но и, кажется, гравитацией.
Он обернулся.
Секретарь бесшумно исчезла, прикрыв за собой дверь.
— Арина Воронцова, — произнес он так, будто пробовал имя на вкус. — Все-таки пришли.
— Не дождетесь, чтобы я упустила хороший контракт только из-за того, что его предлагает неприятный мужчина.
В серых глазах мелькнуло веселье.
— Приятно, что вы с порога честны.
— Это экономит время.
— Тогда сэкономлю и я. — Он кивнул на кресло напротив стола. — Садитесь.
Я села, положила папку на колени и сложила руки так, чтобы не было видно, как хочется скрестить их на груди, как у школьницы на допросе.
Матвей занял место напротив.
— Мне рекомендовали вас как одного из лучших интерьерных дизайнеров Москвы.
— Рада, что хотя бы кто-то еще это понимает.
— Но к вам прилагается репутация человека с характером.
— Странно. Мужчин за это обычно называют сильными.
Он чуть наклонил голову.
— Вы заранее готовитесь ко всем моим фразам?
— Нет. Просто у вас довольно предсказуемый тип.
— И какой же?
— Из тех, кто привык проверять людей на прочность, потому что считает это эффективным способом управления.
— А это не так?
— Нет. Это просто удобная форма хамства.
На секунду в кабинете стало тихо.
А потом он усмехнулся.
Опять.
Опять вот так, что мне захотелось одновременно встать и уйти… и еще немного посмотреть.
— Хорошо, — сказал он. — Попробуем без хамства. У меня есть объект.
Он подвинул ко мне планшет.
На экране появился дом.
Вернее, старый особняк из светлого камня, стоящий среди сосен. Большой, с правильными линиями, террасой, высокими окнами и каким-то странным ощущением тоски, которое чувствовалось даже по фотографии.
Я невольно взяла планшет в руки.
— Это где?
— За городом. Сорок минут от Москвы.
— Частный дом?
— Да.
Я листала снимки дальше. Гостиная. Холл. Лестница. Детская комната, которую явно не закончили. Библиотека. Огромная кухня. И везде — пространство, воздух, свет, и одновременно ощущение пустоты. Как будто дом построили, но так и не оживили.
Профессиональный зуд проснулся мгновенно.
Вот это можно сделать.
Вот это хочется сделать.
Вот тут можно развернуться так, что потом самой захочется там жить.
— Красивый дом, — признала я.
— Был бы еще красивее, если бы в нем появился человек, который умеет делать пространство живым.
Я подняла глаза.
— Вы сейчас сделали мне комплимент?
— Не привыкайте.
— Поздно, я уже растрогана.
Матвей пропустил это мимо ушей.
— Мне нужен не просто дизайнер. Мне нужен человек, который сумеет собрать этот дом заново.
— Для продажи?
— Нет.
Он ответил слишком быстро.
Я прищурилась.
— Тогда для кого?
Матвей на мгновение отвел взгляд.
Впервые с начала разговора.
— Для моей дочери.
Я замерла.
Вот это уже было неожиданно.
Не сам факт, что у него есть ребенок. У взрослых мужчин дети иногда случаются, ничего сверхъестественного. Но в его голосе на этих словах появилось что-то совсем другое. Не сталь. Не контроль. Живое.
— Сколько ей? — спросила я тише.
— Шесть.
— И вы хотите перестроить дом под нее?
— Я хочу, чтобы она захотела в нем жить.
Я медленно положила планшет на стол.
Так.
Понятно.
Вот где подвох.
Ни один мужчина не смотрит на дизайн детской комнаты с таким лицом, если дело только в мебели и шторах.
— Она живет не с вами? — осторожно спросила я.
Матвей посмотрел прямо на меня.
— Сейчас живет со мной. Но дом… сложная история.
— А простые, я так понимаю, в ваш пакет услуг не входят?
— Нет.
— Жаль. Иногда они полезны для психики окружающих.
Он не улыбнулся, но взгляд стал мягче. Совсем немного.
— Вы беретесь?
Я откинулась на спинку кресла.
Вот он, момент.
Нормальная, разумная женщина должна была задать вопросы про бюджет, сроки, команду, условия.
Но я уже знала, что соглашусь.
Потому что дом был прекрасен.
Потому что мне нужны деньги.
Потому что там была маленькая девочка, которой, судя по всему, очень не хватает ощущения дома.
И потому что я, очевидно, совсем не умею беречь свои нервы.
— Берусь, — сказала я. — Но у меня есть условия.
— Конечно.
— Первое: вы не вмешиваетесь в мою работу каждые пять минут.
— Уже сложно.
— Второе: если вам что-то не нравится, вы говорите это нормально, через рот, а не через вот это ваше ледяное молчание.
— У меня ледяное молчание?
— У вас лицо человека, который мысленно увольняет Вселенную.
В этот раз он все-таки рассмеялся.
Коротко, низко, по-настоящему.
И у меня отчего-то дернулось сердце.
Очень некстати.
Очень.
— Хорошо, Арина. А третье условие?
— Не называйте меня «Арина Воронцова» таким тоном, будто собираетесь допросить с пристрастием.
Он смотрел на меня еще секунду, потом медленно кивнул.
— Договорились… Арина.
Пауза на имени вышла слишком ощутимой.
Неприлично ощутимой.
Я встала.
— Тогда пришлите мне все материалы по дому. И адрес.
— Сегодня вечером будете на объекте.
Я моргнула.
— Что значит — буду?
— То и значит. Я заеду за вами в семь.
— Вообще-то я не соглашалась проводить с вами вечер.
— Вообще-то это рабочая поездка.
— В машине. За город. С мужчиной, который уже один раз заявил, что надеется никогда меня не видеть.
Матвей тоже встал.
— А вы, между прочим, поддержали эту мысль.
— Потому что тогда еще не знала, что вы умеете внезапно превращаться в отца шестилетней девочки.
— Это что-то меняет?
— Пока не знаю.
Он подошел ближе.
Не вплотную.
Но достаточно, чтобы я снова почувствовала этот его запах — что-то свежее, мужское, слишком опасное для трезвого мышления.
— В семь, Арина.
— Вы всегда такой уверенный?
— Только когда прав.
— Ненавижу таких мужчин.
— Неправда.
Серые глаза смотрели слишком внимательно.
Я подняла подбородок.
— Почему это?
— Потому что вы все еще стоите здесь, а не хлопнули дверью пять минут назад.
Проклятый.
Самодовольный.
Невыносимый.
И, кажется, абсолютно прав.
— В семь, — сухо повторила я и пошла к двери.
Уже взявшись за ручку, обернулась.
— И еще, Матвей Андреевич.
— Да?
— Если в вашей машине опять начнется этот ваш фирменный тон “я царь мира, а вы все недоразумение”, я выйду прямо на ходу.
— Не выйдете.
— Проверим.
— Обязательно.
Я вышла из кабинета, аккуратно закрыла за собой дверь, дошла до лифта, вошла внутрь и только там позволила себе выдохнуть.
Потом посмотрела на свое отражение в зеркальной стенке кабины и сказала честно:
— Поздравляю, Арина. Ты опять вляпалась. И, похоже, с разбега.
Глава 2
К семи вечера я переоделась трижды.
Сначала надела серое платье — слишком нарядно, будто еду не на объект, а на свидание. А я, между прочим, ехала смотреть дом. С мужчиной, которого хотелось временами стукнуть рулоном чертежей по голове.
Потом выбрала джинсы и белую
