Анна взглянула на него, сощурившись.
— Я помню ваше лицо, когда сказала, что «Смелые мечты» близки к банкротству. Вы твердо решили спасти магазин и тогда еще не верили в успех презентации. И считали, что Джози не примет вашу помощь. Поэтому придумали собственный план.
Взгляд Фина метался туда-сюда.
— Я…
— Фин! — воскликнула Джози. — Это правда?
— Признайтесь, — настаивала Анна, — вы ведь стоите за этими заказами.
Фин вздохнул, и плечи у него опустились.
— Я… — Он набрал в легкие воздуха, а затем затараторил: — Ладно, признаюсь, я все устроил. Это я покупал русскую классику: Толстого, Достоевского, Чехова. Просил приятелей по всей стране — кого только вспомнил — заказывать по десять или больше копий. Я перечислял им деньги и говорил, что при желании книги можно отдать на благотворительность. Сам заказать не мог — ведь тогда Джози бы поняла, а я… ну, я знаю, какая ты гордая, Джози. Видишь ли, я уже предлагал тебе помощь, и ты никогда не принимала от меня денег. И тогда я придумал способ передать их магазину иначе…
Джози уставилась на него, раскрыв рот.
— Значит, ты заказал кучу книг тайком, у меня за спиной?
Фин тут же принялся оправдываться:
— Знаю, я поступил неправильно. В долгосрочной перспективе это бы не помогло. — Он указал на Сими. — Она подала мне идею!
— Я? — нахмурилась та. — Фин, я тут точно ни при чем.
— Ну, ты сказала: «Пусть Джози меньше знает и крепче спит». Вот план и пришел мне в голову. И думать о закрытии «Смелых мечт» было невыносимо. Джози, ты вложила в этот магазин всю свою душу. И… я люблю здесь находиться. И…
— И? — прошептала Джози.
— И я… — Фин взглянул на Сими, и та уверенно ему кивнула. — И люблю тебя, Джози.
Тетя вновь так и застыла от изумления. Но Фин, наконец-то набравшись смелости, продолжал:
— Я хочу поддерживать твою мечту вместе с тобой, быть ее частью. Знаю, для тебя любовь — это, скорее всего, великие подвиги и вдохновенные речи. Увы, этого я тебе дать не могу — но могу предложить свое сердце. И неплохие навыки в выпечке.
Анна услышала, как тетя тихонько ахнула.
— Если ты примешь мои чувства, — продолжил Фин, — я буду счастлив вести дела в «Смелых мечтах» бок о бок с тобой.
В магазине повисла тишина — лишь дождь легонько барабанил по стеклам. Джози приоткрыла губы, но не проронила ни слова. Анна забыла, как дышать. Кажется, все в магазине, даже покупатели, замерли, завороженные происходящим.
И тут Джози вышла из-за кассовой стойки. Глаза у нее наполнились слезами. Она взяла ладони Фина в свои и крепко сжала.
— Столько заказов по всей стране, — сказала она дрожащим голосом. — Поверить не могу, что ты сделал это ради меня.
— Я бы поступил так снова, не сомневаясь ни секунды, — мягко ответил Фин. — Извини, что не признался раньше и набрался смелости только после того, как ты сломала ногу и чуть не лишилась магазина. Романтик из меня так себе. Все эти книжные страсти — разбитые сердца, страдания — мне обычно не по душе, ведь я верю, что любовь должна быть спокойной и уютной. И я хочу, чтобы нам с тобой было спокойно друг с другом, Джози.
На губах тети появилась улыбка — та самая искренняя и редкая, от которой у Анны щемило сердце.
— Я хочу того же, — прошептала Джози. — Однажды я уже любила и даже не надеялась, что судьба вновь будет благосклонна ко мне. Поэтому и не замечала того, кто все время был прямо под носом.
Анна отвела взгляд и сморгнула слезы. Вот она, настоящая любовь! Не роскошные ужины и римские фонтаны, а просто тихая, неизменная преданность. И покупка половины запасов русской литературы в книжном магазине, чтобы сохранить мечту дорогого человека.
А порой любовь — это постройка шатра из старых парусов и организация пляжной вечеринки в гроте.
— Простите, — сказала Анна, — но ужин в ресторане я пропущу. Мне надо в другое место.
С этими словами она выбежала на улицу, под грибной летний дождик.
Глава 30
Анна прислонилась к капоту джипа. В руках она держала теплый термос. Дождик прекратился, воздух стал чистым и ласковым. Гладкую полосу белого песка нарушала лишь одна цепочка следов — отправившегося к морю серфингиста.
Услышав приближающийся звук шагов, Анна обернулась. И в самом деле, к ней шел Джейкоб.
— Привет! Так и думала, что встречу тебя здесь.
Он уставился на нее. Морской ветер растрепал его волосы, солнце разрумянило щеки. Гидрокостюм он успел стянуть до пояса.
— Но как ты догадалась?
— Джейкоб, ты же сама предсказуемость! — хитро улыбнулась Анна. — Катаешься на доске, а потом приходишь сюда. — Она помахала в воздухе термосом, который по дороге выпросила в кафе. — И, в идеале, пьешь горячий какао.
Джейкоб достал из машины полотенце и насухо вытер волосы. Они топорщились — по мнению Анны, очень мило. Затем Джейкоб накинул футболку и уселся на капот. Она осторожно налила какао в кружку и протянула ему. Он взял напиток, случайно соприкоснувшись с Анной пальцами.
Джейкоб сделал глоток и вернул ей кружку. Анна тоже пригубила сладкий напиток.
— Какао, ты и я, — протянул Джейкоб. — Знакомая ситуация. Только сейчас не рассвет, а закат. — Он взглянул на нее. — К слову, еще раз поздравляю. Ты заслужила всего хорошего.
У Анны потеплели щеки — и не только от горячего напитка.
— Спасибо. — Она взглянула на Джейкоба, и на этот раз уверенно. — Но останавливаться я не собираюсь. Ничуть.
Джейкоб кивнул с нечитаемым выражением лица.
— Да, жизнь Анны Бишоп только начинается. Лето подходит к концу. Презентация удалась. Джози вернулась. «Смелые мечты» спасены. А птичка мне напела, что одна из самых успешных литературных агентов Великобритании предложила тебе платную стажировку в Лондоне. Так что дальше?
Анна поставила термос на капот и придвинулась ближе.
— Да, мне правда придется уехать из Лисьей Бухты.
Джейкоб сглотнул.
— Да, конечно. Чего тебе тут торчать…
— Вообще, причин остаться здесь много, — возразила Анна. — Проведя здесь каникулы, я понимаю, почему ты так долго не уезжал из городка. Но теперь я лучше узнала себя. Поняла, что хочу увидеть мир.
— И следовать мечтам, — тихо добавил Джейкоб. — Как ты всегда и желала.
Анна взяла его ладонь в свою, и их пальцы сплелись. Руки у них были теплые и, казалось, созданы, чтобы вот так держать друг друга.
— Мечты у меня будут всегда. Только сейчас они изменились. Я хочу не просто вернуться в Лондон, а путешествовать. — Тут она ненадолго притихла. — Только, думаю, спутник мне бы не помешал.
Джейкоб нахмурился.
— Я же правильно понимаю, о чем ты?
Анна кивнула. Терять ей было нечего.
— Джейкоб, хочешь поехать со мной? Знаю, здесь твои мама и Бетти, но ты не можешь заботиться о них всю жизнь. А моя мама умоляет меня годик отдохнуть, а не поступать в университет сразу. Думаю, ради такого случая она нам поможет. Кроме того, я все лето работала, а покупала только бургеры с беконом и какао.
Повисла тишина.
— С чего ты взяла, что я справлюсь? — спросил Джейкоб. — Разве ты не считаешь, будто я боюсь большого мира?
Анна покачала головой.
— Ты боишься не того, что за пределами Лисьей Бухты, а просто слишком дорожишь любимыми людьми и не хочешь покидать их. Но мы оба знаем, что они отлично справятся и сами, — тебя даже удивит насколько! Да и ты откроешь в себе много нового. — Она глубоко вдохнула. — Ну, что думаешь? Готов отправиться в путь?
Джейкоб повернулся к Анне и наконец-то встретился с ней полным решимости взглядом.
— Более чем.
Анна потянулась к нему, и на этот раз Джейкоб не медлил. Он запустил пальцы ей в волосы, привлек ближе и прильнул к ее губам. Поцелуй получился именно таким, как Анна и желала, — пылким и в то же время медленным, чувственным. С трудом оторвавшись друг от друга, они улыбнулись. Джейкоб провел по нижней губе Анны большим пальцем.
