Брут
Но это правда все?
Коминий
Да, правда, и она зальет вам щекиСмертельной бледностью. Вассалы РимаРады восстать, а кто из них решилСопротивляться вольскам, погибаетПод общий смех, как доблестный дурак.И можно ль осуждать Кориолана?Нами он изгнан – оценен врагом.
Менений
Все мы пропали, если он пощадуНе даст нам.
Коминий
А кому о ней просить?Трибунам, что ли? Наш народ пощадыТакой же может ожидать, как волкиОт пастухов. А близкие друзья,Скажи ему лишь: «Пожалей ты Рим», –И тотчас ненависть его заслужат:Ведь Рим же Марция не пожалел.
Менений
Да, да. И поднеси он головешкуПылающую к дому моему,Я постыжусь сказать: «Не жги, не надо».С вашей оравою мастеровойНамастерили славно вы!
Коминий
ПогибельНеотвратимую вы навлекли.
Оба трибуна
Но почему же мы?
Менений
А кто же? Мы?Мы, люди знатные, его любили,Но поддались трусливо толпам вашим,И он под улюлюканье ушел.
Коминий
Теперь придет назад под ваши вопли.Авфидий подчиняется ему,Как будто старшему. ПротивоставитьНам нечего. Храбрость отчаянья –Вот наша вся и сила и защита.
Входят толпой горожане.
Менений
Идет орава. – И Авфидий с ним же? –
(Толпе.)
Что? Гнали, улюлюкали? ТеперьВ Рим возвращается Кориолан,И каждый волос на его солдатахБичом вам будет. Заражая воздух,Вы шапки грязные кидали вверх –Он с вас их скинет вместе с головою,За голоса заплатит. Да обуглиОн нас в одну сплошную головню –И то бы поделом.
Горожане
Ох, вести страшные.
Первый горожанин
Что до меня,То я сказал: «Хоть надо гнать, но жалко».
Второй горожанин. То же и я сказал.
Третий горожанин. То же и я. И, честно сказать, многие, многие наши то же самое говорили. Мы хотели как лучше, и хотя согласились изгнать, но против нутряного нашего согласия.
Коминий
Да, хороши вы! Поголосовали,Теперь поголосите.
Менений
НатворилаДел ваша свора! – Так в сенат идем?
Коминий
А что еще осталось?
Оба уходят.
Сициний
Идите, земляки, домой спокойно.Сенаторы изображают страх,А сами рады бы, небось, чтоб этаЛожь оказалась правдой. По домамИдите и не поддавайтесь страху.
Первый горожанин. Смилуйся над нами боги! По домам, ребята, по домам. Я всегда говорил, что гнать его – неправедное дело.
Второй горожанин. Все мы это говорили. Ну да идем уж.
Горожане уходят.
Брут
А весть нехороша.
Сициний
Нехороша.
Брут
Идем на Капитолий. ПолбогатстваЯ отдал бы, чтоб это ложь была.
Сициний
Пойдем.
Уходят.
Сцена 7
Стан вольсков близ Рима. Входит Авфидий с военачальником, своим заместителем.
Авфидий
Что, к римлянину этому солдатыПо-прежнему как мухи льнут?
Военачальник
Мой вождь,Не знаю я, что в нем за волшебство,Но воины твои им просто бредят,Он на устах у них вместо молитвыИ затмевает в их глазах тебя.
Авфидий
Сейчас поправить это невозможно,Не окалечив замыслов своих.Не думал я, когда его приветил,Что драть он будет нос передо мной.Но уж таков его природный норов,И ничего тут не поделать.
Военачальник
ЗряТы полномочья поделил с ним. ЛучшеТы армиею сам бы предводилИль все ему командованье отдал.
Авфидий
Я понимаю, но уверен будь,Когда наступит подведенье счетов,Ему я обвиненья предъявлю –Он не догадывается какие.Хоть кажется ему и всем бойцам,Что он нам служит честно и умело,Дерется, как дракон, и побеждает,Лишь только вынет меч, – но упустилОн кое-что, на чем сломает шеюСебе – иль мне, – когда придет расчет.
Военачальник
Мой вождь, как думаешь, возьмет он Рим?
Авфидий
Все города сдаются без осадыЕму, и за него патрициат –Любимец он сената, знати римской.Трибуны ж не умеют воевать,И как плебейство выгнало его,Так и вернет – поспешно, бестолково.Он Рим ухватит, как хватает рыбуОрлан, – по праву сильного. СлужилОн Риму доблестно, а удержатьсяНа гребне не сумел. То ли гордыня,Которой вечно болен человек,Балованный успехом; то ли пылкость,Мешающая счастливой судьбойРаспорядиться; то ли нрав, настолькоНепеременчивый, что и в сенатеОн восседал сурово, как в седле,И мир вести хотел, как вел сраженья, –Но проявленье этих свойств, какимиОн – хоть и в разной мере – наделен,В людей вселило страх, а потомуИ ненависть – и повлекло изгнанье.Однако и достоинства егоТак велики, что могут перевесить.Оценка наших дел – в руках людей,И речь оратора увековечитьСпособна подвиг лучше мраморных гробниц.Кумир сегодня – завтра всем постылый.Клин клином вышибают, силу силой.Пойдем. Когда Кай Марций свалит Рим,Тогда-то мы с ним и поговорим.
