37
«Я вызвал «чайку». Она приедет минут через десять. Заберет двухсотых и трехсотых. Собирайся, дядя Леша. Поедешь с ними».
— Поедешь. Ты должен, хотя бы ради того, чтобы один из нас двоих остался в живых. Ника умрет, если мы оба того...
— Да! Умоляет, чтобы я тебя отправил домой.
— Ребята, у меня к вам есть разговор.
— Хорошая новость: Майк завтра днем обещал три «чайки», забрать наконец то раненых и убитых. Теперь плохая новость.
— Короче, Профессор, сегодня на поле нашел бедро того самого третьего танкиста. Так вот, мы все давно решили, что танкиста надо отправить домой, как только найдем. И вот нашли, ведь так?
— Ребятки, родненькие мои. Я приказа такого дать не могу. Он вообще не из нашей бригады. Я не могу посылать своих людей под пули, чтоб отправить домой кусок тела танкиста, с которым вы даже не были знакомы. Какие мысли будут?
— Нужно найти ящик из под патронов, деревянный. Я их много на взлетке видел. Упаковать, прикрутить к броне, и катафалк готов. Нужен на всякий случай еще один человек. Кто пойдет?
— Ну вот и решили. Тритон пойдет с Профессором. Ты у нас здесь самый крученый.
— Отлично!
— И последнее. У нас здесь война с чеченами сегодня была. Там понтов много. Эти парни только на вид такие себе герои, вроде бесноватые. Я их знаю. Он, как свою кровь из носа увидит, сознание теряет. Так что не ведитесь на их «Аллаху акбар». У меня все.
В 1969 году во время войны во Вьетнаме американские военные в ходе одной операции убили около пятисот мирных жителей в деревне Сонгми. Командира взвода лейтенанта Уильяма Келли признали виновным в том, что он лично руководил расстрелом пятидесяти крестьян, прятавшихся в яме на окраине села.
Независимости.
Степан, иди ка сюда!
«Спас жизнь моей девушке».
— Всегда она куда то лезет, приключения ищет. Теперь я ее одну ни за что не оставлю. Может, разбитой башкой теперь лучше думать будет.
«Банду прочь!»
— Че-е-е-е-репаха! Щиты над головой! Дубинки на флангах в работе! Двигаемся, двигаемся! Держать строй!
— Детский сад голимый! Ну как мне вести эту дошкольную младшую группу на «Беркут»?! Все, хватит. Завтра в это же время. Будем заниматься химией!
Снайперская винтовка Драгунова.
— Я ему говорил: «Ты поосторожней там, не высовывайся, нам домой ехать».
— «Папа, не волнуйтесь! У меня есть волшебная ооновская каска, ничего со мной не случится». Вот такие последние слова я от него услышал.
«Голубая каска».
— Я не знаю, должен ли Янукович стоять передо мной на коленях, но я точно знаю, что он должен сидеть перед международным трибуналом за то, что он сделал с моей страной и с моим сыном.
Калибр СВД.
— Ждем «чайки», Сергеич. Говорили, будет целых три сегодня.
Личный состав.
— Спасибо, спасибо.
Марка популярного австралийского вина.
Великий итальянский архитектор и скульптор XVII века.
Не Телевидение Вообще.
Реактивная противотанковая граната.
— Так, мужики! Это последний шанс остаться в живых. Поедете на броне! Ложимся аккуратно. Саша, тяни из каптерки броники двухсотых! По дополнительному бронику на ноги, от пояса! Держимся парами! Поедете как катафалк. Давайте снимем с наших двухсотых мешки, чтобы было лучше видно, что везем.
— Казак, вызывай мне пятидесятого русских на их частоте. Будем перетирать о перемирии. Другого выхода нет.
— Так, ясно, перешились уже... Айболит, заканчивай стрелять, снимай свою куртку. Сдаваться будем.
— Смотри, Семеныч, никаких рывков. Дрейфуешь медленно на первой. Уже рассвело. Они должны разглядеть, что у нас за машина, если флаг не рассмотрят. Если дернешься, они вас сожгут! И тебя вместе со всеми! Как меня понял, герой?
— Почему ты не поехал? Это был приказ!
— Ну что мне с тобой делать, дядя Леша? Ника меня съест! Я ей обещал!
— Три года! Нам бы хоть три часа продержаться!
«Все».
Все в норме — полный пи...дец.
Водку.
Юрий Визбор «Сигарета к сигарете».
— Не нужно! Сепар, как ты там?
— Командир киборгов, Бандер.
— Стрелять не будешь?
— Хорошо, иду к тебе. Сергеича сюда на «раз-два-три» с его сумкой. Мне этот «язык» живым нужен.
— Четверо ко мне!
— Как зовут? Позывной?
— Звание, часть?
— Номер части, расположение, имя, фамилия, позывной командира?
— Хорошо, ты ополченец или регулярный?
— «Вымпел» или десантура?
— Как ты оказался на третьем этаже?
— Четвертый, б...дь, пост!
— Ты один был?
— Понятно. Жена, дети есть?
— У меня, Степан, тоже жена Ника, и зовут меня Степан, а вот детей пока нет.
— Это точно. Что еще скажешь?
— Спасибо. Что еще?
— Телефон у тебя где?
— Понимаешь, когда вынимаешь. Попробуй с моего. Только здесь сигнал х...вый. Разве что на взлетке. Там тебя свои же пристрелят. Из СВД.
— Придется помочь ради такого дела.
— Нет, не буду. Сам пойду.
— Сам наберешь, или мне набрать?
— Плюс семь, код города и телефон. Давай быстрее, пока не заметили.
Отец.
Независимой.
— Ты слышала новости? Русские повсюду. Они кружили все наши военный части в Крыму.
— Степа, это, безусловно, важно, но я хотела поговорить о другом. Свадьба отменяется.
— Что случилось? Это из за войны?
— Нет. Я люблю другого человека.
— Это такая шутка? Пожалуйста, кофе. Ты что то будет?
— Нет. Ты меня не слышал?
— Слышал. Ты любишь другого, да?
— Да.
— Как просто. За один день взяла и полюбила?
— Не просто, и не за один день. Степа, ты мне очень дорог. Мы с тобой очень близкие люди. Надеюсь, такими и останемся. Поэтому я не могу тебе лгать. Прости меня. Так уж получилось. Я люблю его.
— Кого?
— Это не важно.
— Как не важно? Я должен знать, почему ты меня бросила. Ради кого? Когда ты успела? Мы же... Мы...
