и изворотливых эльфийских банкира.
— О как, вот оно что, — сочувственно хмыкнул я, теперь многое понимая, — и что же, она им просто так спустила это с рук безнаказанно?
— Если бы спустила и простила, — криво и многозначительно улыбнулась Аврора, понизив голос еще сильнее, — так она обоих отправила к их эльфийским предкам на тот свет. Довольно быстро, насколько мне известно. С тех самых пор и не любит она эльфов.
— Я, между прочим, прекрасно слышу, что вы там обсуждаете, — вдруг раздался недовольный голос с водительского сиденья, — и хочу заметить, что эти длинноухие твари получили по заслугам! Все без исключения эльфы — воры, обманщики и пройдохи, повелитель. Запомни — ни одному эльфу категорически нельзя верить на слово. Кстати, раз уж речь зашла про Верейского, — добавила заметила Атропос уже более спокойным тоном, — вон, смотри, его роскошное поместье показалось.
Я повернул голову направо и действительно увидел возвышающиеся за верхушками высоких деревьев, тянущихся вдоль освещенной дороги, изящные, словно невесомые и воздушные зеленые башенки.
— Эльфы всегда готовы выпендриться и показать свое превосходство, — презрительно и с явным раздражением фыркнула моя верная телохранительница, — говорят, они постоянно между собой соревнуются, кто круче и изящнее замок себе построит. Это у них своего рода показатель статуса.
— Ага, именно так и есть, у них даже свои архитекторы работают, целые династии… — добавила Аврора. — Они же убеждены, что люди совершенно не умеют красиво строить и не понимают изящества архитектуры.
— Да сами они ничего не понимают, — отозвалась Атропос, — видели бы они величественные храмы и дворцы в Граде Богов, пусть они лишь копии, но вот где истинная красота и мощь.
Мне оставалось только молча кивнуть головой в знак согласия, ибо память Зевса, к сожалению, ничего конкретного не подсказала мне на этот счет, хотя какие-то смутные образы и всплывали.
Через несколько километров мы свернули с широкого шоссе и углубились в густой лес. Еще примерно десять минут по извилистой узкой двухполосной дороге, петляющей между деревьями, и мы съехали направо на еще более узкий путь, а еще через десять минут притормозили перед внушительными железными воротами, массивные створки которых бесшумно разъехались в стороны, едва только мы подъехали поближе.
Миновав двух вооруженных до зубов охранников в форменной одежде, которые моментально вытянулись в струнку, провожая нас внимательными взглядами, наконец оказались на территории моего нового поместья.
Особняк… Да нет, какой там особняк, это слишком скромная характеристика. Передо мной во всей красе возвышался самый настоящий дворец, который был ничуть не хуже, на мой взгляд, шикарного дворцы Голицыных. Все тот же излюбленный классический стиль богатых аристократов Российской империи. Элегантный и строгий неоклассицизм с его правильными пропорциями.
Когда мы наконец припарковались на небольшой стоянке, примерно в тридцати метрах от главного входа во дворец, на которой сейчас уже стояло три других автомобиля, причем все явно дорогого бизнес-класса, нас уже встречали Фемида и Гермес.
На лице Гермеса красовалось уже хорошо знакомое мне верноподданническое выражение. Мол, приказывай, повелитель, что угодно, все исполним и сделаем в лучшем виде!
Фемида же просто приветливо улыбалась. Как мне показалось, вполне искренне.
— Повелитель, как же я рад вас видеть, — почтительно поклонился мне Гермес с едва скрываемым энтузиазмом, — счастлив, что вы наконец прибыли!
— И я тоже очень рада… — мягко добавила улыбающаяся Фемида.
— Прошу вас, повелитель, позвольте провести вас, — тем временем продолжил Гермес, и мы отправились по каменной дорожке через ухоженный парк с идеальными английским газоном и изящными фонтанами в виде классических античных скульптур к парадному входу.
Наш услужливый провожатый взял на себя роль гида-экскурсовода, и, надо отдать ему должное, у него неплохо получалось. До того момента, как мы наконец дошли до самого входа, он практически так и не замолкал ни на секунду, сыпля информацией.
— Этот великолепный дворец, построенный в благородном стиле неоклассицизма, представляет собой поистине изысканное сочетание строгой классической элегантности и современного комфорта, — вещал он с явным удовольствием. — Его внешний облик непосредственно вдохновлен античной архитектурой и чем-то отдаленно напоминает величественные строения нашей настоящей родины, — он осторожно покосился на меня, словно проверяя реакцию, и, поняв, что я возражать не собираюсь, продолжил с еще большим воодушевлением, — конечно же, это строение ни в какое сравнение с истинными храмами и дворцами не идет, это было бы кощунство так говорить, но все же вызывает приятные воспоминания…
После этих прочувствованных слов все девушки дружно и согласно закивали головами, и на их лицах появилось мечтательное, немного грустное выражение ностальгии.
— Симметричный, строго выверенный фасад украшен величественными колоннами с изящными капителями коринфского ордера, утонченными барельефами и классическим треугольным фронтоном, — продолжил тем временем увлеченно вещать наш импровизированный «гид», — высокие окна искусно обрамлены декоративными наличниками с тонкой лепниной, а парадный вход особо подчеркнут массивной дверью с многочисленными элементами из дорогого резного дерева или искусно кованого металла ручной работы. Все здание венчает пологая крыша традиционной формы, часто с балюстрадой по всему периметру, что придает ему завершенный и гармоничный вид…
М-да… Интересно, конечно, но мало что понятно из этих архитектурных терминов. К счастью, мы наконец подошли непосредственно ко входу, и Гермес наконец затих.
Когда мы неспешно прогуливались по самому дворцу, осматривая его, он уже больше молчал, давая мне самому спокойно изучить мое будущее место жительства, лишь изредка комментируя особо важные детали.
Что сказать? Оно мне очень даже понравилось. Имелись, правда, нелюбимые мной анфилады — которые реально меня всегда раздражали в архитектуре помпезных дворцов моего родного мира. Но, справедливости ради, они были расположены только на первом этаже, и вроде бы были вполне к месту и смотрелись органично.
На первом этаже также располагались компактные, но комфортные комнаты для прислуги, большая впечатляющая столовая (в которой, кстати говоря, уже вовсю хлопотали и накрывали стол к ужину, а занятый работой Дионис, который что-то оживленно объяснял троим молодым слугам в униформе, почтительно поклонился, заметив мое появление). Рядом с просторной столовой находилось несколько больших светлых гостиных комнат с дорогой мягкой мебелью и, что самое интересное и несколько неожиданное, с современными плоскими телевизорами на стенах, кондиционерами и прочей техникой последнего поколения, немного выбивающейся из классического стиля XIX века.
Вообще, надо отметить, везде было невероятно просторно и светло. Большие панорамные окна, стены, окрашенные в приятные нейтральные спокойные тона — бежевый, светло-серый, молочный. Ни тебе кричащего бархата, ни избыточной позолоты, которая, честно говоря, уже во дворце Голицыных начала постепенно раздражать глаз своей навязчивостью.
Пока мы неспешно ходили по всему этому великолепию, осматривая комнату за комнатой, за нами постепенно выстроилась целая небольшая
