Ночь, сон, смерть и звезды - Джойс Кэрол Оутс

На голландском рынке

Нет, это не сон, а убежденность в том, что ей вырвали веки и теперь ей никуда не уйти от реальности. Страшные картины заполоняют ее мозг.

– Мэм? Я могу вам чем-то помочь?

Может быть. Позже.

Нет. Никогда.

Она была в шоке, увидев знакомое лицо из прошлой жизни. Суббота, датчтаунский [18] рынок в соседнем графстве Херкимер, что в сорока минутах езды от дома.

Эта женщина, жена фермера, сильно исхудала, лицо покрылось морщинами, а когда-то (Джессалин еще не забыла) была крепка телом и от нее веяло здоровьем. Не задумываясь, загружала тяжелые тюки ей в багажник, причем не нагибалась за ними, а приседала со знанием дела и безошибочным круговым движением отправляла тюки по назначению. Она была очень дружелюбна, но старшим детям Маккларенов, вероятно, казалась несколько слабоумной, так как постоянно переспрашивала их имена, а к Джессалин неизменно обращалась «мэм», хотя была старше лет на двадцать.

Если бы сегодня Джессалин встретила фермершу в другом месте, она бы ее не узнала. Как, впрочем, и сама она, поседевшая и одинокая, поникшая в своем вдовстве, как растение после первых заморозков, осталась бы неузнанной.

А где сам фермер? Он и тогда был уже старым, а сейчас-то уж точно ушел от дел, растворился.

Шоукросс – вот как его звали. Джессалин не стала задавать ненужных вопросов.

– Я возьму это. И вот это. О, какая красота… благодарю вас.

Сочный изумрудный ромен и алый латук, шпинат с венозными жилками и в песочных пятнышках, морщинистый бутылочного цвета кейл…

Пока она выбирала эту зелень, у нее кружилась голова от мыслей о роскошном ужине, который она сегодня приготовит.

Ведь если ты столько всего покупаешь, значит собираешься кого-то угощать, а если не собираешься, то зачем покупаешь? Конечно, можно остановиться у дома Беверли и все ей отдать, но в этом есть риск: дочь наверняка будет настаивать на том, чтобы Джессалин осталась с ними на ужин, она же предпочтет одиночество.

(Если на то пошло, Джессалин нигде не ощущала себя такой одинокой, как в доме Бендеров, где ей приходилось изображать из себя «бабушку Джесс», где Беверли и Стив обменивались между собой отрывистыми фразами, а дети без умолку болтали за столом, пока их не отпускали наверх поиграть с любимыми гаджетами.)

– Вы счастливая! Или смелая. А в моей семье никто не ест кейл. Особенно муж.

Джессалин обернулась и увидела улыбающуюся женщину, чем-то похожую на нее: одета просто, но со вкусом, на пальцах поблескивают кольца, блондинистые волосы хорошо промыты, ногти наманикюрены. На ее шутливые слова можно было бы ответить, а можно их и проигнорировать, при этом не показавшись грубой.

– Мой муж терпеть не может кейл. А радичио он предпочитает салат-айсберг.

Это прозвучало легко, игриво. В расчете на то, что незнакомка как минимум улыбнется, а то и посмеется вместе с постаревшей фермершей, но та была слишком занята раскладыванием товара по пакетам и, вполне возможно, не расслышала шутки.

– Мой муж считает, что в нашем доме живут пять собак, хотя на самом деле их девять.

Что? Какие собаки? Джессалин захотелось поскорее уйти.

– Я должна пояснить… у нас большой дом. Все собаки сразу никогда не собираются в одной комнате.

– Да-да. Это хорошо.

Джессалин натянуто улыбнулась, заплатила за роскошную зелень и отдалилась от общительной блондинки с пятью домашними собаками… или девятью. А блондинка уже выбирала продукты, вовлекая в разговор тугоухую миссис Шоукросс.

Фермерский рынок в дождливый день. Странное место для одинокого человека.

Покупателей немного, и примерно две трети продавцов поставили прилавки вдоль асфальтовой дорожки. Корзинки со свежими овощами и мясными продуктами (стейки, свиные отбивные, курочка, индюшка, говяжьи сардельки), и все это кое-как прикрыто уже намокшим брезентом.

Зачем тебя сюда принесло? Что и кому ты пытаешься доказать?

Ей показалось, что она сейчас потеряет сознание! Она вспомнила, как гуляла здесь вместе с Уайти, рука в руке, осенним солнечным днем. Вдоль прилавков. С букетом свежесрезанных цветов… мириады курчавых лепестков пастельного оттенка, что же это было?.. ах да, гибрид хризантемы, выбранный супругом. Он легко заводил разговоры с фермерами и их женами, да с кем угодно, что ее всегда поражало, хотя для политика это в порядке вещей. Правда, Уайти не был особенно искусным или амбициозным политиком, зато он запоминал имена родителей и их детей, из каких они краев и в чем состоят их интересы. Если бы его спросили, зачем тратить свою энергию на незнакомых людей, которые не имеют ни малейшего представления о том, кто он такой, и с которыми его жизнь никак не пересекается, он бы ответил: да ни за чем.

Джессалин вспоминала кур в больших клетках, на продажу. Белоперых, красноперых и пестрых. А также красивых, поменьше размером, подсадных кур для охоты. Когда им подбрасывали зерно, они громко кудахтали. Сейчас она видела только мертвых кур, уже ощипанных и подвешенных вниз головой.

Попахивало навозом. Уайти говорил, что ему нравится этот запах. Но, как и запах скунса, на расстоянии.

Под кроной дерева сбились в кучку несколько пони. Но какие родители отправят детей кататься на пони под дождем, даже если слегка моросит?

Видимо, хозяин погрузил этих пони в грузовик на рассвете, предположила Джессалин. У фермеров день начинается очень рано, когда все еще спят. Если у тебя свой прилавок