мы на юридических курсах – она была круглой отличницей, а я всегда был на волоске от исключения. Как-то утром мы оказались с ней в одном и том же такси, и она меня буквально загипнотизировала. В отличие от прочих женщин, зацикленных на карьере и не позволяющих себе и шагу ступить без оглядки на то, как воспримут этот шаг окружающие, имелась в Кристине какая-то сумасшедшинка. У нее были те же деньги и то же привилегированное воспитание, что и у большинства девушек на курсе, но в моих глазах это ее не портило. Вместо того чтобы корпеть над учебниками и навязываться каким-нибудь знаменитым законникам в стажеры, она либо торчала в баре, либо раздавала бесплатный суп в ночлежке для бездомных. Никогда раньше не встречал такой, как она.
– Зачем ты это сделал? Неужели непонятно, в какое положение ты меня ставишь?
– Сама знаешь, я никогда не сделаю ничего, что может испортить твою карьеру. Так с ходу и не объяснишь, – сказал я.
– Да как тебе вообще в голову пришло переманивать у нас клиента? Ты же с юрлицами в жизни не работал! Да ты годовой баланс от магазинного каталога не отличишь!
– Звучит по-идиотски, но я это сделал только ради тебя.
Кристина закатила глаза и отвернулась. Мне было видно только, как она потирает макушку и медленно покачивает головой.
Я шагнул к ней и занес было руку, чтобы тронуть ее за плечо. Не тронул, но она это почувствовала.
– Не надо. Я знаю, что тебе не наплевать на мою карьеру. Вот потому-то ни черта и не понимаю. Я-то здесь при чем? Синтоновская секретарша просто меня довела – такую выволочку устроила, разговаривала как с последним дерьмом… Господи, Эдди, нельзя мне сейчас терять работу! – воскликнула она.
Повисшая в воздухе рука бессильно упала обратно.
Мы еще немного постояли, не двигаясь. Я ничего не сказал, позволив неловкому молчанию окутать нас, словно облаком. Потом она обернулась и внимательно присмотрелась к моему лицу.
– Зачем тебе понадобился наш клиент? Скажи мне правду.
– Не могу здесь объясняться. Послушай – это не просто про нас с тобой. Мне нужно кое о чем тебе рассказать, но сейчас для этого не время и не место. Могу заскочить попозже, и мы все обсудим. Это не какой-то там подходец с моей стороны, честное слово! Я хочу, чтобы все опять стало, как прежде, – даже лучше. И могу это сделать. По крайней мере, пытаюсь. Поверь мне, я это делаю только ради тебя… ради нас.
Она пошарила взглядом по моему лицу в поисках каких-то признаков того, что я кривлю душой – Кристина тоже отлично умеет «читать» меня, и я почувствовал, что она мне верит.
– Эми любит тебя, и я знаю, что ты тоже ее любишь. Иногда… иногда мне кажется, что у нас с тобой и впрямь не все потеряно… – Но тут мечтательной теплоты в ее голубых глазах как не бывало, и она решительно закончила: – Пока ты не отмочишь что-нибудь в таком духе!
– Кристина…
– Нет, Эдди. Ты вывел из себя моего главного начальника. Я понятия не имею, что ты, блин, затеваешь, но на мне это отражаться не должно. Хочешь как лучше? Отлично. Тогда исправь все это. Скажи клиенту, что просто ошибся, и верни его обратно Джерри Синтону.
– Не все так просто. Давай-ка прогуляемся, – сказал я, увлекая ее в сторону выхода из здания. В свете люстр на потолке я уловил в стекле фасада отражение Кристины. Двинулся дальше, не сводя глаз с самой середины стеклянной стены и сосредоточившись на «мертвой точке» перед собой – так лучше работает периферическое зрение.
Тогда-то я их и углядел.
Глава 24
Их было двое.
Первый двигался вслед за мной по лестнице – коренастый, сорок с небольшим, клетчатая рубашка, зеленая толстая куртка, светлая голова, светлые усы.
Как только я спустился в вестибюль к Кристине, он остановился на ступеньках и уткнулся в экран мобильника. А пока мы с ней разговаривали, у себя за спиной я ощутил присутствие еще одного – здоровенного бугая в черных брюках со стрелками и тяжелых рабочих ботинках. Это-то и выдало его с потрохами. Если у тебя есть щегольские костюмные штанцы, то наверняка и хорошие «корочки» к ним найдутся, и уж тем более ты не попрешься в присутственное место в таких вот говнодавах.
Светловолосый в зеленой куртке понемногу сокращал дистанцию, по-прежнему держа мобильник в руке, причем от телефона к уху тянулся тоненький проводок – по каким-то причинам мой преследователь предпочел воспользоваться гарнитурой.
Он меня пока не особо обеспокоил. Полной уверенности не было – лица я в деталях не разглядел, но он очень напоминал человека на фото, которое показывал мне Делл, – Джилла, шефа службы безопасности «Харланд и Синтон».
Второй – совсем другое дело. Он сидел на скамейке справа от меня – руки сложены на груди, рядом лежит развернутая газета. Развалился как на пляже – скрещенные ноги вытянуты далеко вперед, голова откинута к стене, длинное черное пальто распахнуто. Глаза закрыты. В ухе тоже гарнитура, только не видно, к чему она подсоединена. Еще за несколько шагов я почувствовал, как от него разит табачищем, и почти сразу узнал его – это был тот самый парень, которого я приметил утром в холле перед судебным залом, в том же самом пальто. Серый свитер он снял, чтобы хоть как-то изменить внешность – теперь из-под пальто виднелась кремовая костюмная рубашка. Но татуировку с шеи не снимешь, как свитер. Да, это был точно тот тип со смартфоном – тот, который смотрел тогда прямо на меня. Приглядевшись повнимательней, я заметил у него на правой щеке родинку. Из-за сильного загара его черные волосы казались еще темнее. Рот у него был тоненький, плотно сжатый – словно и вовсе безгубый, так что больше походил на резаную рану. Хоть инстинкт подсказывал мне другое, я все же предположил, что он мог оказаться просто наблюдателем, поставленным Деллом или федералами, пусть на правительственного агента даже ничуть не походил.
Кристина быстро продвигалась к выходу, энергично размахивая руками в такт шагам.
Я же приостановился перед типом в черном пальто. Несло от него как из пепельницы. Судя по никотиновым пятнам на указательном пальце, по две пачки в день садит, не меньше. Положив папки на пол перед собой, я присел на колено и принялся возиться со шнурками. От чернявого меня отделяло фута три. Я притворно закашлялся, выругался. Ноль эмоций. Блин, да я практически пересек границу
