неловко.
– Этот галстук меня душит, – говорит он, ослабляя узел.
– Вот она, обратная сторона власти. Попроси Сию, чтобы она завязывала тебе галстуки, все равно она постоянно у тебя.
Оливия часто приглашает меня вечером посмотреть с ней фильм, Сии при этом никогда не бывает в особняке. А когда она возвращается домой, то у нее такой счастливый и довольный вид, что сразу все становится понятно.
– О, кто-то завидует.
– Не дождешься, Хилл.
Улыбка сползает с лица Дерека, как только он замечает, что новый стажер, воспользовавшись рекламной паузой, поправляет Сии макияж. Он красит ей губы помадой и завороженно смотрит в соблазнительные глаза ведьмы.
– Калеб, – сквозь зубы шипит Дерек.
– Кто? – растерянно спрашиваю я.
Но я не получаю ответа, потому что Дерек решительно направляется на съемочную площадку, привлекая к себе всеобщее внимание. Все почтительно здороваются с ним, предлагают как-нибудь вместе выпить, но он не обращает ни на кого внимания. Он подходит к парню, который поправляет макияж Сии, и хлопает его по плечу.
– Ты стажер, так? В твои обязанности не входит красить ее, ты должен следить, как она ведет новостную программу, как организована работа. Все ясно?
– А что плохого в том, что я забочусь о своем наставнике? Сиа не против, – нахмурившись, возражает он.
Я подхожу, чтобы лучше слышать, ситуация явно накаляется. Я никогда не видел, чтобы Дерека что-то так бесило. Обычно Сиа ревнует его, а не наоборот. Сиа наслаждается происходящим, переводя довольный взгляд с одного на другого. Может, она теперь и крутая телеведущая, но все равно остается собой.
– Забота о ней не входит в твои обязанности. – Дерек делает еще шаг к Калебу и бросает на него такой ледяной взгляд, что даже у меня мурашки по спине бегут.
Черноволосый парень неохотно отступает и уходит. Дерек несколько секунд смотрит на Сию.
– А ты чего молчишь? Неужели ты не умеешь пользоваться помадой?
– Нет, мне просто нужна помощь, а ты все время занят на каких-то важных встречах. Приходится соглашаться на то, что есть. – Сиа беззлобно дразнит его.
Она встает и развязывает его галстук, словно почувствовав, что Дереку в нем некомфортно. Они продолжают ругаться, не замечая ничего вокруг себя.
Я достаю из кармана небольшую коробочку. Жду не дождусь встречи с Оливией сегодня вечером.
Глава 35
Моя маленькая Сиа, эта сказка о воине, который всегда остается верен себе, несмотря на конфликты, войны или страдания. Никто не может его поколебать.
Потому что воин – защитник для пострадавших, сила для слабых, свет против неуверенности и зеркало, отражающее страхи. Он герой любой истории. Он не осуждает. Он не презирает.
Воин
Твой папа
Том
Желание защитить того, кого любишь, невозможно объяснить. Опасность и боль не имеют значения. В решающий момент остается только пульсирующий комок мужества в груди.
– Я ждала тебя, королевский рыцарь.
Я пришел на кухню Сии, чтобы сделать себе кофе, как и миллион раз до этого, но внезапно в мое горло уткнулся острый нож.
Этот голос. Я узнаю его из тысячи, даже если не буду слышать много лет. Я медленно поднимаю руки и поворачиваю голову направо. Иления Линнон, Королева Сердец, смотрит на меня со смесью триумфа и любопытства. Царапая ножом мою кожу, она заставляет меня сесть за кухонный стол.
– Что ты тут делаешь? Тебя выписали?
Я только сейчас замечаю, что стол накрыт на двоих: бокалы для вина, столовые приборы, салфетки и белая роза в центре. Не понимаю, как она смогла войти, давно она уже здесь?
Я не успеваю и глазом моргнуть, а мои руки уже привязаны к стулу строительными стяжками. Быстрым движением, не убирая ножа от моего горла, Иления вынимает телефон из моего кармана и прижимает мой указательный палец к экрану, чтобы его разблокировать. Она нажимает что-то, и я слышу щелчок замка входной двери. «Она ее закрыла». Теперь никто не может войти или выйти. Потом она наклоняется и крепко привязывает мои лодыжки к ножкам стула.
Наконец она кладет нож и садится на край стола.
– Я доказала, что восстановила свое психическое здоровье. Мои симптомы исчезли, я готова вернуться в общество и жить как достойный гражданин. Небольшое притворство, и вот я здесь. Я уже несколько дней прячусь в разных комнатах и наблюдаю за вами.
Сомневаюсь, что ее действительно выпустили. Скорее она сбежала, запудрив мозги какому-нибудь дурачку. Я никогда не узнаю правды, Иления только и делает, что врет. Конечно, она все так же красива. Волосы собраны в строгую прическу, безупречный макияж, губы подведены ярко-красной помадой. Она кладет ногу на ногу, берет бокал и наливает вина. Она ведет себя совершенно спокойно, словно не нарушила судебный запрет, словно не угрожала мне ножом.
– Что, даже не поблагодаришь меня за обслуживание? А я думала, что в королевском дворце вежливость еще в ходу…
В ее самодовольной улыбке просвечивает безумие, которое она пытается скрыть. Я сжимаю кулаки, пытаясь освободиться, но стяжки только глубже впиваются в кожу. Во мне вскипает ненависть к ней.
– Что такое? Думаешь о короле, которого я убила? Или о дочери, которую я заклеймила? – со смехом спрашивает она.
Как она может смеяться над тем, что мучила двух таких чистых людей? Как она может быть счастливой после этого?
Я решаю перейти прямо к делу.
– Что тебе надо, чтобы ты навсегда убралась отсюда?
– Мне? – У нее прекрасно получается изображать оскорбленную невинность.
– Я не позволю тебе прикоснуться к ней. Ты никогда к ней не подойдешь.
Иления рассеянно наливает вина себе и в бокал, который стоит передо мной. Она пьет с такой безмятежностью, словно у нее все время мира.
– С чего ты взял, что я пришла за Сией? Сегодня я здесь из-за тебя. Ты польщен?
– Отлично, ты меня нашла. Сколько ты хочешь?
Я бросаю быстрый взгляд на часы, висящие на стене. Я не могу допустить, чтобы Сиа увидела все это. Я не могу позволить, чтобы она сбилась с пути, который стоил ей столько пота и крови, кошмаров и страданий. Я не хочу, чтобы она подумала, что не заслуживает исцеления, не заслуживает любви.
– Сколько я хочу? Ты действительно считаешь меня такой подлой? Вообще-то я просто убила человека и чуть не отравила свою дочь, только и всего… и Big World News тщательно это замяли, – улыбается она. Она играет со словами, нажимает на чувствительные точки, чтобы найти самое слабое место. – Вы никогда не говорили ей правду. Как думаешь, как Сиа
