Было огромным облегчением услышать его голос, пусть даже он был бледным, а на лице виднелись глубокие царапины. Очевидно, он находился в безопасности где-то в укрытии.
Спустя полтора дня после нападения, в субботу утром, Мерете Люнггор снова позвонила ей и велела включить телевизор. План состоял в том, что Карл должен был сделать ещё одно заявление. Пройдет минут двадцать, пока какая-нибудь из станций перехватит его видеообращение, — скорее всего, канал News успеет первым.
Мона снова попыталась выведать у Мерете, где прячется Карл, но та в очередной раз поклялась, что сама не знает.
Слава Богу, Лусия спала, когда Карл снова появился на экране.
Он всё ещё был бледным, но держался более собранно, а царапины на лице уже покрылись корочкой.
— Меня зовут Карл Мёрк, и я всё ещё свободный человек, — начал он и пояснил, что его свобода заключается в возможности говорить открыто. Он попросил с пониманием отнестись к тому, что не может сдаться властям до тех пор, пока его жизнь находится в опасности.
— Кто хочет моей смерти? — я до сих пор задаю себе этот вопрос. С одной стороны, датское государство обвиняет меня в совершении тяжких преступлений, а с другой — неизвестные криминальные силы пытаются заставить меня замолчать. Кто-то думает, что я знаю то, что может им навредить. Возможно, они боятся, что я знаю их имена. Но что тогда удерживает меня от того, чтобы раскрыть их и остановить? Мне достаточно просто открыть рот. Посмотрите мне в глаза. — Он сделал долгую, театральную паузу. — Если бы я знал, как их остановить, я бы сказал это прямо сейчас. Но с другой стороны, это лишь подтвердило бы предположение полиции, что я утаивал информацию. Информацию, которая выставила бы меня преступником, сговорившимся с теми самыми людьми, которые хотят меня убить. Видите, насколько вся эта ситуация парадоксальна?
Мона чувствовала по его тону: несмотря на то, что Карл пытался нападать, он сам не верил, что это поможет. Было так больно видеть своего большого, сильного, справедливого мужа таким разочарованным и потерянным.
—Так или иначе, сегодня я здесь прежде всего для того, чтобы передать особый привет одному совершенно особенному человеку, — продолжил Карл. Он придвинул голову ближе к камере.
— Мона, — произнес он так проникновенно, что она вздрогнула. — Я люблю тебя и скучаю по тебе. Я всё время думаю о тебе и Лусии, и ты должна знать, что со мной всё в порядке. Поздравляю тебя с завтрашним днём рождения. Возможно, скоро мы снова будем вместе.
Затем он попытался послать ей воздушный поцелуй, и когда взмахнул рукой, случайно задел экран с камерой, отчего тот на мгновение отвернулся от его лица. Он тут же поправил её и широко улыбнулся:
— Ты скоро снова обо мне услышишь, любимая, — закончил он.
* * *
Большинство сотрудников Мерете повернулись к экрану.
— А он, чёрт возьми, неплохо справляется, — сказал кто-то из них, но Мерете не была в этом так уверена.
Если у них здесь в ближайшее время не произойдет прорыва, она боялась, что Карл, Роза и двое других сотрудников из Отдела Q возьмут дело в свои руки. Не этого ли как раз и хотели враги Карла в Главном управлении полиции?
— На сим-карте спутникового телефона есть приличный объём данных, но мы не можем сразу их расшифровать, — произнес один из техников. — Как думаешь, ты могла бы попросить Плоуга узнать у Бенте Хансен, продвинулась ли её команда в этом вопросе?
— Я попробую, — ответила она. — В данный момент он находится в тюрьме Вестре вместе с Гордоном из Отдела Q, чтобы послушать, что собирается рассказать Йесс Лассен. Но через час-другой я наберу его и узнаю, как обстоят дела.
— Мы также проверили отпечатки пальцев на спутниковом телефоне, и в Дании совпадений, к сожалению, нет.
Мерете так и думала.
— Тогда нужно запросить голландцев, — сказала она и продолжила: — Мы подозреваем, что состояние Ищейки Лейфа Лассена в двенадцать миллионов крон может быть замешано в этой истории. Нам известно что-то новое об этом?
Её эксперт в этой области выглядел разочарованным.
— Мы видим, что Лейф Лассен в течение ряда лет вкалывал на ремонте домов, в которых они жили, затем продавал их, покупал новые и снова ремонтировал. Так что деньги заработаны абсолютно честным путем. Изначально он выучился на плотника, потом пошел в армию, а уже после стал полицейским. Так что и здесь копать не под что — ничего подозрительного. Мы проверили: он служил детективом в Виборге именно в те годы, когда это дело начало раскручиваться. Ищейка, похоже, просто нормальный, честный коп.
Мерете нахмурилась.
— За что же нам тогда ещё уцепиться?
— Пока особо не за что, — отозвался один из коллег. — Объявление в розыск беглого преступника из Слагельсе по телевидению могло бы продвинуть нас вперед. Но фоторобот, который Асад сделал через команду Плоуга, вообще ничем не помогает. Я могу сказать тебе прямо: я с ходу знаю как минимум пять высоких парней с редкими усами и кругами под голубыми глазами, которые подходят под это описание. Остается только надеяться, что Карл Мёрк и те, у кого он прячется, тоже видели ориентировку и присматриваются к подобным типам.
— Аккаунт Эдди Янсена во внутренней сети полиции Роттердама всё ещё активен, хотя официально подтверждено, что он мертв. Так что мы за ним следим — разумеется, с нашей обычной осторожностью, — добавил другой сотрудник. — Но шансов найти решающий след этим путем немного. Мы также работаем в даркнете, но там шансы ещё меньше, так что не стоит возлагать слишком больших надежд.
Справляться с этим было тяжело — особенно сейчас, когда они практически застряли на самом дне.
ГЛАВА 70
Суббота, 9 января 2021 года
БЕНТЕ ХАНСЕН
Появление Бенте Хансен в реанимационном травматологическом центре Ригсхоспитале определенно встретили без особого восторга.
— С чего вы взяли, что мы позволим вам войти и допрашивать человека, который находится в критическом состоянии с опасными для жизни ранениями? — спросил дежурный врач.
Она многократно извинилась и сказала, что прекрасно понимает всю сложность ситуации, но речь идет о жизни и смерти других людей, а не только этого Кеннета. Возможно, это заставило врача немного смягчиться, потому что он неохотно процедил сквозь зубы, что этим утром пациент пришел
