Фан Му уже собирался плыть обратно к берегу, когда деревенский ухватил его за рюкзак. И снова Фан Му оказался под водой. Не задумываясь, он сбросил лямки рюкзака с плеч, но тут понял, что деревенский держит его за воротник.
Вместе они ушли под воду. Под поверхностью Фан Му продолжал отбиваться, но бой был безнадежным. Его противник плавал куда лучше. Если не сделать что-нибудь – и быстро, – тот утопит его. Толчок, поворот, легкий удар – отбиться не получалось, а последний воздух стремительно выходил из легких. В отчаянии Фан Му решился на убийство.
Он схватил деревенского за волосы и запрокинул ему голову, второй рукой вцепившись в обнажившееся горло. Изо рта врага побежали воздушные пузырьки. Вода немедленно заняла их место, хлынув ему в глотку. В мгновение ока его тело безжизненно обвисло.
Фан Му ослабил хватку. Сердце у него колотилось, как отбойный молоток. В последнем усилии он вырвался на поверхность воды и сделал вдох. Кто-то двигался в паре шагов от него. Фан Му вытер воду с лица и прищурился. Сердце в груди пропустило удар.
Лю Дахун стоял на берегу и целился из пистолета ему в голову. У него за спиной Лю Дайцзян громко ругался, зажимая ладонью рану на виске. Лю Хейян тоже была там – с окровавленным лицом она лежала без движения, распростертая на камнях.
Перекошенное лицо Лю Дахуна покрывали глубокие царапины. На одном глазу запеклась кровь, второй полыхал злобой.
– Очень неплохо. Даже моя девушка тебе помогла, – хмыкнул Лю Дахун с сарказмом. – Но теперь ты умрешь!
Вот и все. Фан Му достиг своего предела.
«Нет. Я не закрою глаза. Не покажу им свою слабость. Однажды они меня напугали – больше этого не повторится. Я умру, как Дин Сучен. Как Лю Хайтао».
Фан Му смотрел прямо в дуло пистолета, ожидая, как на его конце появится вспышка. А потом пуля пронзит его мозг.
Выстрел!
Перед глазами вспыхивает пламя.
Его охватывает покой.
В одну секунду он еще видит пулю, вырывающуюся из ствола, которая, взрезав воздух, пробивает ему голову, раздробляет кость, проникает в череп, пропахивает мозг и вырывается из затылка, зарываясь в темную воду. В голове становится пусто – одна серая жижа вперемешку с кровью…
Ничего этого не произошло.
Реальность одержала верх над его мрачными фантазиями. Когда Фан Му открыл глаза, он по-прежнему держался на воде, а его мозг – как ни удивительно, – был цел. Лю Дахун над ним замер в безмолвном шоке.
Постепенно он тоже пришел в себя. С изумлением осмотрел изуродованную культю на месте одной руки. Пистолет валялся у его ног – он тоже был изуродован до неузнаваемости; вверх поднимались завитки остро пахнущего дыма.
Фан Му все понял. Пистолет был с черного рынка, собранный из старых запчастей в подпольной мастерской. Перегретый после первого выстрела ствол разорвался, стоило Лю Дахуну повторно спустить курок.
Неужели какой-то бог, где-то там наверху, по какой-то невероятной причине смилостивился над ним?
Фан Му уцепился за камень и выбрался на берег. Лю Дахун не пытался ему помешать. Похоже, он вообще не заметил Фан Му – смотрел только на кровавую кашу, которая минуту назад была кистью его руки. Теперь от нее остались лишь лохмотья плоти и осколки костей, торчащие из истекающего кровью запястья. Фан Му прошел мимо него. На ходу он бросил угрожающий взгляд на Лю Дайцзяна. В этом не было нужды: тот и так перепугался до полусмерти. Уверившись, что ему ничего не угрожает, Фан Му поспешил к Лю Хейян. Он потряс ее за плечи, пытаясь привести в чувство.
– Лю Хейян! Лю Хейян! Очнись!
Ее голова моталась из стороны в сторону, но глаза были закрыты.
– А… А…
Крик донесся у него из-за спины.
Фан Му оглянулся через плечо. Кричал Лю Дахун. Судя по всему, он наконец-то начал понимать, что только что лишился руки. Это оказалось для него слишком. Со слабым стоном Лю Дахун рухнул в обмороке в реку.
Фан Му поглядел на трясущегося Лю Дайцзяна.
– Попробуй выловить своего приятеля из воды, – сказал он, указывая на реку. – Может, еще получится его спасти.
Бормоча себе под нос, Лю Дайцзян поднялся на ноги и прыгнул в воду. Когда он исчез под ее поверхностью, Фан Му почувствовал, что Лю Хейян пошевелилась у него в руках.
Она медленно приходила в сознание. Сначала ее глаза бессмысленно вращались туда-сюда, но потом остановились на его лице.
– Ты… ты правда вернулся, – сказала она, с трудом улыбнувшись окровавленными губами. Взгляд у девушки был счастливым.
– Ты можешь идти? Я выведу тебя отсюда. – Фан Му поднял ее на ноги и попытался удержать в стоячем положении.
– Нет. Я почти не чувствую ног. – Лю Хейян покачала головой. – Но ты иди… Беги… Найди тех девочек… Остальные скоро приедут…
– Ни за что. – Фан Му продолжал держать ее. – Я тебя не оставлю.
– Иди! – Девушка упрямо оттолкнула его. – Лю Дахун ничего мне не сделает… Я его…
Фан Му растерялся. С тяжелым сердцем он присел на корточки рядом с ней.
Лю Хейян снова прикрыла глаза. Слабым жестом приподняла одну руку и показала ему уходить.
Фан Му сжал зубы и прошептал:
– Береги себя.
Эти слова болью отозвались у него в сердце. Но он должен был спасти девочек. Молодой человек поднялся и побежал к расселине в стене.
– Фан Му! – Лю Хейян звала его.
Он развернулся и подскочил к ней.
Ее глаза были широко открыты, и из них тек неземной свет.
– В этот раз я поступила правильно… – тихонько сказала она. – Правда же?
Фан Му увидел, что ее сознание опять мутится, и изо всех сил закивал.
Лю Хейян улыбнулась и закрыла глаза. Слеза плавно сбежала по ее щеке.
Один последний взгляд.
А потом Фан Му отвернулся.
Глава 20. Кровь и сталь
На улице плясали на ветру снежинки. Приближался рассвет. Сестра Чжао раздернула занавески и вспомнила, что с вечера не прикрыла капусту в огороде. Набросила пальто и поспешила на улицу.
Как только она распахнула дверь, ей бросилась в глаза темно-синяя «Сантана», стоявшая возле ограды. Мотор машины работал, и она увидела нескольких человек, сидевших внутри.
Сестра Чжао пожала плечами и отправилась в огород заниматься капустой. Она накрыла ростки листом полиэтилена и придавила его несколькими кирпичами.
И не заметила, что люди в машине за ней наблюдают.
* * *
– Это она?
– Да, точно.
– Хорошо. Вы двое…
– Подожди-подожди. Кто-то звонит. Алло… Старший брат Нан? Угу… Еще
