бесчисленных женщин. Агенты и частные детективы шли по следу настойчиво, но незаметно, потому что им никак нельзя было выдавать имя нанявшей их семьи. Останавливаясь в гостиницах, мой прадед играл по ночам — с невиданным техническим изяществом, так что не каждый виртуоз смог бы повторить за ним Баха, Бетховена, Брамса, однако — как гласит история — в руках прадеда скрипка выдавала их произведения холодно, необычно и совершенно не так, как было задумано композиторами. А тем, кто его слышал, казалось, будто на скрипке играет сам дьявол. — Леди Маскелин замолчала.
— Что же было дальше? — спросил Пендергаст.
— Семья владельцев «Грозовой тучи» была очень влиятельна, а кровное родство связывало их с королевскими династиями европейских стран. И все же они никак не могли поймать прадеда и преследовали его по всей Европе. В конце концов погоня настигла его в деревеньке Суизи, что в Южном Тироле, у подножия Доломитовых Альп. Его предали — само собой, женщина. Прадед выбежал через заднюю дверь небольшого постоялого двора и скрылся в горах. При нем не было ничего, кроме скрипки да одежды, которую он успел нацепить. В таком виде он и забрался на Скилиар. Вы знаете, что такое Скилиар?
— Нет, — сказал Пендергаст.
— Это высокогорное плато, зажатое между доломитовыми пиками и иссеченное ущельями и отвесными скалами. Говорят, когда-то там устраивали шабаши ведьмы. Летом на Скилиаре пасут отары редкие закаленные пастухи, но прадедушка бежал туда осенью, и плато было пустынно. И как раз в ту самую ночь шел сильный снег. Наутро прадеда нашли в одной из пастушьих хижин замерзшим насмерть. А скрипка исчезла. На снегу возле хижины агенты не нашли никаких следов и сочли, что по пути наверх мой прадед в приступе безумия бросил «Грозовую тучу» в один из водопадов.
— И вы в это верите?
— Приходится.
Пендергаст подался вперед, и его обыкновенно льстивый южный акцент зазвучал вдруг с необычным напряжением:
— Леди Маскелин, я пришел сказать, что «Грозовая туча» цела и невредима.
Она уставилась на него немигающим взглядом.
— Вы не первый говорите об этом.
— Но я докажу.
Взгляд леди Маскелин не изменился. Наконец она тускло улыбнулась и покачала головой:
— Я поверю, только увидев скрипку.
— И я верну ее вам. Передам «Грозовую тучу» из рук в руки.
Д'Агоста не верил собственным ушам. Пендергаст прибыл сюда не затем, чтобы рассказывать этой женщине, будто скрипка цела. Странно, что фэбээровец вообще упомянул инструмент.
Леди Маскелин решительно покачала головой.
— В мире есть сотни копий «Грозовой тучи». Их наштамповали в конце девятнадцатого века, чтобы продавать по девять фунтов.
— Когда я верну вам ее, леди Маскелин…
— Довольно уже этих «леди Маскелин». Каждый раз, как вы называете меня этим именем, мне кажется, будто в комнату вошла моя мать. Зовите меня Виола.
— Конечно, Виола.
— Так-то лучше. А я буду звать вас Алоиз.
— Разумеется.
— Имя у вас очень необычное. Ваша мать была поклонницей русской литературы?
— В нашей семье вообще принято давать необычные имена.
— А в нашей давали имена музыкальные, — рассмеялась леди Маскелин. — Ну расскажите же о «Грозовой туче». Как и где вы ее нашли? Если в самом деле нашли…
— Полностью эту историю вы узнаете, лишь когда скрипка вернется к вам. Вы сыграете на ней, и я расскажу правду.
— Честно говоря, не смею надеяться. Хотя услышать, как звучит «Грозовая туча», я бы очень хотела.
— Тогда будет смыт позор и с вашего имени.
— Чепуха! — рассмеялась леди Маскелин, помахав рукой. — Титулы, род, честь… Оставим этот мусор для позапрошлого века.
— Оставим. За исключением чести.
Женщина с любопытством посмотрела на Пендергаста.
— А вы держитесь старинных манер, я права?
— Держусь подальше от современных, если вы об этом.
— Да. — Улыбаясь, она оглядела фэбээровца с головы до ног. — И похоже, держитесь удачно.
Леди Маскелин вновь привела Пендергаста в замешательство.
— Что ж, — сказала она, поднимаясь, в ее глазах отразился голубой отсвет с моря, а на щеках появились ямочки от улыбки, — со скрипкой или же без возвращайтесь и расскажите о ней. Обещаете?
— Ничто не доставит мне большего удовольствия.
— Вот и славно. Договорились.
— А теперь, — серьезным тоном произнес Пендергаст, — перейдем к цели нашего визита.
— Ах да, большой вопрос, — улыбнулась леди Маскелин. — Я вас слушаю.
— Мне нужно имя той влиятельной семьи, что когда-то владела «Грозовой тучей».
— Я могу дать вам нечто большее, чем имя семьи. — Из кармана она достала конверт и положила его перед Пендергастом. Изящным каллиграфическим почерком на конверте было надписано: «Доктору Алоизию Ф.К. Пендергасту».
Краска сошла с лица фэбээровца.
— Откуда это у вас?
— Вчера граф Фоско — а его семья и владела «Грозовой тучей» — нанес мне неожиданный визит. Пожалуй, неожиданный — не то слово. Фоско сбил меня с толку. Он сказал, что вы придете и что он — ваш друг и хочет передать этот конверт.
Пендергаст медленно достал из конверта карточку, на которой все тем же размашистым, плавным почерком было написано:
Исидор Оттавио Бальдасаре Фоско,
граф Священной Римской империи,
рыцарь большого креста ордена Квинканкса,
постоянный магистр Розенкрейцерской масонской ложи Месопотамии,
член Королевского географического общества и проч., и проч.,
будет безмерно рад
видеть вас в фамильном имении
Кастель-Фоско
в пятницу, 5 ноября.
Кастель-Фоско,
Греве-ин-Кьянти,
Фиренце.
Пендергаст резко взглянул на д'Агосту, затем вновь на леди Маскелин.
— Этот человек — вовсе не друг. Он чрезвычайно опасен.
— Опасен? Милый толстый граф? — Леди Маскелин было рассмеялась, но смех ее прервался, когда она увидела выражение лица фэбээровца.
— Скрипка — у него, — сказал Пендергаст.
— Так оно и должно быть, — не отрывая взгляда от агента, произнесла женщина. — То есть если скрипка найдется, она должна быть у него.
— Чтобы заполучить «Грозовую тучу», граф жестоко убил четырех человек, а может, и больше.
— Боже мой…
— Никому ничего не рассказывайте. Оставайтесь здесь — на Капрайе вам ничто не угрожает. Если бы Фоско счел необходимым, он бы вас уже убил.
— Вы пугаете меня.
— Да, и мне жаль, но порой лучше бояться. Через два-три дня все закончится. Виола, пожалуйста, будьте осторожны. Просто ждите, пока я не вернусь со скрипкой.
Сначала она не ответила, потом, словно очнувшись, произнесла:
— Вам пора. Иначе опоздаете на паром.
Пендергаст взял леди Маскелин за руку. Так они стояли — молча, неподвижно, глядя друг другу в глаза. Потом Пендергаст развернулся и быстро зашагал к воротам.
* * *
Остров таял в воздухе на горизонте. С той минуты, как напарники покинули домик на
