чему об этом говорить? Он не притворяется, он и впрямь такой – простой, и хороший, и умный, а я рядом с ним всего лишь врушка! Не понимаю, почему я ему симпатична, и иногда действительно боюсь, что разонравлюсь, как только он узнает меня получше.
– Он продолжит обожать тебя. И чем лучше начнет узнавать, тем сильнее будут его чувства.
Элис покачала головой:
– Он не из тех, кто обожает. Совсем не такой. Он глубже…
Но миссис Адамс ничуть не интересовал подобный анализ, и она сразу перебила дочку:
– Кажется, нам с отцом пора проявить к нему внимание. Я сейчас сказала папе, что, насколько мне известно, твой друг ни разу не заходил в наш дом.
– Ни разу, – грустно подтвердила Элис. – Это правда. Разве что по вечерам мы сидим тут на крыльце… Даже пару раз под мелким дождиком сидели. Здесь гораздо приятнее.
– Мы, конечно же, должны с этим что-то сделать, – заявила мать.
– Что именно?
– Я подумала… – Миссис Адамс немного помолчала. – Вероятно, больше не стоит тянуть с приглашением на ужин.
Эта идея не воодушевила Элис; больше того, девушка с тревогой и грустью в голосе спросила:
– Мам, а это обязательно? Ты действительно так считаешь?
– Действительно. Именно так я считаю.
– Неужели нельзя… ну, подождать еще немножко?
– Все уже выглядит странно, – отрезала миссис Адамс. – Негоже молодому человеку заходить к нам настолько часто, как делает он, и не увидеться с твоими родителями. Нет. Мы обязаны что-то предпринять.
– Но почему сразу ужин? Во-первых, я не хочу никого приглашать. Во-вторых, мне и пригласить-то некого.
– Я не собираюсь устраивать прием, – объяснила мать. – Я всего лишь предлагаю позвать его поужинать вместе с нами. Малена Бёрнс, та мулатка, может все приготовить и привести с собой официантку. Купим цветов, поставим на стол и в гостиную. Хоть завтра, хоть в какой другой день, пока твой отец в благодушном настроении. Малену я сегодня видела и намекнула, что скоро нам, вероятно, понадобятся ее услуги. Она ответила, что на этой неделе свободна, я могу предупредить ее сегодня же. Представь: вот он придет, а ты его на завтрашний ужин позовешь. Все будет замечательно, не сомневайся. Хватит волноваться об этом.
– Да… но… – Элис колебалась.
– Как ты не понимаешь, насколько странным все выглядит со стороны? Пора что-то делать, – настаивала мать. – Как будто мы какие-то нищие. Нельзя больше тянуть время.
Элис с тяжелым сердцем согласилась:
– Ладно, я спрошу, раз, по-твоему, это необходимо.
– Вот и договорились, – сказала миссис Адамс. – Я позвоню Малене, а потом сообщу отцу.
Она вернулась назад к мужу и застала его в перевозбуждении: перед ним в темноте стоял Уолтер. Адамс настолько потерял самообладание, что чуть не кричал на сына.
– Тихо, тихо! – проговорила женщина, приблизившись. – Вас на переднем крыльце слышно.
– Мне все равно, слышно там или нет, – резко оборвал ее Адамс, но заговорил уже не так громко: – Хочешь знать, о чем мальчишка меня попросил? Я-то думал, он пришел, потому как наконец мозгами шевелить начал или у него совесть проснулась, когда понял, что творит с собственной семьей! Думал, скажет, что пойдет ко мне на завод работать. Нет, мэм, ничего подобного!
– Воистину, – хмыкнул Уолтер. В темноте его лица не было видно, он не двигался, казался апатичным и говорил тихим голосом. – Нет, я не этого хочу.
– Ты продолжаешь работать в том месте, – рявкнул отец, – когда мог бы принести хоть немного пользы семье. А единственная причина, по которой тебя оттуда еще не выгнали, заключается в неведении мистера Лэма, что ты все еще там работаешь! Погоди…
– Ты ошибаешься, – спокойно сказал Уолтер. – Он знает, что я там. Мы говорили с ним вчера, он спросил, как я справляюсь с работой.
– Сам спросил? – изумился Адамс, кажется, не поверив сыну.
– Да. Сам.
– Что он еще тебе сказал, Уолтер? – быстро спросил отец.
– Ничего. Просто пошел дальше.
– Наверное, он не знал, кто ты такой, – заявил Адамс.
– А вот и знал. Он назвал меня по имени и фамилии.
Услышав это, Адамс замолчал. Уолтер, повременив немного, поинтересовался:
– Так ты что насчет меня надумал? О том, что мне нужно?
– Что тебе нужно, Уолтер? – спросила мать, так и не дождавшись ответа мужа.
Уолтер немного помолчал и проговорил все тем же невозмутимым тоном, хотя и с легкой хрипотцой в голосе:
– Мне нужны триста пятьдесят долларов. Ты б его заставила мне их дать, если можешь.
Тут Адамс нашел слова.
– Угу, – с горечью начал он. – Вот что ему надо! Он не хочет делать того, о чем я его прошу, и вместо этого требует триста пятьдесят долларов! И все тут!
– Что происходит?! – воскликнула мать. – Уолтер, зачем тебе такие деньги?
– Мне они нужны.
– Но на что?
– Просто нужны. – Спокойствие и хрипотца в голосе никуда не исчезли.
– Так объясни нам…
– Нужны.
– Я тоже не могу от него добиться чего-то большего, – сказал Адамс. – Видимо, он полагает это свое требование достаточным для получения денег!
В хриплом голосе послышалась легкая дрожь.
– У тебя разве нет таких денег?
– Нет! Нет у меня денег! – ответил отец. – Я сам на следующей неделе в банк собрался за суммой, которая даже в расчетной ведомости не стоит. Думаешь, я деньги печатаю?
– Не знаю, Уолтер, на что ты рассчитываешь, – вмешалась озадаченная и расстроенная миссис Адамс. – Если бы даже у отца были деньги, то он, конечно, не мог бы потратить из них лишнего цента, ведь они ему самому нужны. А ты отказываешься сказать, зачем они тебе. Впрочем, денег все равно нет.
– Ладно, – произнес Уолтер, потом немного постоял молча и равнодушно бросил: – Вы и раньше-то для меня особо ничего не делали, да-да, вы оба.
И, словно это было его прощальной речью, повернулся и быстро зашагал прочь, сразу скрывшись в темноте.
– Как прекрасно мы воспитали нашего мальчика! – проворчал Адамс. – Чокнутый, по-другому и не скажешь.
– Как ты думаешь, зачем ему понадобились такие деньги? – недоумевая, спросила жена. – Представить себе не могу, что с ними можно сделать. Интересно… – Она замолчала. – Интересно, а нет ли у него…
– Чего нет?
– Нет ли у него дурных… связей.
– А черт его знает! Мне об этом не докладывали, – проговорил Адамс. – Есть в нем что-то такое, чего мне ни за что не понять. В большом городе за парнем уследить сложно, тем более если тот вошел в возраст. Девочки в основном дома сидят, а юноша следует зову природы. Понятия не имею, что нам с ним делать!
Лицо миссис Адамс чуть-чуть просветлело.
– Все с ним будет нормально, – сказала она. –
