оставляют телефоны своих близких родственников или соседей.
– Нет. Зато ко мне приходил полицейский. Они нашли меня через охранную компанию. На окне была наклейка.
– Наклейка?
– С названием охранной компании.
– А перед поездкой в кинотеатр они сигнализацию включили?
– Скорее всего, да.
– Но точно вы не знаете.
– Нет, но мой отец вряд ли ушел бы из дома, не включив сигнализацию. Он слишком хорошо знал, что могут натворить в доме злоумышленники.
– Значит, тот, кто проник в дом, должен был знать код, иначе сразу бы приехала полиция.
– Правильно.
– И иметь ключи.
– Да.
– Вы не знаете, кому ваш отец или его жена могли доверить ключи и код?
– Не знаю, но это не значит, что таких людей не было.
Мы вошли в холл, и Люси сразу же закрыла за нами дверь.
Я не слишком разбираюсь в интерьерах. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на мое теперешнее жилище. Когда у меня были дом и семья, интерьерами занималась Донна, причем довольно успешно. И при каждом удобном случае, будь то покупка нового дивана или замена обеденного стола в гостиной, она старалась повысить мой культурный уровень. В результате я стал разбираться в стилях и направлениях, узнал, что такое эклектика. Это так же круто, как уметь отличать кошку от мангуста. Обстановка в доме Чалмерсов входила в категорию «современных». Мебель в гостиной, простая и лаконичная, переливалась всеми оттенками серого и серо-коричневого. Стулья на металлических ножках, низкий журнальный столик с последними номерами «Вэнити Фэр» и «Нью-Йоркер». Картины на стенах были не настолько абстрактными, чтобы я не понял, что там изображено. На одной была женщина, поправляющая перед зеркалом прическу. На другой – лошадь без всадника, бегущая по склону холма.
– Что-нибудь пропало? – спросил я Люси.
Она чуть задумалась.
– На первый взгляд ничего. Но могли взять что-то мне неизвестное. Поэтому так важно знать, кто это был. Иначе я вряд ли догадаюсь, что здесь могли искать.
– Вы часто здесь бывали? Можете сказать, пропали картина или еще что-то ценное?
Люси взглянула на меня. Похоже, она не так истолковала мой вопрос. Возможно, подумала, что я хочу выяснить, насколько близка она была со своим отцом и его женой.
– Достаточно часто.
– Ваш отец держал в доме деньги? Здесь есть сейф?
– Мне об этом неизвестно. Но у него был кабинет.
– Давайте начнем оттуда.
Мы прошли через кухню, которая точь-в-точь напоминала кухни из передач канала «Дом и сад» и была больше, чем вся моя квартира. Длинное помещение с семью кожаными табуретами, стоящими в ряд у стены. Суперсовременное немецкое оборудование из полированного алюминия. Холодильник, в котором могла поместиться корова.
Выйдя в коридор, мы прошли мимо хозяйской спальни. Я заглянул туда. Кровать величиной со штат Массачусетс, вокруг которой оставалось еще довольно много пространства. Все вроде бы было на месте. Никаких выдвинутых ящиков и скомканных покрывал. В ванной я тоже не заметил ничего необычного.
Рядом со спальней был кабинет. Огромный письменный стол, большой монитор, рядом с которым лежал ноутбук. Книги, два стаканчика с ручками. Принтер без бумаги, пустая упаковка из-под нее.
– Мой отец был писателем, – пояснила Люси.
На стенах висело несколько репродукций с книжных обложек. Там были «Подонки Америки» и «Ненависть на колесах». На обеих красовались байкеры. И лилась кровь.
Потом мое внимание привлекла большая черно-белая фотография в рамке. Пять бородатых байкеров стояли в обнимку на фоне своих «харлеев».
– Отец стоит в середине, – подсказала Люси.
Я наклонился, чтобы лучше его рассмотреть. Но лицо было практически скрыто бородой и низко повязанной банданой.
Я посмотрел на Люси.
– Этот дом не слишком похож на логово байкера.
– А как выглядит логово байкера?
Я немного подумал.
– Как бункер. Бетонные блоки, решетки на окнах. Во всяком случае, я его представляю именно так.
– Мой отец давно с этим покончил. У него была совсем другая жизнь.
Я взглянул на книжные обложки.
– Но он же писал о них.
Она кивнула.
– Отец написал достаточно книг, чтобы купить этот дом и вести вполне добропорядочный образ жизни. Хотя в последние несколько лет он ничего не писал.
– А раньше его задерживали? – спросил я, кивнув на фото.
– Много раз. Но это было очень давно.
Сев за письменный стол, я взглянул на открывшийся передо мной вид.
Ничего особенного. Компьютер, стаканчики с фломастерами, несколько книг. Я поводил мышью, чтобы оживить экран. На нем возник вид Земли из космоса, стандартная заставка «Эппл». Внизу обычные иконки программ.
По обеим сторонам стола были ящики. Я попытался выдвинуть один из них, но Люси меня остановила.
– Это обязательно?
– А что? Вы боитесь, они заминированы?
– Нет. Просто я подумала, что там могли остаться отпечатки пальцев. Вы разве не будете их снимать?
– У меня нет подходящего оснащения. И к тому же я не имею доступа к общей базе данных. Это может сделать только полиция…
– Они там слишком заняты. Расследуют катастрофу в кинотеатре и не хотят отвлекаться.
– Именно это я и хотел вам сказать. У местной полиции ограниченные ресурсы, и когда вы сообщаете, что в доме кто-то был, но не сможете сказать, была ли пропажа, копы вряд ли будут заниматься
