либо с его первым заместителем Виктором Федоровичем, — спокойно сообщил Дронго.
— А с президентом страны вы не хотите встречаться. Или с премьер-министром? — спросил явно недовольный сотрудник.
— Нет. У меня нет к ним никакого дела. И меня не запишут на прием, даже если я попрошу.
— А здесь вас запишут? — разозлился офицер. — Вы в своем уме?
— В последнее время не уверен. Но стараюсь держаться. В крайнем случае я готов встретиться с вашим статс-секретарем Михеевым или с руководителем управления кадров Родионовым. Но лучше с директором. Без него они не предоставят мне нужной информации.
— Где вы узнали все эти имена и фамилии? — понизив голос, спросил сотрудник пресс-бюро. — Это абсолютно засекреченная информация. Вам придется дать письменное объяснение, откуда вам все это известно.
— Согласен. Но сначала вы обязаны доложить о моей просьбе. По-моему, у вас такой порядок.
— Подождите здесь. — Офицер поднял голову и посмотрел в сторону камеры, фиксирующей их разговор. Затем быстро вышел из комнаты. Ждать пришлось минуту, другую, третью. Прошло десять минут, пятнадцать. Наконец в комнату вошли сразу двое. Сотрудник пресс-бюро и другой незнакомец в штатском. Невысокого роста, ему было лет сорок пять.
— Здравствуйте, — поздоровался незнакомец, — вам нужно подробно написать, откуда вы знаете имена и должности руководителей службы. Желательно подробно.
— У нас нет времени, — вздохнул Дронго. — Я сейчас нахожусь в больнице, а не здесь. И у нас очень мало времени.
— Это больной человек, — повернулся к сотруднику пресс-бюро второй незнакомец, — вызовите экспертов. Пусть его задержат и проверят.
— Вы меня не поняли, мне срочно нужен кто-то из руководства. Если вам нужна дополнительная информация, то можете позвонить в ФСБ полковнику Максимову. Он подтвердит, что мы ведем расследование по факту убийства бывшего сотрудника ЦРУ и дипломата Эдвина Ашфорда. Повторяю, у меня совсем нет времени. Мне очень важно срочно встретиться с кем-то из оперативного руководства, чтобы получить нужную информацию.
Оба офицера переглянулись.
— Вы перепутали адреса, — сказал сотрудник пресс-бюро. — Здесь никому не дают никакой информации. Тем более посторонним лицам.
— У меня конкретный запрос. Который касается людей, работавших в Первом Главном управлении много лет назад, еще во времена СССР. Неужели вы ничего не поняли? Я бывший эксперт ООН и многих из ваших руководителей знаю лично. В том числе и вашего директора. Который тоже меня знает. Я понимаю, что у вас существует иерархия и вы не можете сразу обратиться к нему. Но позвонить кому-нибудь из его помощников или советников вы наверняка можете.
Офицеры снова переглянулись. В этот момент позвонил внутренний телефон. Второй офицер поднял трубку.
— Так точно, — подтвердил он. — Я все понял.
Да, конечно. Прямо сейчас.
Он повернулся к этому странному гостю:
— За вами послали машину. Вас примет один из заместителей директора. Но вы должны сознавать, что вы достаточно серьезно рискуете. Вы просто не уедете оттуда, если окажется, что вы блефуете. Надеюсь, у вас очень серьезные причины, явиться сюда с улицы и пытаться встретиться с кем-то из руководства нашей службы. Не представляю себе, чтобы можно было войти в ЦРУ с улицы и попросить о встрече с кем-то из руководства. Так бывает только в плохих голливудских фильмах.
Дронго нахмурился:
— Идет важное расследование. Американцы убеждены, что американского гражданина убили по приказу московских властей. Важно узнать, кто и зачем мог убить приехавшего гостя. Или вы по-прежнему ничего не хотите понимать?
— Поехали, — решил офицер, — вы сами будете отвечать за все ваши непонятные выходки.
Глава девятнадцатая
Они уселись в машину. Двое офицеров и водитель. Дронго решил пошутить.
— Глаза закрывать не будете?
— Зачем? — очень серьезно спросил старший офицер. — Если вы действительно профессионал, то должны сами понимать. Вы просто обратно не вернетесь, если решат, что ваш визит не должен был состояться.
— Спасибо. Вы меня успокоили.
— Не за что.
Автомобиль направлялся в сторону деревни Бачурино, где находилась штаб-квартира СВР. Проверки продолжались достаточно долго, пока наконец гостя не ввели в комнату, куда вошел высокий мужчина лет пятидесяти.
— Добрый день, — поздоровался он, не протягивая руки и усаживаясь за стол, — меня зовут Михаил Михайлович, я советник директора. Мы проверили ваши документы и биографию. Пока все подтвердилось. Вы должны были понимать, как именно рискуете, решив обратиться к нам.
— У меня не было времени.
— Ясно. Что именно вы хотите?
— Мне нужны имена ваших сотрудников, которые работали в Германии в конце восьмидесятых, до падения Берлинской стены.
— Это абсолютно невозможно. Вы же не дилетант и не прохожий с улицы. Как вы себе это представляете? Где подобное возможно? Тем более вы не являетесь нашим сотрудником? Неужели вы не понимали, что подобная безумная авантюра обречена на провал?
— Речь идет об убийстве бывшего американского дипломата и бывшего сотрудника ЦРУ. Американцы почти убеждены, что его убрали по приказу Москвы. Прислали сюда двух опытных офицеров. В конце концов это станет вашей самой большой проблемой. Меня пригласили как эксперта, который должен помочь в расследовании этого загадочного преступления. Если вы не хотите ничего понять, то я могу просто прекратить расследование и уехать. Тогда это будут не только ваши проблемы.
— Мы вызвали из ФСБ полковника Максимова, — неожиданно сказал Михаил Михайлович. — Он скоро приедет. Вы должны понимать, насколько невозможен ваш запрос.
— Почему? Это было больше тридцати пяти лет назад. Уже нет Советского Союза, нет двух Германий, нет даже Первого главного управления КГБ. Все кануло в Лету. Я ведь не прошу вас раскрывать секреты ваших спецслужб даже полувековой давности. Мне нужны только фамилии людей, которые могут быть потенциальными преступниками в этом запутанном деле.
— Мы можем предоставить информацию Максимову, — сказал после недолгого молчания Михаил Михайлович. — Вы должны понять. Иначе мы просто закончим нашу беседу.
— Я примерно так и думал.
— В таком случае почему вы приехали в наше пресс-бюро? Сотрудники ФСБ могли обратиться к нам с официальным запросом, и мы бы им обязательно ответили. Во всяком случае смогли найти информацию, которая их интересует.
— Не было времени. Официально я сейчас нахожусь в больнице после аварии. Еще день или два, и американцы все поймут. Ваша переписка могла занять недели, а мое неожиданное появление у вас вызвало повышенный интерес вашей службы. Я ведь понимал, чем рискую. Но это был единственный шанс.
— Это была опасная авантюра.
— Согласен. Но нужно получить эти имена как можно скорее.
Его собеседник молчал. Несколько минут. Затем поднялся.
— Вам придется подождать здесь. Когда приедет полковник Максимов, который сначала подтвердит все ваши слова, а затем ознакомится с некоторыми материалами. Заранее хочу предупредить, чтобы вы не рассчитывали
