тебя пока все устроилось. Надеюсь, так оно и есть. Но вдруг она тебе все же понадобится. Понимаешь? Если не сейчас, то потом. Идет? Ну, как там ребята? Что они делают?
– Дети в порядке, Айлин, – сказал он. – Сейчас они спят.
Может, сказать ей, что каждый вечер они плачут и зовут ее, да так и засыпают в слезах? Или, наоборот, сказать правду – сказать, что за последние несколько недель они ни разу даже о ней и не вспомнили? Впрочем, лучше не говорить ничего.
– Я уже звонила тебе сегодня, да занят был телефон. Сказала Ричарду, что ты, наверное, со своей подружкой разговариваешь. – Айлин хохотнула. – Думай о чем-нибудь веселом. Что-то грустный у тебя голос.
– Мне некогда, Айлин. – Он собрался положить трубку, но она продолжала говорить:
– Передай Киту и Саре, что я люблю их. Скажи, что посылаю им новые рисунки. Скажи непременно. Пусть не забывают, что их мама – художница. Правда, пока что не знаменитая, но не в этом дело. Все-таки художница. Важно, чтоб они об этом не забывали.
– Хорошо, я передам, – пообещал Карлайл.
– Привет от Ричарда.
Карлайл мысленно повторил «привет», но вслух ничего не сказал. Ведь это слово ровным счетом ничего не значит.
– Спасибо, что позвонила. Что рекомендовала мне эту женщину.
– Миссис Уэбстер?
– Да. Ну, мне пора кончать. Хочу сберечь твои деньги.
Айлин засмеялась.
– А что деньги? Деньги мало что значат. Всего лишь средство обмена. Есть вещи поважнее денег. Впрочем, ты и сам это знаешь.
Он держал трубку перед собой и смотрел на ту ее часть, из которой доносился голос Айлин.
– Поправятся твои дела, Карлайл. Уверена, что поправятся. Может, ты думаешь, что я свихнулась? Так помни же.
«Что я должен помнить? – с тревогой спросил себя Карлайл. – Или я невнимательно слушал и что-нибудь пропустил?» Он снова поднес трубку ближе ко рту:
– Спасибо, Айлин, что позвонила.
– Нам надо общаться, – сказала Айлин. – Сохранять все каналы связи. Думаю, самое худшее позади. У нас обоих. Мне ведь тоже досталось. Но мы оба возьмем от жизни то, что нам положено взять, и от этого в конечном счете станем сильнее.
– Спокойной ночи, – сказал он и повесил трубку.
Некоторое время смотрел на телефон. Ждал, что зазвонит опять. Но не дождался. Однако часом позже звонок все же раздался. Он взял трубку.
– Мистер Карлайл. – Это был голос пожилой женщины. – Мы с вами незнакомы. Я миссис Джим Уэбстер. Меня просили позвонить вам.
– Миссис Уэбстер? Ах да. – Карлайл вспомнил, что именно об этой женщине говорила ему Айлин. – Миссис Уэбстер, можете вы прийти сюда завтра утром? Пораньше. Часов в семь?
– Конечно, – ответила женщина. – Я приду ровно в семь. Скажите свой адрес.
– Надеюсь, я могу на вас положиться, – сказал Карлайл.
– Да, вы можете на меня положиться.
– Вы не представляете, как это для меня важно.
– Будьте покойны, – заверила его миссис Уэбстер.
Утром, когда зазвонил будильник, ему не хотелось открывать глаза и расставаться со сновидением. Снилась ему какая-то ферма. И водопад. Незнакомый ему человек шел по дороге, неся что-то в руках. Возможно, корзинку с едой для пикника. В этом сне не было ничего тревожного. Наоборот, он вызывал ощущение покоя и благополучия.
Наконец он повернулся на кровати и стукнул наугад по будильнику, чтобы заставить его замолчать. Полежал еще немного. Потом встал, сунул ноги в шлепанцы и пошел на кухню приготовить кофе.
Он побрился и надел костюм. Налил себе кофе, закурил и сел за стол. Дети еще спали. Но минут через пять он поставит на стол коробки с кукурузными хлопьями, глубокие тарелки с ложками, разбудит их и позовет завтракать. Он не очень-то верил, что женщина, звонившая накануне вечером, утром и вправду появится, как обещала. Он решил подождать до пяти минут восьмого, а потом позвонить в школу, отпроситься на один день, взять справочник и серьезно заняться поисками надежной прислуги.
Он поднес было ко рту чашку с кофе, но в этот момент услышал, как на улице что-то прогромыхало. Поставив чашку на стол, он выглянул в окно. Перед домом стоял пикап, его мотор, работавший на холостом ходу, сотрясал кузов. Карлайл подошел к парадной двери, открыл ее и помахал рукой. Пожилая женщина помахала ему в ответ и вылезла из кабины. Карлайлу было видно, как водитель пикапа наклонился и голова его скрылась под щитком. Машина судорожно вздохнула еще раз и замерла.
– Мистер Карлайл? – спросила женщина, медленно приближаясь к нему по дорожке. В руке у нее была объемистая сумочка.
– Здравствуйте, миссис Уэбстер. Входите. А это ваш муж? Позовите его. Я только что приготовил кофе.
– Не беспокойтесь. У него свой термос.
Карлайл пожал плечами и, придержав дверь, пропустил ее в дом. Они обменялись рукопожатием. Миссис Уэбстер улыбнулась. Карлайл кивнул. Они прошли дальше на кухню.
– Значит, вы хотите, чтоб я сегодня же и приступила?
– Сейчас разбужу детей, – сказал он. – Познакомлю вас с ними, а уж потом отправлюсь в школу.
– Это было бы неплохо. – Миссис Уэбстер оглядела кухню. Поставила сумочку рядом с сушилкой.
– Ну так я схожу за ними. Мы быстро.
Минуты через две он привел детей. Оба они были еще в пижамах. Сара спросонок терла глаза. Кит был свеж и бодр.
– Это Кит, – объяснил Карлайл, – а это моя Сара. – Не выпуская руки дочери, он повернулся к миссис Уэбстер. – Надо, чтобы кто-то заботился о них. Понимаете, нам нужен человек, на которого можно было бы положиться. В этом все и дело.
Миссис Уэбстер подошла к детям. Застегнула на пижаме Кита нижнюю пуговицу. Убрала с лица Сары волосы. Малыши не противились.
– Не волнуйтесь, ребятки, – сказала она. – Все будет хорошо, мистер Карлайл. Мы прекрасно поладим. Только дайте нам пару дней, чтобы мы привыкли друг к другу. Ну, раз я остаюсь, надо сказать об этом мистеру Уэбстеру. Просто помашите ему из окна.
Миссис Уэбстер занялась детьми. Карлайл подошел к окну и отодвинул штору. Старик пил кофе из крышки термоса и разглядывал дом из кабины пикапа. Карлайл помахал рукой, и тот помахал ему в ответ. Карлайл смотрел, как он опускает стекло кабины и выплескивает остатки кофе из крышки термоса. Потом он снова скрылся под приборным щитком, – Карлайл представил себе, как он соединяет руками какие-то провода, – и через минуту пикап зарычал и затрясся. Старик включил передачу и уехал.
