причине нетрудно было догадаться. На этом наши пути-дороги разошлись. Я не знал где он, зато он знал мой адрес и хату, где я жил в Москве. Так что, здраво рассуждал я, если жив — объявится сам или даст знать, если нет… но о «нет» я как-то и не думал. Такие люди так просто не покидают этот мир. И вот вдруг впервые за столько лет — на тебе, объявился. Сказать, что я был рад, значит ничего не сказать. Ясное дело, я тут же ответил и завязалась переписка.
Вазик попросил меня об одолжении, которое я с готовностью решил выполнить. Тем более, что оно, можно сказать, как гору с плеч снимало с меня одну из мучивших меня проблем, которая, по сути, таковой могла бы и не быть вовсе, вернись я на круги своя.
Буквально за месяц до его сообщения я общался с Мариной, которая собиралась приехать в Москву или в любой другой город или страну, только бы увидеть меня и познакомить с дочерью уже вживую. Я все время откладывал встречу, находя разные причины. Дело в том, что тогда у меня не было денег не то чтобы пригласить кого-либо даже в недорогой ресторан, но и помотаться на такси по Москве. А сказать ей об этом напрямую у меня язык не поворачивался. Она, слишком хорошо изучив меня, даже и предположить не могла подобное. Мы жили в разных измерениях и ей, никогда в жизни не бывавшей в России, понять это было крайне сложно, если не сказать невозможно.
Вазик жил в Штатах, но выехать оттуда не мог. Точнее, мог, но назад в США дорога ему была заказана. Я слишком хорошо его понимал, даже улыбнулся, когда он мне об этом сказал, вспомнив инцидент, который произошел с Мариной много лет назад. Правда, это были два разных случая, но результат мог бы быть один и тот же.
Так вот, приятель Вазгена — бизнесмен из Лос-Анджелеса, на днях должен был прилететь в Марокко по делам фирмы, которая специализируется на парфюмерии. В частности, из Марокко они поставляли дерево аргания, из плодов которого делают очень ценное аргановое масло, которое до сих пор производят только вручную. Аргановое масло обладает уникальными свойствами, которых нет ни у одного косметического средства. Аргания растёт только естественным образом и всего лишь в нескольких регионах Марокко в южной части Атласских гор. И, несмотря на все достижения современной техники, эти деревья до сих пор не научились культивировать искусственно.
У Славика, так его звали, было письмо для меня, написанное на колымской фене, и несколько слов, которые он должен был сказать мне при встрече. Я, в свою очередь, должен был из Марокко отправиться в Турцию, точнее, на историческую родину Вазгена, на границу с Арменией, где меня знали и доверяли близкие Вазика, расшифровать кое-кому это письмо, показав почерк, а главное сказать им на словах то, что он передаст.
Но, в отличии от Марины, не в упрек ей будет сказано, Вазген прекрасно знал, что я на мели, притом на конкретной мели, поэтому послал мне деньжат на билет и иные мелкие расходы, а уже по приезду в Марокко всю оставшуюся сумму мне должен будет передать Слава. Впереди у меня была неделя. В этот же день я купил тур в Агадир на энное число и тут же позвонив Марине в США сказал, где я буду, но время, на всякий случай, отодвинул на несколько дней вперед. Я бывал в Северной Африке, правда останавливался ненадолго, но имел представление об этом регионе, тем более, что люди, живущие здесь, похожи друг на друга как в социальном плане, так и во всем остальном. По крайне мере в нескольких странах, в Алжире и Тунисе. И тем не менее, мне необходимо было осмотреться. Теперь оставалось только ждать. Как мне было знакомо это чувство! Как оно мне было знакомо! Одному Богу известно. Но я зря времени не терял, черпая информацию о стране из интернета и еще будучи в Москве понял, что это за дыра, Марокко. Но, увы, выбора у меня не было. Лишь одно обстоятельство меня еще как-то успокаивало. Марокко когда-то было бывшей колонией Франции, один из официальных языков этой страны французский, а у меня с ним все более-менее нормально.
Агадир
В назначенный день, в начале августа, я вылетел в Агадир. До этого вояжа я побывал во многих странах мира и, соответственно, городах, но такой кишлак как Агадир видел впервые. Люди также были под стать окружающему хаосу и полнейшей антисанитарии. Даже попрошайки-египтяне на фоне этого отребья смотрелись аристократами. Но не будем о грустном. Для сравнения, наверное, нужно было и здесь побывать. В Агадире меня поселили в отеле Tagadirt, который был прописан в моем туре. Номер отеля соответствовал городу. Нет холодильника, воду помыться можно было застать лишь ближе к ночи, чай не на чем вскипятить. Зато был сейф. Ну, в общем, ладно, не буду ёрничать. Бывало и похуже, правда, в тюрьме, но бывало же. Оставалось несколько суток до встречи со Славой и четыре дня до главной встречи последних двадцати лет.
Со Славой мы встретилась в аэропорту Агадира. Так было условлено. Он передал мне все что нужно и больше я его не видел. В запасе у меня была еще пара дней. Я уже обследовал ближайшие несколько отелей с видом на океан и пляж, но ничего подходящего не надыбал.[163] Я уже было подумал соскочить с этой страны, благо с копейкой все нормализовалось, и пока не поздно дать знать об этом Марине, но куда? Везде нужна была виза, кроме стран Магриба, которые были рядом, но они, по большому счету, от Марокко не особо-то и отличались. И тут я вновь попал в круговорот событий, которые вернули меня в то далекое прошлое, откуда я был родом. Но все по порядку.
Глава III
В одном из «крутых», по меркам Агадира, пятизвездочных отелей
