в работу. Дочка тоже обязывала держаться. Потом еще Денис появился… А Стас почти каждый день ездил на кладбище. Мы все за него боялись, пытались хоть как-то отвлечь – работой, спортом, придумывали развлечения…
Все было бестолково. Он зомби какого-то напоминал. Словно душой лежал под землей рядом с Олесей, а тело его вынуждено было болтаться здесь.
Постепенно он вовлекся в работу. Надо сказать, кризис помог – гендиректору пришлось-таки включить мозг, чтобы не похоронить еще и свое предприятие. В остальном, он совсем недавно кое-как начал приходить в себя.
Алиса нажала кнопку «стоп» на диктофоне, утерла слезы и, всхлипнув, продолжила:
–А сейчас, ради чего я, собственно, заставила себя окунуться в то, о чем мечтаю забыть навсегда. Это должно остаться между нами. Ань, сегодня я видела в его глазах тот же восторг, с каким он смотрел на сестру. Он влюбился. Я не знаю, что ты к нему испытываешь. Если для тебя все это не серьезно, а такое вот следствие хорошего вечера и выпитого шампанского, прошу, исчезни сейчас. Материала для книги у тебя достаточно. Думаю, финальную точку я поставила яркую. Я не хочу, чтоб ему пришлось мучиться так, как было в последние годы. Если ты прервешь это сразу – мы обойдемся малой кровью.
–Алис, ты меня сейчас даже не смущаешь, а обижаешь уже, – надула губы Анюта.
–Извини. Я к тебе за эти несколько месяцев стала хорошо, даже по-дружески, относиться. Но Стас мне как родной. Я за него и сейчас переживаю, потому хочу перестраховаться.
–Если бы это было минутной… многоминутной… слабостью – я бы, наверное, сбежала с утра пораньше, а не согласилась остаться тут на выходные.
–Надолго ли тебя хватит? Я не знаю, может, ты побалуешься месяцок-другой и точка. Бывает, подобные отношения для людей норма…
–Алис, это когда-то раньше у меня были отношения. А с ним, – она мечтательно подняла глаза к потолку. – Это не отношения. Это сказка какая-то. Я с ума схожу. Красивый, умный, добрый, успешный, такой замечательный во всем… я сама боюсь, что это все закончится: начнет он меня с Олесей сравнивать – решит, она была лучше и все разорвет…
–Не будет он сравнивать, – Алиса знала наверняка: человеку с дырой в памяти сравнивать не с чем. – Тогда извини за этот разговор. Я привыкла быть любящей сестрой – для Олеси, а теперь и для Стаса…
–Да ладно, забыли. Ты сама как?
–Мам, а где зарядка от планшета? – послышалось в коридоре.
–Сейчас дам, – Алиса достала проводок из ящика и протянула его Ане. – Передай ребенку, я приведу себя в порядок: ей нельзя меня такой видеть.
–С тобой точно все в порядке?
–Нет, конечно, – она натянула улыбку. Глаза оставались грустными. – Но пусть это останется между нами. Скоро мужики вернутся. Им это тем более ни к чему.
Мужики вернулись на коне – каждый на своем. Работая в «Айсберге», Денис успел обрасти такими связями и знакомствами, что машину удалось вызволить без проблем, ни копейки за это не заплатить, да еще получить обещание, что в понедельник кому надо дадут нагоняй за такие сюрпризы для уважаемых людей.
Вечером Ксюша уговорила взрослых поиграть в снежки во дворе, чем организовала им веселую и своевременную эмоциональную разрядку. Впервые за последние два года в доме Стаса все были счастливы.
-Алиса Евгеньевна, здравствуйте, – пришедший на собеседование молодой человек вынужден был как-то привлечь к себе внимание финансового директора «Айсберга». Секретарь утверждала, что его готовы принять. Но войдя в кабинет, соискатель увидел пустующий рабочий стол и спину отвернувшейся к окну женщины.
–Помнится, ты еще в универе хвастал, как за семь с половиной минут можешь очаровать любую тетку и жалел, что не все преподши столько времени тратят на прием экзамена, – проговорила она. – Похоже, ничего не меняется – ты даже на сайт «Айсберга» не зашел, чтобы посмотреть, с кем будешь общаться.
Слушая этот монолог, мужчина насторожился. Голос казался знакомым, но основательно забытым. Женщина обернулась и засияла в свете полуденного солнца, дежурившего за окном – золотистые пряди волос, сверкающие украшения, хитрый блеск в глазах. Она знала, в какое время дня назначить встречу, чтоб заставить Сашу завидовать самому себе семилетней давности.
–Ну, здравствуй. Те, – точку в ее речи поставила улыбка, то ли вежливая, то ли издевательская.
Мужчина сделал шаг назад.
–Алиса? – он наморщил лоб, чтобы вспомнить, как звали ее отца и будто сам себе подтвердил:
–Евгеньевна… Но ты ведь не Купавина.
–Думаешь, брошенные тобой девушки навсегда остаются никому не нужными?
–Как ты здесь?.. Кто тебя?.. – мялся он на пороге, наверное, решая, нужно ли ему теперь это собеседование.
–Я здесь работаю, дорогой мой, – довольная произведенным впечатлением, Алиса села за стол и жестом пригласила мужчину расположиться напротив:
–Вот с такими балбесами, как ты, просили пообщаться, решить, нужен ли ты нам.
–Но как такое может быть? – вместо того, чтобы сесть, он подошел поближе, уперся ладонями в стол, склонился над Алисой и разглядывал ее как диковинного зверька в зоопарке.
Посмотрев в его голубые глаза, она почувствовала обиду, даже некое подобие ревности, что дочка чертовски на него похожа – вылитый отец. Но в то же время отметила, как за прошедшие годы Саша испортился – раньше был стройный паренек с твердым самоуверенным взглядом, а теперь тот же взгляд принадлежал мужчине, выглядевшему старше своих двадцати семи, набравшему в весе, ссутулившемуся и то ли не выспавшемуся сегодня, то ли в принципе потрепанному жизнью. Качество костюма и отглаженность воротничка на рубашке также не внушали уважения. Словом, в Саше она увидела «не мальчика, но мужа» и внутренне порадовалась, что не своего.
–С кем ты спишь, раз так поднялась? – продолжал он свой допрос.
–Ты тут, во-первых, не нависай, присядь уже, – она еще раз небрежно махнула в сторону отведенного посетителям места. – А в во-вторых, я уже лет семь как не обязана отчитываться тебе в своих связях. По секрету могу сказать, она одна, законная и к моей карьере никак не относится.
–Но как же ты с ребенком? – выхватывал он из памяти какие-то куски и пытался их соотнести с неожиданно открывшейся действительностью. – Ведь был тогда ребенок – помню, с пузом тебя видел огромным.
–У ребенка появился замечательный папа, который ее любит, – Алиса заранее убрала все семейные фотографии со стола – не хотела показывать дочку. – Не понимаю, что тебя удивляет? Я еще тогда говорила: молодым родителям ничто не мешает преуспеть в жизни.
–Нет, так не бывает. Алис, скажи, в чем
