чего пришел: кушать подано. Садитесь трапезничать, пожалуйста.
Николай проследовал за помощником в столовую, а я задержался, чтобы немного понаблюдать за секретарем. Настя бережно поставила горшок на подоконник, разворачивая цветок к свету, и лёгким движением пальцев пригладила мятую землю у края. Взяла с подоконника бутылочку, с водой:
— Ничего, Сенька, мы тебя откачаем! — едва слышно прошептала она, поливая цветок. — И ты оживешь. Обязательно.
Зрелище настолько умиляло, что я невольно улыбнулся. Боевая девушка, которая могла легко не моргнув глазом соврать, чтобы договориться на частную беседу с директором музея, выбить скидку и поставить на место жандарма, обращалась с цветком так, словно это было величайшее сокровище в мире. Я еще несколько секунд понаблюдал за Настей, а затем покачал головой и направился на кухню, где уже был накрыт стол. Свежая скатерть с мелким ненавязчивым узором, расставленные тарелки с лежавшими рядом приборами. В центре стола стоял в стеклянной миске салат. В плетеной корзинке лежал свежий хлеб. А еще, на столе стояло блюдо с запеченным мясом и ажурная хрустальная миска с жареной картошкой и грибами.
— Какая красота, — пробормотал Николай. — С утра не ел, а у вас тут такой стол…
— Если вдруг отравитесь — я официально снимаю с себя ответственность, это всё Михаил, он нож неправильно держал, — послышался за спиной голос Насти.
— Да-да, это все моя техника нарезки овощей зарядила еду темной энергией. — парировал помощник.
— Если отравимся, мне придется вас арестовать, — заявил Николай и сел за стол.
— Арестовать ты уже никого не сможешь, — рассмеялась Настя и без колебаний устроилась рядом с ним.
Я успел заметить, как приятель слегка расправил плечи и выпрямив спину, словно был не на ужине в доме реставратора, а попал на императорский прием. Михаил занял место по другую сторону от Николая, а я на оставшееся, напротив гостя.
И уже только устроившись, заметил рядом с хлебом, стояла незнакомая белая, керамическая салфетница в виде смешного привидения с вырезанными глазами и ртом-овалом. Из предмета торчали сложенные треугольниками салфетки, напоминая взъерошенную шевелюру.
Я невольно улыбнулся. Был уверен, что выбрала ее Настя, хотя даже не представляла, как идеально вписывался этот аксессуар. Мелкий фарфоровый дух среди живых и одного вполне реального привидения, которое сейчас наверняка сидит в моем кабинете и с интересом читает очередную книгу.
— Ну что, господа, — произнесла Настя, пододвигая блюдо с картошкой поближе к центру стола. — Прошу трапезничать. Картошечка с грибами, салатик и жареное мясо с деликатесных частей любопытных соседей.
Николай на последней фразе едва заметно нахмурился, косясь на девушку, но она рассмеялась еще громче и похлопала его по плечу.
— Расслабьтесь, господин жандарм, — ответила она. — Вы не на задании. Это мясо никогда не разговаривало. Только мяукало!
Михаил вздохнул и замотал головой.
— Хорошо, — ответил Николай, накладывая на тарелку картошку. — Раз уж я по совместительству сегодня гость, представитель закона и спаситель комнатных растений, предлагаю начать ужин с анекдота из практики. Как раз на днях случай произошел.
— Только не про мертвяков, — поспешно предупредил Михаил. — Хватит с нас Настиного специфического юмора.
— Нет, — отмахнулся Николай. — Сегодня у меня для вас эксклюзив. Про дело, где никто не умер. Во всяком случае, официально.
Мы с Настей переглянулись. Девушка, улыбнувшись, подперла щёку ладонью:
— Звучит многообещающе, — произнесла она, глядя на гостя. — Давай, блюститель закона, удиви нас.
— Был у нас один такой случай… — начал парень. — В центре. Еще лет сто назад был там доходный дом, а сейчас — бизнес-центр «Окно в Европу». Название уже звучит как диагноз. Ну да ладно. И вот однажды к нам приходит заявление: «В нашем офисе по ночам кто-то включает принтер и подписывает документы». Без ошибок. Почерком главного бухгалтера. Которая в это время формально в отпуске была.
— Прекрасное начало, — не удержался я. — Можешь мне такого завести? Чтобы по ночам всеми счетами и расписками занимался.
— Так в том-то и дело, — фыркнул Николай. — Директор тоже сначала обрадовался. В стиле: «ну и хорошо, то, наверное, она работу любит, по ночам приходит». А потом кто-то очень умный заметил, что «самоподписанные» бумаги не совпадают с тем, что он в итоге хотел подписать. Там суммы, но счета и исполнители — другие. Сразу и не заметишь, если простыни текста читать не любишь.
Михаил присвистнул, потянувшись за салатом:
— Подожди… То есть ночью у них кто-то тихо переписывал договоры на других подрядчиков?
— Ага, — кивнул Николай. — И делал это очень аккуратно. В итоге бухгалтер эта несчастная стала в этом деле главным подозреваемым. Но самое прекрасное, — он поднял вилку с насаженным на зубчики кусочком картошки, — бухгалтера не найти! Ни дома, ни у родственников. Никто не видел, никто не знает. Да еще и камеры ничего не зафиксировали. Вообще. Видеофайл есть, записи тоже присутствуют, но никто не входил и здания не покидал. Как будто ее демоны украли.
— Ну точно призрак завелся! — хохотнула Настя.
— Было бы всё так просто, — вздохнул Николай. — ОКо ничего не обнаружило. С точки зрения жандармерии, это выглядело как афера. А с моей точки зрения… — приятель посмотрел на меня, — как повод разыскать того, кому это выгодно.
— И чем дело кончилось? — спросил Михаил.
— Тем, что я решил проверить, куда и кому уходили деньги, что там за подрядчики, кто на их нанимал. Был уверен, что фирмы подставные, и пока бухгалтерша в отпуске, кто-то по этой схеме деньги отмывает. Но не тут-то было!
— И что же там? Что? — теряя терпение, спросила Настя. — Чем все закончилось?
— Мистика! — Николай развел в стороны раскрытые ладони.
— Даже мне уже интересно! — поддержал Михаил. — Бухгалтерша лунатила и неправильно все подписывала?
— Дурень, — не удержалась Настя, покосившись на помощника. — Говорят же, на камерах никого, а самой ее нет нигде. Кстати, она нашлась?
— Да. И была действительно в отпуске на югах. Приехала загорелая, довольная. И ни сном, ни духом про эти документы. Но доля правды в словах Михаила тоже была.
Тот, услышав похвалу, приосанился и бросил на Настю полный гордости и превосходства взгляд.
— Поехал я, значит, по подрядчикам, — продолжил приятель. — А они все — реальные фирмы. Заказы уже приняты, работа кипит. Мне даже продемонстрировали образцы какой-то фигни, которую у подрядчиков фирма поназаказывала. Я в шоке, стою и понять не могу, что за ужас тут творится. Бухгалтерша тогда еще не вернулась. А мне звонит их директор и говорит, что у них новый подписанных договор. Я возвращаюсь в офис, листаю бумаги. И замечаю в примечании мелкий шрифт.
— Ну? И что там было? — в нетерпении спросила Настя, уже не отрывая взгляда от
