их… советом, так Лео назвал? Знать бы, кто туда входит. Кто вообще может быть причастен, – продолжила Пейдж развивать мысль.
И тут ее осенило. Она замерла, не мигая глядя лишь на карточку, которую Киллиан все еще вертел в тонких пальцах. Идея возникла глупая и рискованная, но не озвучить ее было невозможно.
– Это ведь пригласительный билет на маскарад, ровно через неделю. Причем не именной, – прошептала она многозначительно.
Киллиан оторвался от созерцания золотой маски и поднял на помощницу удивленный взгляд.
– Бросьте. Даже не думайте, мисс Эванс, – строго одернул он, но ту уже было не остановить.
– Почему нет? – вдохновенно втянула она воздух и выпалила с жаром: – Маринхаус – это же тот древний особняк на мысе Желаний. Не думала, что там еще кто-то живет… Но вы только представьте! Попасть на их закрытое мероприятие, оценить количество членов Лиги, возможно, кого-то из них узнать. Наверняка услышим кучу разговоров о произошедшем, и можно будет понять, причастна ли Лига к смерти Комптона-старшего, причастен ли Джеймс. А если нам повезет – можно опознать убийцу, как вы и сказали, по телосложению и голосу. Мы можем получить уйму информации, просто воспользовавшись пригласительным. Это невероятный шанс…
– Да боже мой, оставьте эту глупую мысль! – возразил Киллиан, но без той железной уверенности, какую можно было ожидать, если бы его не зацепила идея. – Это может быть слишком опасно. Комптон видел нас с вами, и уж поверьте, никакая маска не скроет вашу кудлатую головушку…
– А вашу трость тем более, – с толикой вызова вскинулась Пейдж. – И думаю, ваша личность известна куда большему числу людей, чем моя.
– Я могу пойти без трости.
– А я могу изменить прическу.
Взгляды схлестнулись, заражая общей волной азарта. Пусть Киллиан протестовал, но он уже явно просчитывал риски и варианты, и Пейдж ощутила, как к щекам прилил жар от понимания, что так зарядило его именно ее предложение. Он смотрел на ее лицо пристально и долго, будто оценивая, насколько оно узнаваемо для того, кто видел ее всего раз. И вдруг отрицательно мотнул головой.
– Без вас. Я пойду один, – жестко отрезал он.
Пейдж возмущенно уперла руки в бока:
– Это нечестно! Вы украли мою идею!
– Вы мое имущество – так что все ваши идеи автоматом становятся моими, – насмешливо парировал Киллиан.
– Подумайте сами! Одинокий гость, которого никто не может узнать под маской, привлечет больше внимания, чем семейная пара. Пригласительный на двоих. А если вы собираетесь пойти без трости… Я могу помочь скрыть хромоту.
«И поддержать, если без трости нога разболится, как предупреждал его отец», – оставила при себе это соображение Пейдж. Она действительно не могла допустить, чтобы в столь уязвимом виде он пошел туда один. Это та ситуация, в которой от нее точно больше пользы, чем в момент прямого обстрела из револьвера.
– Мисс Эванс… – устало откинулся в кресле Киллиан, глядя на нее с безоружной безнадежностью.
– Вы знаете, что я вам нужна, – уверенно заявила она. – Признайте, что это так.
– Это. Опасно, – отчеканил он резко. – Я не могу обещать, что нас не узнают. Не применят силу. Даже гладиаторов их хозяева не могут заставить подписать Право на умерщвление, а вы предлагаете подвергнуть себя риску, степень которого мне неизвестна. Я не смогу гарантировать вашу безопасность.
Пейдж понимала, о чем он. Это новая ответственность, но и преимущество тоже, – что идти с ней, а не одному, будет для него легче физически и менее рискованно, она чувствовала на уровне интуиции. А еще где-то глубоко внутри подняла голову крохотная шипящая змейка: она не хотела, чтобы на одетого во фрак господина в маске пялились какие-то одинокие дамы.
– Послушайте… – Она старалась, чтобы голос звучал ровно и убедительно. Деловито сложила руки на груди и как можно более уверенно сверкнула глазами: он оценит только рационализм. – Эта Лига Высших замешана в смерти моей матери. Больше того, я могу узнать тех аристократов, вряд ли они сильно изменились за четыре года. Это дело касается меня напрямую, и я понимаю риски. Вы мне не приказываете идти с вами, и раз это мое решение, то и ответственность за него нести мне.
Киллиан мрачно молчал и на протяжении всей ее тирады не сводил с нее оценивающе-заинтересованного взгляда. Затем быстро посмотрел на часы на запястье и поднялся с кресла.
– Мы уже опаздываем. Выпрашивая у меня лишнюю задачу, вы пропустили ту, которую должны были выполнить обязательно: что ж, понадеемся на добросовестность свидетелей, – хмыкнул он и отошел к шкафу, чтобы переодеться в китель.
Пейдж понурила голову и уже хотела было вернуться к делам, как господин все-таки окликнул ее глубоким голосом:
– Вы и мертвого заставите плясать под вашу дудку. Хорошо, мисс Эванс: отправимся в логово гидры вместе. А сейчас – работать! – повысил он тон до властного и приказного, но это уже не могло стереть довольства с лица его помощницы.
К несчастью, на удачно присвоенном приглашении Комптона везение этого дня закончилось. Судебный процесс Киллиан проиграл – но он как будто и не особо старался доказать вину водителя, сослепу наехавшего на парламентария в отставке. Случай признали печальным стечением обстоятельств и отпустили не верящего своему счастью подсудимого прямо в зале, чему несказанно радовались трое его детей и жена.
Похоже, в глазах этого человека, в отличие от глаз Пола Макгвайра, коронный обвинитель не увидел истинного зла – иначе бы тот не ушел от правосудия. А может быть, все мысли Киллиана занимало совсем другое дело, чего Пейдж тоже не исключала.
Но по основному расследованию ничего не продвигалось. Забежавший вечером инспектор Уайт скупо доложил, что Соланесы действительно на протяжении двух лет каждый третий месяц закупали по оптовой цене солидные партии элитного спиртного, что в очередной раз подтвердило слова Леонардо о «чистоте» их бизнеса. А вот откуда тогда на причале взялся контрафакт, – вопрос, на который никто из живых не мог ответить.
Дома Пейдж, как обычно, в одиночку поужинала на кухне. Правда, уже привычную тишину разбавила мадам Морель, взявшись нахваливать порядок в ее комнате и ванной, а также умение вымыть за собой чашку и тарелку.
– Ви очгень чистоплогна, мгилая. – С сияющей улыбкой домработница даже достала из дальнего шкафчика конфетницу, угощая недешевым шоколадом. – Пгиятно бгыло зайги и увидгеть, чтго мгои услюги вгам совгешеннго ньге нгужны.
– Я привыкла наводить порядок за собой и неряхой-братцем, – смущенно призналась Пейдж. – Спасибо за конфеты. Может, и вам налить чашечку какао?
Мадам Морель неловко помялась, пригладила строгий пучок на голове. Видимо, ей было сложно разобраться, к какой
