Стэн последовал за своим бывшим одноклассником к парковке.
– Мне не хотелось тебя обидеть. Прости, если я чем-то тебя задел.
Сев за руль своего старенького фургона, Виктор захлопнул дверь и, не глядя на Стэна, сделал неприличный жест и дал газ.
Глава 11
Кэл
Мы договорились встретиться через час у дома отца Люси Брайтон.
Поднявшись на ноги и проморгавшись, Эд, спотыкаясь, вышел из прачечной. Я заложил свое белье в сушилку и стал ждать, пока оно высохнет. Обычно на это уходило полчаса, так что у Эда было достаточно времени, чтобы натравить на меня полицию. Но никто так и не появился. Видимо, пострадавший решил не связываться.
И слава богу. Кто знает, сколько друзей осталось у меня в этом заведении.
Я вручил Сэмми свою карточку со словами:
– Позвони мне, если он будет тебе досаждать. Или вызывай полицию.
Сэмми взяла карточку, даже не взглянув на нее.
– Это мои проблемы, – буркнула она, возвращаясь к своим машинам.
Что ж, у каждого своя манера выражать благодарность.
Забросив домой белье, я сел в свою «хонду», стоявшую за книжной лавкой. Дом Чалмерсов находился на Скелетон-драйв, в одном из лучших районов города. Длинное здание с гаражом на две машины и ухоженным участком с величественными дубами, которые по виду были гораздо старше нашего города.
Люси Брайтон ждала меня на подъездной дорожке, сидя в серебристом «бьюике». Когда я подъехал, она вышла из машины.
У меня самого рост не маленький, но она была со мной вровень, и ее глаза за овальными очками в тонкой металлической оправе могли смотреть на меня в упор. В ее внешности вообще преобладали вертикальные линии: прямые волосы до плеч, длинный тонкий нос, прямой долгополый плащ и черные брюки с безукоризненной стрелкой.
Сняв очки, она вытерла покрасневшие глаза скомканным платком.
– Спасибо, что приехали, Кэл.
– Примите мои соболезнования.
– Все это настолько ужасно. Я только что из морга, так, кажется, называется это место.
Она приложила руку к губам, чтобы немного прийти в себя.
– Мне пришлось опознавать тело… это так жутко. Я надеялась, что произошла ошибка, но это был он. Мой отец. Мириам будет опознавать кто-то другой. Я не являюсь ее близкой родственницей. Сюда из Провиденса приедет ее брат. Это так… такая бессмысленная смерть… как такое вообще могло случиться.
– Сочувствую, – сказал я.
– Они собирались демонтировать экран на следующей неделе. Произошла какая-то ошибка. Возможно ли это?
– Не знаю. Но думаю, скоро во всем разберутся.
Я стал подозревать, что она пригласила меня как раз для этого – найти виновника катастрофы. Если так, она зря потратит деньги. В это дело наверняка вмешаются федералы и полиция штата.
Если они сочтут, что здесь нечто большее, чем головотяпство демонтажной службы, наверняка подключится Министерство национальной безопасности. Их совместные усилия гораздо быстрее приведут к результату, чем моя индивидуальная деятельность.
– Я до сих пор в шоке, – всхлипнула Люси. – Мне все кажется, что я брожу в тумане. И ничего этого не произошло. Такого просто не может быть.
– Но вы отлично держитесь.
– Если это называется «отлично держаться», тогда что значит «потерять голову»? А такое обязательно произойдет, я вам гарантирую. Мне неизвестно, когда выдадут тело. А еще надо организовать похороны. Обзвонить друзей и родственников, может быть, они захотят приехать.
Я вспомнил, что Люси разведена. Может ли она рассчитывать на помощь родственников?
– А ваш бывший муж не собирается приехать?
Женщина рассмеялась.
– Джеральд? Спешит и падает.
– Это означает «нет»?
– Он живет в Сан-Франциско. Я ему позвонила, но у него нет денег даже на автобус до Лос-Анджелеса, не говоря уже о самолете. Честно говоря, я этому только рада. Кристал всегда так волнуется, когда он приезжает, а ей это совсем ни к чему.
Люси как-то упомянула о своей дочери, но я ее ни разу не видел.
– Почему волнуется?
– У Кристал совершенно фантастическое представление об отце. Она считает: он ушел от нас, потому что выполняет какую-то более важную миссию. Сражается с инопланетянами, спасает китов, возводит гигантский щит, чтобы остановить глобальное потепление. Она не допускает мысли, что ему просто наплевать на собственную дочь. Она не говорит о своих переживаниях, но это проявляется в ее рисунках.
– Она рисует?
Люси махнула рукой.
– Это неважно. Я позвала вас не за тем, чтобы посвящать в свою личную жизнь.
Она вдруг отвернулась, сгорбилась и зарыдала.
– Простите, – пробормотала она, не глядя на меня.
Я осторожно положил ей руку на плечо.
– Ничего. На вас столько свалилось. Тут любой не выдержит.
Пару раз всхлипнув, она вытерла нос и повернулась ко мне.
– Кристал только одиннадцать. Детям вообще трудно объяснить, почему их бросают родители. А с Кристал все еще сложнее…
– Не понял.
Еще один всхлип.
– Она… не такая, как другие дети.
Люси сунула платок в сумку и выпрямилась.
– Все в порядке. Я оставила ее у подруги. Не стоило брать ребенка с собой после того, что произошло.
Судорожно сглотнув, Люси вздернула подбородок, словно показывая, что она готова ко всему, как бы тяжело
