пальто тоже бесследно исчез.
Дрожащими пальцами я набрал номер Кристины на мобильнике, которым снабдил меня Делл. Если б я позвонил со своего собственного, она не ответила бы.
Длинный гудок. Не отвечает.
Я принялся расхаживать взад и вперед.
Второй гудок. Я бросился к таксофонам, расположенным в коридоре неподалеку от справочной.
«О господи, Кристина, да возьми ты наконец эту чертову трубку!»
Третий гудок. Кровь бросилась мне в лицо, грудь наполнилась до отказа, натягивая рубашку, но я все равно задыхался – хватал воздух ртом, как утопающий. Врезал кулаком в стенку.
Автоответчик!
Я сбросил звонок и тут же нажал на повтор.
– Кристина Уайт, – ответила она. А ведь ни разу не упоминала, что вернула себе девичью фамилию.
– Это я. Не вешай трубку. Ты в опасности. Где ты?
– Что? Эдди?
Она явно поняла, что что-то случилось – я едва выталкивал слова через скованное удушьем горло, давая петуха.
– Где ты?
– В такси на Сентер-стрит. Что случилось? Что-то с Эми?
Я услышал в ее голосе первые нотки страха – говорила она быстро, явно понимая, что я не шучу.
– Нет, с тобой! Скажи таксисту, пусть перестроится в другой ряд – как будто собирается свернуть на Уокер-стрит. А потом попроси его проверить, не перестроится ли еще кто-нибудь следом. Давай, прямо сейчас!
– Ты меня пугаешь. Если это какая-то…
– Быстро!
– Ладно, – отозвалась Кристина, и я услышал, как она дает инструкции таксисту. Мне не было слышно, что он ответил, но Кристина повторила все то же самое, громче и настойчивей.
– Тебе угрожают? У меня есть право знать! И какого хрена ты не рассказал мне про это пять минут назад?
– Кристина, ни о чем не спрашивай. Не сейчас. Потом объясню. Вы уже перестроились?
– Да, в правый ряд. Так кого там надо… Погоди-ка, – сказала она.
Таксист на заднем плане что-то пробубнил, она ответила. Ничего не разобрать.
Потом я услышал голос водителя:
– Синий седан, в трех машинах от нас.
– Скажи ему, пусть перестроится обратно – как будто ты передумала и решила вернуться в офис.
Она передала это приказание таксисту.
Гудение шин по асфальту, приглушенные гудки.
Опять водитель:
– И он туда же, дамочка. За нами «хвост».
– О господи! Что это все значит? Что ты натворил?
– Потом объясню. Ты в опасности. Люди в той машине собираются напасть на тебя, поняла? А теперь делай в точности как я скажу.
Кристина уже не могла сдержать рыданий. Водитель пытался ее успокоить.
– Я звоню в полицию! – выкрикнула она прерывающимся от страха голосом.
– Нет, только не…
Звонок резко оборвался, и в трубке наступила мертвая тишина.
Глава 27
Я моментально перезвонил, но сразу включился автоответчик. Опять нажал на повтор. Ничего.
Закружилась голова. Ну и что мне теперь делать? Она слишком далеко, самому мне до нее не добраться. Еще одна попытка.
– Эдди, у меня полиция на другой линии! Мы сейчас остановимся и дождемся патрульную машину.
– Нет! Ни в коем случае не останавливайся! Иначе ты труп! Слышишь меня? Скажи водиле, пусть едет дальше. Где вы сейчас в точности?
– На Уокер. Погоди-ка… – Я услышал, как она что-то говорит шоферу. – Он тоже хочет дождаться копов.
– Включи громкую!
В трубку резко ворвались звуки радио и какие-то слова таксиста.
– Эй, если ты сейчас подрулишь к тротуару, тот хрен из седана выскочит и прикончит и тебя, и мою жену! Копы не успеют! Жить хочешь? Тогда делай в точности как я скажу.
– Господи, ладно! А что делать-то? – отозвался водила.
– Как тебя звать?
– Ахмед.
– О'кей, Ахмед, сейчас ты должен уже подъезжать к перекрестку с Бакстер. Как подъедешь, резко сворачивай влево, и газ в пол!
– Подъезжаем, – сообщил он.
– Приготовься!
Не знаю, слышала ли меня вообще Кристина. В разговор она не вмешивалась.
– Успокойся, дыши ровнее, вы уже почти на месте! Все у вас получится. Разговаривай со мной, не молчи! Сообщай, где вы сейчас.
– Только что проехали супермаркет. Вроде впереди пробка. Мы останавливаемся!
Зашуршала одежда – очевидно, она обернулась, чтобы посмотреть в заднее стекло.
– Смотри только вперед, детка! Я не хочу, чтобы они задергались и полезли на вас прямо в пробке.
– Постой… – Какой-то тупой стук. – Они прямо за нами. Свет по-прежнему красный. О господи…
– Возьми себя в руки! – приказал я.
– Они вылезают из машины! – взвизгнула Кристина.
– Падай вниз на сиденье! – выкрикнул я.
Я услышал рев двигателя, а потом голос Ахмеда:
– У них пистолеты!
– Мы движемся. Мы движемся, слава богу! – всхлипнула Кристина.
– Не поднимай голову! Ты готов, Ахмед?
– Ой, блин, погодите… На Бакстер одностороннее, мне тут не повернуть! – крикнул он.
– Вот как раз потому-то и надо сворачивать! Газ в пол и жми на сигнал всю дорогу! Это твой единственный шанс!
Я услышал, как хрипло взвыл перекрученный мотор. Кристина всхлипнула. Все, что мне оставалось, – это лишь вслушиваться в ее тяжелое прерывистое дыхание и молитвы. Такси резко разгонялось и тормозило, натужный вой мотора сменялся визгом шин и настойчивыми взревами гудка – Ахмед, отчаянно виляя из стороны в сторону, прорывался сквозь встречный поток машин.
– Они не смогли свернуть, – сообщил таксист.
Звон стекла, треск сминаемого металла. Визг Кристины. Тяжкое «бам!». Очередной гудок сигнала перешел в протяжный несмолкаемый вой.
Глава 28
Умолкнувший мобильник застыл у меня в руке. Я убедился, что больше мне никто не звонит, и уставился на пустой экран с заставкой. Ну звони же! Попробовал набрать Кристину сам – нет ответа.
Опять автоответчик. Сбросил, попытался еще раз. По-прежнему безрезультатно.
А потом словно из-под воды вынырнул – шум крови, бешено пульсирующей у меня в жилах, вдруг сменился множеством звуков, наполняющих вестибюль. Переключившись в экстренный режим, организм на время перестал воспринимать окружающую обстановку. Я услышал негромкое попискивание багажных сканеров, скрип множества резиновых подошв по резиновым плиткам пола, мелодичные звоночки лифтов, шипение кофейных автоматов, извергающих коричневые пенные струи в бумажные стаканчики, нервные голоса свидетелей и фальшивые смешки их адвокатов. Всю эту какофонию время от времени полностью заглушал неразборчивый хриплый гул, который сходил тут за объявления по громкой связи.
Мобильник смотрел на меня пустым экраном, упорно храня молчание. Я отступил к ряду таксофонов, откуда было хорошо видно весь вестибюль. Нигде ни типа в черном пальто, ни Джилла. С делано беззаботным видом прислонился плечом к стене, опять посмотрел на экран. Пусто. Делая вид, что проверяю эсэмэски, дал поработать периферийному зрению. Никто не выделялся, но это вовсе не говорило о том, что откуда-то на меня сейчас не смотрит пара внимательных глаз.
Звонок я скорее почувствовал, чем услышал.
