тут его пригласили работать в одно богатое объединение Казани по своей специальности. Связисты и так самая высокооплачиваемая профессия после нефтяников, газовиков, электриков и чиновников. Мы обновили всю мебель в квартире, купили настоящие кожаные диван и кресла, всем приобрели обновки. В Царицыно достроили начатый давно коттедж. Короче, только всё уладилось, только стали жить по-человечески, однажды, придя с работы, я обнаружила в квартире такой беспорядок, что застыла в растерянности, когда, придя в себя, направилась к телефону, чтобы позвонить Наилю, на столе обнаружила лист бумаги. Это была записка от Наиля, в суть написанного я вникла лишь при повторном чтении: «Рамзия! Я полюбил другую женщину, переезжаю к ней. Квартира остаётся вам, дом мне. Ты умная женщина, поймёшь, надеюсь, не станешь поднимать шум и смешить людей. Наиль».
Ради детей, переборов гордость, хотела позвонить ему на сотовый телефон и спросить: «Что случилось, почему, как преступник, сбежал, нельзя было разве попрощаться объяснившись?» Но телефон не отвечал, то ли был выключен, то ли номер поменял, – я не в состоянии была что-либо понимать. Схватившись за голову, стараясь унять всхлипывания, ушла в себя. В такие опасные мгновения мозг, оказывается, включает свои дремлющие возможности. Тут я вспомнила про обычное с виду письмо, которое я вынула из нагрудного кармана рубашки мужа, забирая её на стирку. «Наиль, сегодня тебя не смогла увидеть, с работы не отпустили. Вечерком звякни домой. Регина», – было написано в нём. Я тогда не придала значения ему, подумала, что, наверное, это знакомая по работе или однокурсница, с кем учился в самарском институте. И вот моё внутреннее чувство «подсказало» мне найти даму по имени Регина. Ревностью ли это было или интересом узнать, на кого он меня променял, и я направилась на работу мужа. Попасть туда оказалось очень сложно, как и добыть какую-либо информацию о человеке. Я наврала, что заболел ребёнок, ищу мужа, телефон его не отвечает. После чего, записав мои паспортные данные, меня наконец впустили вовнутрь. Заодно я попыталась узнать о Регине у пожилого охранника: «Здесь работает моя двоюродная сестра Регина, хотела бы увидеть её». Но в ответ недовольно прозвучало: «Среди тысяч женщин Регин много. Татары ведь такие, запомнят одно имя и, как бестолковая кукушка, повторяют и повторяют, забывают, что есть много красивых имён». Охранник оказался многословным, начал разглагольствовать. Так как другого выхода не было, я по-своему пыталась дать ориентир. Предполагая, что Наиль не станет связываться с простой рабочей, сотрудницей столовой, уверенно солгала:
– Моя сестрёнка очень красивая, работает где-то в конторе или в отделе кадров, может, в бухгалтерии. Хотела сегодня пригласить её на день рождения.
– Есть одна Регина, то ли секретарь, то ли ещё кто. Но она высокая, на тебя совсем не похожа. – Маленькие глазки охранника испытывающе глядели на меня, будто пронизывая насквозь.
Осмелев, я повторно обманула:
– Мы с ней друг на друга совсем не похожи, потому что мы – свояченицы. – Я ещё хотела что-нибудь добавить, но охранник, отмахнувшись как от назойливого овода, указал на трёхэтажное добротное здание, а сам направился в противоположную сторону.
На первом этаже здания, на которое указал охранник, с теми же вопросами я обратилась к уборщице. Она с удовольствием поделилась со мной всем, что знала. Узнав из её рассказа, на кого муж меня променял, у меня потемнело перед глазами, я будто скатилась в грязную яму. По её словам, красавица Регина Хайруллина считается секретаршей одного из руководителей компании, в действительности готовила им еду и удовлетворяла все их желания, по этой части у неё, оказывается, были неограниченные обязанности. Со временем, когда девушка стала знать и требовать слишком много, начали искать способ избавиться от неё и познакомили с неопытным в подобных делах, неразборчивым Наилем. Доселе не знавший такой бойкой, смелой женщины домосед так и расплылся и влюбился по уши.
Конечно же, от мужа моего скрывают истинное лицо красавицы, расхваливают как знающую свою работу, требовательную секретаршу, что не хотели её отпускать от себя, только якобы она влюбилась и хочет завести семью, детей, поэтому, дескать, они не имеют права противостоять её счастью. Также уборщица, побаиваясь, но осуждая, с сожалением поведала о том, что эти богатые парни на конкурсной основе набирают на должность секретаря молодых, доверчивых девушек, выделяют им большую зарплату, шикарные квартиры, а через несколько лет, когда надоедят, таким вот образом избавляются от них. Удивительно основательно продуманный хитрый ход: и овцы целы, и волки сыты.
До того, как его свалил недуг, Наиль, кажется, продал и машину, и коттедж. Теперь намерены найти квартиру в Москве и переехать.
– Чем же он собирается заниматься в Москве?
– Слышала, что парни из объединения, в знак благодарности за освобождение от этой занозы, нашли в Москве работу по специальности.
Пока я колебался, верить или не верить услышанному от жены Наиля, и ругал себя, зачем, мол, тебе лишняя информация, и так голова кругом, она начала мне предлагать, как в тот день, взять гостинец.
– Вы возьмите это, а? С удовольствием вместе поедите, дочка права, на самом деле вкусно, во рту тает.
Но в этот раз я не раскис, не поддался аппетитному запаху еды.
– Нет уж, ханум, сами занесите. Одна рука у меня плохо держит, могу уронить. Даже манты, принесённые женой, не смог ещё доесть. В тот день ваш плов отдал медсёстрам.
За последнюю фразу женщина ухватилась, как за соломинку.
– Смотрите-ка, это хорошая идея! Я тоже оставлю для медсестёр, а дочке скажу, что папа съел. Если смогу обмануть ребёнка…
Оставив здесь бьющуюся, как белка в колесе, женщину, я поторопился уйти в палату. Хотелось немного полежать.
Неторопливо дни проходили за днями, скоро спала и напряжённость, вызванная случаем с пловом, успокоившись, мы с соседом начали по-человечески общаться. Хоть и петушится, что нашёл большую любовь, ему тоже нелегко. Как бы ни был жесток человек, если у него нормальная психика, то детей он не бросит. Времени много, торопиться на уроки не надо, мы с Наилем вели пространные разговоры о жизни, о судьбе, и, будто от нас что зависело, о будущем татарского народа. Соседу не хочется говорить о новой жене, о том, как познакомились и кто она вообще. И у меня, соответственно, нет права признаваться.
– Друг мой, твоя первая жена кажется спокойной, терпеливой, умной, если даже её разлюбил, надо было терпеть ради детей, а «ягодку» (он её называет только так) иметь параллельно. Каждый раз, влюбившись, менять жену – таких мужей очень мало. Их в наше время
