повторе, во всяком случае, так показалось Бену. Вместе с тем создавалось впечатление, что директора большинства каналов заключили тайное соглашение и показывали интересные передачи в самое худшее время. А вот этот сюжет был действительно интересным.
«— Есть ли кто-нибудь в вашей жизни, кому вы желаете смерти?» — спросил голос в телевизоре.
«О да!» — мысленно ответил Бен.
«— Если да, тогда вас может заинтересовать страница www.AchtNacht.online».
И словно вкрадчивый голос сделал постгипнотическое внушение, Бен схватился за сотовый. Его пальцы так тряслись, что потребовалось несколько попыток, прежде чем ему удалось правильно ввести URL-адрес.
Сразу после того как нажал на «Ввод», Бен вступил в диалог с анимационным персонажем.
«Меня зовут Диана, и я королева охоты. Представь, что ты мог бы безнаказанно убить человека, кого бы ты выбрал?»
— Я кое-кого знаю.
«— Кто тебя обидел, унизил, рассердил?»
— Многие. Но один человек особенно.
«— Кто заслуживает, чтобы мы объявили его вне закона?»
— Мой злейший враг! — крикнул Бен смартфону и зарыдал.
Потом он ввел в поле для номинации имя того, кого ненавидел больше всего на свете.
И сейчас, делая это еще раз в промежуточном мире, где-то между галлюцинациями и смертью, он услышал голос, который кричал ему издалека.
— Бен? — позвала его женщина.
Он почувствовал легкое давление в пальцах.
— Нет! — попытался крикнуть он.
Не потому, что не хотел говорить с Дженни, а потому, что вместе с акустическим восприятием вернулась и боль.
Потом он понял, что невыносимее боли было воспоминание о том дне, когда на странице AchtNacht он поставил галочку напротив условия «Взнос за разрешение на охоту будет списан с баланса вашего телефона».
— Бен? Беньямин?
— Да, — мысленно прокряхтел он.
Это и было имя.
Беньямин Рюман.
Имя человека, которого он в ту ночь ненавидел больше всех.
И который заслуживал смерти.
— Я номинировал самого себя! — закричал Бен, и сила этого осознания катапультировала его обратно в мир, где он лежал на больничной кровати под действием морфинов, а его жена стояла рядом и, плача, гладила его по руке.
Глава 61
Бен. 03:33.
Еще 4 часа и 27 минут до конца Ночи вне закона
— Где Джул?
Он попытался подняться, но тут же отказался от этой затеи, чтобы снова не потерять сознание. Если ему и дали какое-то обезболивающее, то в гомеопатических дозах. Казалось, что в левом плече торчит топор, а глаза так заплыли, что он едва мог смотреть.
— Джул лежит в изоляторе, — ответила Дженнифер. — Они перевели ее туда.
— Значит, она не исчезала?
— Нет. Я в панике так подумала. Но ей все равно плохо. — Дженни всхлипнула. — Они не могут стабилизировать ее состояние. Бен, что ты ей дал?
— Я?
Он сделал ошибку, помотав головой. Маленькая одноместная палата закружилась, и ему тут же стало плохо.
— Они говорят, ты был у нее, а потом сбежал.
— Но я бы никогда… Ты же знаешь, я…
Она перебила его:
— Я знаю только то, что нашу дочь отравили. И единственный, кто знал об этом до того, как у нее начало прыгать давление, был ты.
Она показала на дверь.
— Бен, там снаружи ждет полиция, один сотрудник хочет поговорить с тобой. Он говорит, что знает тебя.
— Мартин Швартц?
— Да, кажется, так зовут мужчину, который тебя спас.
Она рассказала, что Швартц проанализировал схему передвижения Бена и, поняв, какой «Макдоналдс» они выбрали, проинформировал полицию. Когда те прибыли на Центральный вокзал, толпа была уже в невменяемом состоянии.
Полицейским пришлось стрелять в потолок, чтобы разогнать шпану, которая избивала его и Арецу. Дженнифер закончила свой рассказ словами:
— Я попросила разрешения поговорить с тобой с глазу на глаз, прежде чем тебя прооперируют.
— Прооперируют? Зачем?
Бен попытался повернуться на левый бок и по вспышкам боли, которые пронзили его тело, понял, что задал глупый вопрос.
— У тебя плечо и два ребра сломаны в нескольких местах.
— А Арецу? — спросил он, ощупывая скулы. Передние зубы качались, но челюсть была вроде цела.
— Твой отец у нее и пытается поговорить с ней. Но дела обстоят не очень, Бен. Ей повезло еще меньше. Перелом черепа.
Дженнифер провела тыльной стороной руки по красным заплаканным глазам, ее голос дрожал.
— Господи, в Интернете празднуют твою смерть, Бен. Четыре человека претендуют на звание победителя. Они даже выложили фотографии и хотят десять миллионов. Все с ума посходили? И как ты оказался втянутым в это? Что ты сделал?
— Еще раз: я ничего не сделал.
Кроме того, что номинировал сам себя на это безумие.
— Меня шантажируют.
— Кто?
— Без понятия. Хотя… подожди! Такси на Фробенштрассе. Оно должно принадлежать им.
Он сглотнул огромное количество слюны, которая скопилась у него во рту.
— Им?
— Да. Их двое. Нахал в лакированных ботинках и черном вечернем костюме. Я не знаю его имени, как и другого, с кривым лицом. Но одному из них принадлежало такси.
— Твой отец говорит, машина была угнана и объявлена в розыск.
— Отвлекающий маневр. Владелец… Вы должны найти его. Дженнифер покачала головой.
— Бен, не думаю, что мне стоит слушать твои советы. Я хочу знать, что с Джул. — Ее голос задрожал. — Чем ее отравили? Чем, Бен?
— Господи, она же лежит в больнице. Разве врачи не сделали анализ крови?
Бен указал на дверь, словно за ней стояли десять токсикологов и ждали своего выхода.
— Так это не делается, Бен. При отравлении неизвестными ядами сначала ждут симптомов.
— Но они ведь проявились!
Дженнифер глубоко вздохнула. Ей было явно тяжело сохранять спокойствие.
— Учащенное сердцебиение, перепады кровяного давления, жар. Это подходит к миллионам ядов. Бен, мы должны знать, что ей дали. Активированный уголь и промывание желудка тут не помогут.
Она снова подошла к кровати и взяла его за руку.
— Что ей дали?
— Я не знаю…
— Бен, она умрет. На этот раз Джул действительно умрет!
На этот раз.
Три слова. Больше и не нужно, чтобы похоронить мужчину под грузом его собственной вины.
Он закрыл глаза, ломая свою опухшую голову над тем, не упустил ли он чего-нибудь, какого-нибудь намека, знака, указывающего, что именно находится сейчас в крови Джул. Когда он снова открыл глаза, то уставился в экран.
— Что?
Дженни показала ему сотовый. Телефон Джул, с помощью которого он держал связь с шантажистами и экран которого был расколот.
— Скажи мне пароль, — потребовала она.
— Зачем?
— Ты же разговаривал с шантажистами. Я сказала полиции, что ты дашь мне пароль, чтобы мы могли отследить звонки. Я обещала, что ты будешь сотрудничать, и им не понадобится судебного
