εἰς ἑτέραν παροικίαν ἐκτρέχουσι, κατὰ τὸ πλεῖστον δὲ ἐν ταύτῃ τῇ θεοφυλάκτῳ καὶ βασιλίδι πόλει, καὶ εἰς ἄρχοντας προσεδρεύουσιν, ἐν τοῖς αὐτῶν εὐκτηρίοις τάς λειτουργίας ποιοῦντες, τούτους, χωρὶς τοῦ ἰδίου ἐπισκόπου καὶ τοῦ Κωνσταντινουπόλεως, οὐκ ἔξεστι δεχθῆναι ἐν οἱῳδήποτε οἴκῳ ἤ ἐκκλησίᾳ. Εἰ δέ τις τοῦτο ποιήσει, ἐπιμένων καθαιρείσθω. Ὅσοι δὲ μετ’ εἰδήσεως τῶν προλεχθέντων ἱερέων τοῦτο ποιοῦσιν, οὐκ ἔξεστιν αὐτοῖς κοσμικὰς καὶ βιωτικὰς φροντίδας ἀναλαμβάνεσθαι, ὡς κεκωλυμένοις τοῦτο ποιεῖν παρὰ τῶν θείων κανόνων. Εἰ δέ τις φωραθείη τῶν λεγομένων μειζοτέρων τὴν φροντίδα ἐπέχων, ἤ παυσάσθω ἤ καθαιρείσθω. Μᾶλλον οὖν ἴτω πρὸς διδασκαλίαν τῶν τε παίδων καὶ τῶν οἰκετῶν, ἐπαναγινώσκων αὐτοῖς τάς θείας Γραφάς, εἰς τοῦτο γὰρ καὶ τὴν ἱερωσύνην ἐκληρώσατο.
Перевод
Поелику некоторые из клира, уклоняясь от силы существующего в правилах постановления, оставив свой приход, отбегают во иные приходы, наипаче же в сем Богоспасаемом и царствующем граде, и у мирских начальников водворяются, отправляя Богослужения в их молитвенницах: то сих, без воли своего и Константинопольского епископа не позволяется принимать, в каком бы то ни было доме, или церкви. Если же кто сие сотворит, и в том упорен будет: да будет извержен. А тем, которые с согласия вышереченных священноначальников сие творят, не надлежит принимать на себя мирских и житейских попечений, якоже Божественными правилами возбранено сие творить. Если же кто обрящется, занимающий мирскую должность у глаголемых вельмож или да оставит оную, или да будет извержен. Лучше же да идет учить отроков и домочадцев, читая им Божественное писание: ибо для сего и священство получил.
Толкование
Зонара. Много правил об этом предмете и апостольских и соборных; но их не было достаточно к пресечению зла. Почему и этот собор издал сие правило, которым запрещаются вдруг два незаконные дела: первое то, чтобы чужие клирики не переходили из города в город и не приходили в сей царствующий град, не являлись к сановникам и не служили в их домовых молитвенницах без ведома собственного епископа, которого оставили, и константинопольского, в епархию которого пришли; в противном случае они должны подвергаться извержению. И второе то, что, если бы и было им дозволено указанными епископами служить в молитвенном доме, они не должны принимать на себя мирских и житейских попечений и делаться управителями, или счетчиками, или принимать на себя другие подобные попечения. Если же, говорят отцы собора, окажутся некоторые делающие что-нибудь такое, таковые должны или оставить это, или подпасть извержению. Должность так называемых управителей (μειζότεροι), о которой говорит это правило, состоит, как можно узнать из 11-го правила Двукратного Собора, бывшего во храме святых Апостолов, в так называемом попечительстве (κουρατορεία) над полями начальников, где они назывались и управителями. Итак, посвященным лицам запрещается входить в мирские попечения; а воспитывать и учить начальнических детей и рабов, и устроять их нравы, не возбраняется.
Аристин. Клирик, если оставит свою епархию и уйдет в другую, без дозволения своего и константинопольского епископа, не должен быть принимаем ни в доме, ни в церкви. Делающий это и упорствующий должен быть извержен. А делающие сие с ведома лиц, о которых мы сказали, не должны принимать на себя мирских попечений, или если приняли, должны оставить, в противном случае должны подлежать извержению.
Чужого клирика, если придет в сей царствующий град, не должно, без согласия его епископа и епископа константинопольского принимать ни в каком доме, ни в церкви; если же кем будет принят, без ведома их, и упорно не возвращается в свою епархию, должен быть извержен. А кто с ведома их вступит в какой-либо дом в сем богохранимом граде, тот не должен быть управителем, или надсмотрщиком, или попечителем; но быть при обучении детей и слуг. А если примет подобные попечения, должен или престать, или подвергнуться извержению.
Вальсамон. Различные правила запрещают клирикам оставлять епархии, в клире которых состоят, и переходить в другие. Итак, следуя им, и настоящее правило определяет, чтобы ни один клирик без своего епископа, то есть без представительной и увольнительной грамоты его, или без определения константинопольского патриарха нигде не был принимаем, то есть не служил ни в какой церкви, ни в молитвенном доме начальников. Поступивший вопреки сему и после вызова не возвращающийся в собственный клир должен быть извержен; ибо это и значит выражение: или да престанет, или да извержется. А если кто, получив дозволение от определившего его в клир с грамотами, о которых мы сказали, или от константинопольского патриарха дозволение священнодействовать в других церквах, примет на себя мирские попечения, вопреки определению правил, или сделается управителем, таковой, после сделанного ему напоминания, должен престать, или подвергнуться извержению. Прочее содержание этого правила изъяснено в различных правилах, например, в 17 и 18 правилах Трульского собора, 13-м и 23-м Халкидонского собора и в других. Заметь из буквального смысла настоящего правила, что одному константинопольскому патриарху предоставляется принимать чужих клириков и без увольнительной грамоты рукоположившего их, если они представят по крайней мере грамоты, свидетельствующие о рукоположении их, или принятии в клир. Почему и в праве, как мне кажется, святейший патриарх и хартофилакс его дозволит чужому клирику священнодействовать в царствующем граде и без увольнительной грамоты рукоположившего его. Управителями называются попечители сельских имений, как это открывается из 11-го правила двукратного собора, бывшего во храме святых Апостолов. Итак, запрещая это лицам посвященным, отцы предлагают им учить грамоте, и чрез это добывать себе средства к жизни; потому что для этого они и определены. А если чужие клирики водворяются у начальников и служат в молитвенницах их, – и это сюда же относится; ибо хотя бы они служили и в самых скромных молитвенных домах без воли своих епископов, или константинопольского, должны подвергнуться наказанию подобным же образом.
Славянская кормчая. Причетник оставив свою землю, и на иную страну отшед, без повеления своего епископа, и Константина града, да не будет прият ни в дом, ни в церковь; сеже творя и пребывая, да извержется. Аще же с ведением, еже рекохом се сотворше, мирских попечении на ся да не приимут. Аще ли прияша, да останутся. Не оставшиижеся, да извергутся.
Чуждого причетника пришедша в Царьград, без повеления епископа его, и Константина града патриарха, не подобает в кий либо дом, ли в церковь приимати. Аще же от некого прият будет, без ведения сею, и пребывает нехотя обратитися в свою страну, да извержется. Аще же с ведением сею в некий дом к болярину богохранимого того града внидет, не подобает ему строителю, или старейшине, или приставнику быти,
