Во вторник вечером он находился там, хотя обычно приезжает только на выходные. На прошлой неделе Шкипер Морган дважды бывал в той деревне. Конечно, это ничего не доказывает. Но если принять во внимание все слухи…
– Что насчет того молодого человека, Пэрриша?
– Он ни при чем, сэр, – усмехнулся Эймс. – Похоже, Морган решил пошутить. Я в этом уверен, и в банке так считают. Но Пэрриш может быть нам полезен.
Насколько именно он мог быть полезен, старший инспектор Эймс понял на следующий день, когда в город спешно приехала мисс Марджори Доусон.
Эта хорошенькая светловолосая девушка, обычно тихая и скромная, теперь была настроена самым решительным образом. Открытый искренний взгляд ее зеленовато-карих глаз воздействовал не хуже крепкого рукопожатия, и даже в такой тяжелый момент она сохранила чувство юмора. Услышав ее рассказ, старший инспектор потерял самообладание. И после получасовой беседы отвел ее не к помощнику комиссара. Они вместе спустились на первый этаж в кабинет, на двери которого красовалась табличка с надписью: «Д–3, полковник Марч».
– Полковник Марч, – сказал он, – позвольте представить вам мисс Марджори Доусон. Мисс Доусон помолвлена с тем молодым человеком, Пэрришем. Она работает секретарем у тети Айртона Болдера…
– Уже нет, – сказала девушка со слабой улыбкой. – Вчера меня рассчитали.
– И она утверждает, что деньги Городского и провинциального банка находятся у Болдера.
Полковник Марч – крупный, добродушный мужчина с веснушчатым лицом и трубкой с большой чашей, которая торчала из-под его коротко подстриженных усов, – стоял, раскачиваясь взад-вперед около камина, с озадаченным видом.
– Я рад все это слышать, – сказал он официальным тоном, – но почему вы пришли ко мне? Мисс Доусон, здесь находится Департамент странных жалоб. Дела у нас в последнее время идут не очень хорошо, и я бы с радостью взялся за расследование какой-нибудь истории о синей свинье или призраке в саду. Но если вы уже разоблачили Айртона, зачем я вам понадобился?
– Потому что это действительно странная жалоба, – мрачно заявил Эймс. – Того, что рассказала мисс Доусон, просто не может быть.
– Не может быть?
Марджори Доусон по очереди посмотрела сначала на инспектора, потом на полковника и глубоко, с облегчением вздохнула. Румянец снова заиграл на ее щеках.
– Надеюсь, вы были честны со мной, – сказала она, а затем обратилась к полковнику Марчу: – Инспектор Эймс говорит, что у вас нет оснований для ареста Джона Пэрриша и вы не собираетесь оставлять его в…
– Нет-нет, можете забрать его хоть прямо сейчас, – нетерпеливо сказал Эймс.
– …Но я пришла сюда, потому что жажду крови одного человека, – заявила девушка. – А местная полиция все равно не поверит мне. Только все сказанное мной – правда.
– Деньги исчезли у них на глазах, – сказал Эймс.
– Минуточку, – перебил его полковник Марч, в голосе которого снова появился интерес. Он подвинул стулья, предлагая сесть. – Исчезнувшие деньги. Это уже лучше. Намного лучше. Расскажите о них.
– Это случилось в Гринакрсе, – начала мисс Доусон, которой так не терпелось рассказать историю, что ее пришлось усаживать на стул. – Гринакрс – это загородный дом мистера Болдера. Мистер Эймс сказал вам, что я секретарь мисс Болдер. Она присматривает за домом своего племянника. Я не стану говорить вам, какие чувства испытала, когда услышала про ограбление. Узнала я о нем после того, как в среду утром за завтраком открыла газету и сразу увидела имя Джона. О нем там писали в таком тоне, словно он совершил ни больше ни меньше как убийство. Я не могла этому поверить. Я знала, что произошла ошибка. Но подумала: вдруг мистер Болдер знает…
– О чем знает? – переспросил полковник Марч.
Она замялась и сморщила лоб.
– Ну, даже не так. Я просто подумала, что могу рассчитывать на его помощь. Он все-таки адвокат. И по крайней мере, он знает, что делать. Это произошло примерно в полвосьмого утра. Не считая слуг, в доме никого не было, а мисс Болдер не встает раньше девяти. Но я вспомнила, что мистер Болдер приехал в Гринакрс днем ранее, и решила сразу обратиться к нему. Вот так все и случилось. Видите ли, когда мистер Болдер приезжает в Гринакрс, то всегда завтракает в девять часов со своей тетей. Он очень почтителен. Утреннюю корреспонденцию обычно относят к нему в кабинет, который находится в глубине дома. Перед тем как идти завтракать, он всегда заходит в кабинет, проверяет, нет ли писем. Поэтому я отправилась в его кабинет, чтобы поговорить наедине перед завтраком. Я не постучала, а сразу открыла дверь и вошла. И пережила такое потрясение, что сначала подумала, не привиделось ли мне все это. Кабинет большой, но мебели в нем немного, а два окна выходят на террасу. Кстати, стены там недавно перекрасили. Это важно. День был холодным и ясным, солнце светило сквозь окна в кабинет. На каминной полке стоял чей-то бюст, в центре комнаты – большой письменный стол. Разумеется, я не ожидала застать там кого-либо. Но мистер Болдер сидел за столом, полностью одетый. А перед ним было разложено не меньше двадцати пачек купюр разного достоинства. И почти каждую пачку скрепляла бумажная полоска с надписью: «Городской и провинциальный банк». Я просто стояла и смотрела на все это, а в голове только и вертелось что название этого банка. В конце концов, он ведь не его владелец. Затем мистер Болдер повернул голову и увидел меня. Солнце светило ему в затылок, и я не смогла рассмотреть выражения его лица. Но его пальцы внезапно скрючились, как будто он собрался что-то расцарапать. Затем он встал и бросился ко мне. Я отскочила, а он захлопнул дверь и закрыл ее на засов. – Мисс Доусон замолчала.
– Продолжайте, мисс Доусон, – с любопытством сказал полковник Марч.
– Долго объяснять, – безучастно продолжала она, – но я за пару секунд сложила все факты. Банду Шкипера Моргана арестовали неподалеку от деревни. Об этом писали в газете. Там же была фотография Моргана, и я вспомнила, что видела его в Гринакрсе на прошлой неделе. Джон тоже приезжал тогда навестить меня. Думаю, Морган видел его и решил подшутить над Джоном во время ограбления. Все это сначала крутилось у меня в голове, а потом сложилось в одну картину, и сомнения отпали. В коридоре рядом с кабинетом мистера Болдера стоял телефон. Я села и позвонила в местную полицию. – Она подняла голову и с вызовом посмотрела на собеседников. – Я боялась, что мистер Болдер уйдет из кабинета и спрячет деньги до приезда полиции. И помешать ему я не смогу. Но он даже не вышел. Мне стало не по себе, за дверью стояла гробовая тишина, и я просто не знала, что он замышляет. Я все-таки предпочитаю, когда люди хоть что-нибудь да делают. Потом я подумала: «Вдруг он вылез
