симпатичный молодой человек, явно вызывавший у остальных глубочайшее почтение. Я тут же узнала его по фотографиям в газетах, но это просто не могло быть правдой. Немыслимо, чтобы настоящий принц оказался в этой толпе.
Мужчина, стоявший с ним рядом, прочистил горло.
– Его королевское высочество принц Уэльский.
Я чуть не задохнулась. Он самый. Ой, мамочки!
– Майор Меткалф, – произнес рядом со мной Фредди, а потом прошептал: – А я думал, это шутка.
Я ничего не успела ответить – майор тут же повторил приглашение, к которому брат мой отнесся столь пренебрежительно.
– Принц хотел бы пригласить вас поужинать с ним в клубе «Ривьера».
– Мы в полном восторге от спектакля. – Принц говорил с нами как совершенно обыкновенный человек, не как особа королевской крови. – Вы, видимо, в прекрасной физической форме, если можете так ловко двигаться!
– Благодарю.
– Так едем? – спросил принц.
Мне, прежде чем ответить, нужно было поднять челюсть с пола, но Фредди меня в этом опередил:
– Нам нужно переодеться.
– Нет никакой нужды. – Принц отмахнулся, будто и не видел, что мы все мокрые и от нас пахнет потом, как будто после королевской грязевой ванны.
– Все-таки лучше переодеться, – стоял на своем Фредди.
Я, не сдержавшись, добавила:
– Уверяю вас, вы об этом не пожалеете.
Принц рассмеялся, голубые глаза искрились весельем.
– Как скажете. Мой шофер отвезет вас домой, а потом доставит в «Ривьеру».
Фредди поблагодарил принца, тот сделал вид, что, мол, ничего особенного. Я едва дышала.
Это что, розыгрыш? Испытание – посмотреть, легко ли нас одурачить? Может, это и вовсе никакой не принц, а просто актеришка, решивший нас разыграть? Я вгляделась в этого представительного молодого человека, пытаясь оценить, в шутку он говорит или всерьез, но увидев, как почтительно замерли все окружающие и как дамы едва ли не пускают слюни, поняла, что он именно тот, кем и представился.
Принц отбыл, а мы протолкались сквозь толпу завсегдатаев галерки и направились к себе в отель. Через час мы уже сидели в авто, и личный шофер принца вез нас по городу в Вестминстер, на Гровнер-роуд.
Я почти не заметила, что отправляла в рот за ужином, – меня распирала мысль о нашем несказанном везенье. Когда со стола убрали и заиграл большой оркестр, принц Уэльский наклонился ко мне.
– Мисс Астер, я очень рассчитываю, что вы не слишком устали и потанцуете со мной.
– Я, может, и истратила все силы, ваше высочество, – поддразнила я его, вскакивая и протягивая руку в надежде, что он не заметит, как она дрожит. – Но их хватит на то, чтобы потанцевать с особой королевской крови.
– Делли, называйте меня Дэвид.
В тот вечер мне выпало величайшее счастье научить принца отбивать тэп в ночных клубах, и мы с ним позировали, улыбаясь во весь рот, перед вспышками запечатлевавших это фотоаппаратов.
Когда время подошло к полуночи, Фредди подал мне сигнал: пора уходить. Мы уютно устроились в автомобиле принца и покатили обратно в отель; по дороге я шепнула брату:
– Ах, да! Ах, нет! Похоже, мне тут понравится.
Глава шестая
Вайолет
«Рампа»
Что есть, то есть: на этой неделе всем известный принц-плейбой едва ли не каждую ночь танцевал допоздна с известной актрисой. Собирается ли нынешняя королева сцены сыграть в пьесе, в финале которой на пальце у нее засверкает бриллиант короны? Полагаем, на подмостках она делает книксены лучше, чем перед троном. Специалисты рекомендуют заниматься тем, что умеете, а в одном сомневаться не приходится: Астеры умеют танцевать.
Декабрь 1923 года
Вайолет покрепче прижалась к Адель, уткнувшейся подбородком в пышный меховой воротник; на головы им падал снег. Вайолет оставалось только жалеть, что у нее нет ничего теплее старенького поношенного пальто. На воротник и манжеты она пришила искусственный мех – так смотрится помоднее, но тепла от всего этого что от пары чулок в ледяной ванне.
Ну, в ее положении выбирать не приходится. Небольшое жалование, которое она получала в кордебалете, позволяло оплачивать аренду пополам с Кэти – по счастью, Вайолет успела поведать той о своих невзгодах вовремя, и ей не пришлось ночевать за кулисами, – и отсылать немного денег домой, для Прис. Мать никогда не отвечала на письма, в которые Вайолет вкладывала деньги, но та старалась не обижаться, зная, что хотя бы помогает сестре.
Они с Адель сближались все больше, к вящему негодованию некоторых особ, например Бриджет, с которой Вайолет, как это ни печально, по-прежнему приходилось каждый раз встречаться на спектаклях и репетициях. Пьеса все не сходила со сцены, билеты на дневное и вечернее представление раскупали полностью. Похоже, лондонцы никак не могли пресытиться чужим флиртом.
– Вон он, – прошептала Адель, и щеки ее порозовели от возбуждения.
Любой другой решил бы, что она просто разрумянилась от холода. Но Вайолет было знакомо это чувство, трепет в животе, как будто где-то очень чешется – не стерпеть.
У «Савоя», где они стояли наготове, остановился дорогой «роллс-ройс».
Принц Уэльский – настоящий принц! – выскочил из автомобиля и склонился перед Адель в картинном низком поклоне. Он ухаживал за ней уже несколько месяцев. Газеты сходили с ума: Адель, звезда мюзикла «Хватит флиртовать», блистательная и экзотичная американская актриса, сумела завоевать симпатии принца. Все знали, что он любитель всего американского.
Впрочем, не он один был очарован Аделью. Газеты улетали из рук разносчиков и с тележек быстрее, чем их успевали напечатать.
Почти все представители лондонской элиты, владельцы дорогой обуви и сверкающих драгоценностей, обожали Адель Астер. Искали ее внимания. Всякий, у кого имелся титул «достопочтенный» и к кому обращались «ваша светлость», почти наверняка видел Адель на сцене и приглашал ее на ужин.
На счастье или на беду, Вайолет оказалась всему этому свидетельницей. Она была теперь причастна к вещам, о которых раньше и помыслить не могла. Каждый вечер Вайолет не забывала себя ущипнуть, думая, что вот сейчас проснется. По утрам, просыпаясь, она обнаруживала, что по-прежнему проживает сразу две жизни: изгнанной из материнского дома нищебродки из Ист-Энда, которая горбатится от зари до зари, чтобы свести концы с концами, и близкой подруги суперзвезды, ходящей на свидания с принцем.
– Ах, нет, ну какой же он красавец! – прошептала Адель, склоняясь так близко, что Вайолет почувствовала запах шампуня «Амами» у нее в волосах, крема «Пондс» у нее на коже, духов «Шанель», овевавших ее тело. У Вайолет был собственный флакончик «Шанель № 5» – Адель подарила на день рождения.
– Уж да. – Вайолет не могла не признать, что принц недурен собой, хотя представители королевской семьи и жили в роскоши, лопали булочки со взбитыми сливками и икру, тогда как подданные их питались капустным супом
