посвящения в ведьмовскую секту? Не обязательно краснеть, словно школьница, миссис Реншоу. Если он это делал, поверьте мне, вы бы запомнили.
– Я не помню. Значит, нет.
– А он никогда не намекал на подобное?
– Я обязана отвечать на этот вопрос?
– Дорогая моя, вам нет необходимости отвечать мне вовсе. Можете покинуть этот дом, как того желает мисс Кэннон, ступайте с миром. Я всего-навсего, как и говорил вам, старый дилетант, который хочет вам помочь.
Батлер, чья ненависть к Дику Реншоу достигла новых высот или глубин, сжал Люсии плечо так проникновенно, что ей пришлось ответить. Дик Реншоу подступал к ним, охватывал со всех сторон, словно черными крылами.
– Может быть… – Люсия переплела изящные пальцы, – может быть, мне только чудится в этом какой-то намек, потому что теперь я кое-что знаю. Но как-то раз он сказал мне, – тут она умолкла, сомневаясь, – он сказал: «Милая, ты Венера только внешне, в душе ты настоящая тетушка викария». Я ответила: «А может быть, просто ты не тот мужчина?» Тогда был один из тех случаев, когда он ударил меня. Не могли бы мы уже оставить эту тему?
– Потерпите еще минуту. Я тоже не в восторге, гром и молния! Вы знали, что только рукоположенный священник может отправлять черную мессу?
– Доктор Фелл, я никогда не слышала о черной мессе, если не считать рассказов о сверхъестественном, где и не уточнялось вовсе, что это и зачем. – Очевидно, против ее воли, в глазах Люсии промелькнуло любопытство. – А что происходит?
– И вы не знали, – не отставал доктор Фелл, пропустив ее вопрос мимо ушей, чтобы задать собственный, – что подобные обряды проводились здесь?
И снова два голоса заговорили одновременно, наложившись друг на друга.
– Здесь? – воскликнула мисс Кэннон.
– В этом доме? – уточнил доктор Бирс.
Бирс, сжав кулаки, медленно обогнул кровать и встал лицом к лицу с доктором Феллом.
– Не в этом доме, – ответил доктор Фелл, позволив взгляду блуждать по полутемной комнате, все еще слабо источавшей аромат духов миссис Тейлор. – Но очень близко отсюда. В небольшом строении, принадлежащем теперь миссис Люсии Реншоу.
И снова мисс Агнес Кэннон попятилась, втянув голову в плечи. Доктор Фелл обернулся к Люсии.
– Кажется, я вам говорил, – продолжал он, – что интересовался у мистера Чарльза Денхэма завещанием миссис Тейлор. Миссис Реншоу унаследовала три дома. «Приорат», «Дом аббата» и третий, под названием «Часовня».
– И что же?
– Кто-то заметил, доктор Бирс, как нелепо мы именуем свои дома. Маленькую коробочку возводим в ранг виллы, поместье, где в радиусе сотни ярдов ни одного дерева, величаем «Вязами», и никто даже не задумывается. Этот дом не приорат. Ни один монах никогда не входил в «Дом аббата». Однако – какая ирония, гром и молния! – место, названное «Часовней», действительно часовня.
На худом лице Бирса как будто проступили все кости. Он сдерживал себя с видимым усилием.
– Если вы заявите, что это часовня нонконформистов, – проговорил он невнятно, – я сразу скажу, что это ложь.
– Нет же! Я имею в виду частную часовню, некогда стоявшую при большом доме, который давно снесен. Но она была освящена. Ее можно использовать, и ее используют, для поклонения Сатане.
Батлеру показалось, что на губах Бирса снова готовы задрожать слова: «Пусть горит и будет уничтожен!» Однако врач лишь указал на кровать и произнес тем же сиплым голосом:
– Миссис Тейлор?
– По моему мнению, сэр, она была главной помощницей главы секты, Ричарда Реншоу.
– И она участвовала в обрядах в этой… часовне?
– Дорогой сэр, – отвечал доктор Фелл, – вы ведь сами, давая показания в суде, сказали, что ей хватило бы сил пешком дойти до Китая, да еще и с чемоданами. Она вовсе не инвалид.
– А когда ей казалось, что от нее что-то прячут, она могла обшарить весь дом. Эта чертова баба, – прорычал Бирс, дав понять, что использует определение в буквальном смысле, – настаивала на том, чтобы ночевать в доме одной, только с компаньонкой-секретаршей где-то в дальней комнате. Если бы она захотела выйти через парадную дверь, об этом не узнала бы ни одна живая душа.
– Да.
– Доктор Фелл, почему вас так интересует эта… часовня?
– Да будь оно неладно, неужели вам непонятно? – доктор Фелл снова встревожился и рассердился, словно все и так было совершенно очевидно. – Мы расследуем не случай сатанизма. Мы расследуем случай массового отравления. Что касается часовни…
Он повернул голову, обводя взглядом всех остальных собеседников. И прибавил:
– Я отведу всех вас туда сегодня же вечером.
Где-то в недрах темного дома послышался грохот разбившегося стекла.
Все четверо застыли на месте. Этот звук, как показалось Патрику Батлеру, раздался – совсем близко.
– Фонарик у вас все еще под рукой? – спросил он доктора Бирса. – Отлично! Дайте его мне!
Врач взял фонарик со стула, куда положил его вместе с кепи и чемоданчиком. Люсия вышла вперед:
– Пат, что ты делаешь?
– О, просто пойду осмотрюсь.
– Пат, будь осторожен!
– Осторожен? Осторожен с чем? – переспросил озадаченный Батлер и торопливо вышел в коридор.
Поскольку, покидая комнату, он никак не думал, что в самом деле может натолкнуться на взломщика или вора. Он просто хотел на несколько минут остаться один, в темноте, наедине со своими мыслями, и чтобы никакое выражение лица не выдало его; он закрыл за собой дверь.
Батлер мимоходом провел лучом фонарика по четырем дверям в коридоре, по одной за другой, и вдоль стены с выцветшими желтыми обоями. Затем он прошел по коридору.
За последние полчаса он испытал такую тоску (не признавая того), какой не знал раньше. Ему хотелось лупить кулаком по стенам от неуемной боли в душе.
Сатанизм. Плоть и дьявол. Черные свечи, горящие на алтаре из человеческого тела, под перевернутым крестом. Красные подвязки, шнуры и ленты, поблекшие от былого зла. Ирландские поверья наделяли подвязки магической силой. И, как он помнил из «Дневника Пеписа», по традиции на свадьбах дрались за подвязку невесты…
Свадьба. Люсия. Часовня.
Совершенно очевидно, что Люсия этим вечером собиралась отвести его в эту часовню. Он помнил Люсию в «Кларидже»: «Настоящее приключение!» Люсия в клубе «Любовная маска»: «Но у меня в сумочке… в сумочке ключ. От настоящего приключения». Люсия в полумраке быстро едущей машины: «Может быть, ты найдешь там больше, чем ожидаешь».
Погодите-ка минутку! Возможно ли, что черная месса назначена на сегодняшний вечер? Именно поэтому доктор Фелл захотел отвести всех туда?
Все, что ему было известно о такой церемонии – она завершается свальным грехом. От замелькавших картинок он моментально закрыл свой разум, словно дверь захлопнул.
Чепуха какая! Это невозможно!
Люсия ни в чем не виновата, в особенности в убийстве. Его совершенная убежденность в этом, после
