ломает все планы? – я прямо встретила взгляд Бишопа. – Уже жалеешь, что ему помог?
– Нет, – он пожал плечами. – Все равно пригодится. Только мне не нравится, что у него на тебя виды.
Я нахмурилась. Тряхнула головой.
– Да перестань! Просто случай подвернулся. Он же благословенный, не привык себе отказывать.
Бишоп почему-то еще сильнее помрачнел.
– Тогда я останусь. Поговорите при мне.
***
– Доброе утро, – сухо поздоровался лейтенант.
Выглядел он не очень: волосы расчесаны кое-как, глаза покраснели, а лицо бледновато даже сквозь природную смуглость. Похоже, не спал всю ночь. Надо бы спросить, принимает ли мою микстуру? Может, назначить что-нибудь посильнее?
– Доброе, – спокойно ответил Бишоп. – Заходи, присаживайся.
И махнул рукой в сторону стола.
– Пить будешь? – он продолжил играть гостеприимного хозяина. – Или, может, перекусишь с нами? Мы с Эмили еще не завтракали.
И как бы невзначай обнял меня за плечи.
Лейтенант сжал тонкие губы и отвернулся, с преувеличенным интересом разглядывая комнату.
На что там смотреть? Кровать тщательно заправлена, на тумбочке в углу громоздятся женские безделушки, из шкафа выглядывает чулок… Не заметила впопыхах.
Бишоп не скупился, так что нужных мелочей у меня было вдосталь. Только поворчал немного, когда я отвоевала половину гардероба вместо обещанной полки.
– Мисс Вудс, так вы согласны? Помочь? – отрывисто спросил Эллиот.
Приглашению он не последовал. И вновь это официальное «мисс Вудс».
– А что нужно делать? – осторожно поинтересовалась я.
Мало ли что он еще придумал?
– Бухгалтерские книги Толбота написаны на древне-альбовском, – лейтенант прошелся из угла в угол, сложив руки за спиной. – По словам помощницы, книги вел хозяин, а она этим языком не владеет.
Я хмыкнула. Наверняка ведь врет! Какой толк от помощницы, не способной даже записать приход-расход или провести инвентаризацию остатков?
Интересно, а с какой стати Толбот так мудрил? Что же ты скрывал, приятель?
– И что ты надеешься там найти? – подал голос Бишоп.
Эллиот повернулся на каблуках и сунул руки в карманы.
Подумал и сел напротив.
– Что угодно. Данные о продаже черноголовника, теневые поставки лекарств, сведения о приобретении мисс Мастерс абортивного зелья…
– Насчет теневых поставок я тебе и так скажу, – перебил Бишоп лениво. – До приезда Эмили я работал с Толботом. Ну а детали тебе ни к чему.
– Ты покупал у него ту пакость? – удивилась я вслух.
Не выдержала.
Бишоп хмыкнул.
– Вот еще. Нормальные препараты Толбот делал, хоть талантом и не блистал. По-моему, он тогда ничем таким даже не увлекался… – он щелкнул пальцами. – Точно! Как раз года два назад он занялся своими «народными методами».
Лейтенант перебил нетерпеливо:
– Мастерс мог его этим шантажировать?
Бишоп лениво пожал плечами.
– Да брось. Прямо такое преступление. Тем более, еще поди докажи. Или ты меня в суд позовешь?
– Понадобится – позову, – парировал Эллиот.
Бишоп только хмыкнул и головой покачал.
– Кстати, – тем же спокойным тоном продолжил лейтенант, – я бы хотел поговорить с твоим персоналом.
Бишоп поднял брови.
– По поводу?
Эллиот вперил в него острый взгляд.
Глаза в глаза. Вот-вот за грудки схватит!
– Мне нужен официант, который обслуживал Дадли и Мастерса в тот вечер.
Бишоп не изменил вальяжной позы, только рука на моем плече чуть напряглась.
– Зачем это еще?
– Не изображай идиота, – резко посоветовал Эллиот. – Может, официант что-то слышал. И еще хочу знать, когда ушел Дадли. И уходил ли вообще.
Бишоп откинулся на спинку дивана. Смерил лейтенанта прищуренным взглядом и усмехнулся.
– Ты что, под меня копаешь?
Эллиот зеркально отразил его улыбку.
– А надо?
– Хватит, – попросила я. – Бишоп, не заводись, ладно? По-моему, проще позвать официанта, пусть обо всем расскажет.
– Именно, – подхватил Эллиот, не прерывая поединок взглядов. – Тебе ведь нечего скрывать?
Бишоп медленно покачал головой.
– Нечего. Только тот парень у меня больше не работает.
Крылья породистого носа лейтенанта хищно затрепетали.
– Почему же? Не сошлись характерами?
Бишоп стиснул зубы.
– Нет, – процедил он. – Просто парень был временный. На работу не вышел, а мы и не искали.
Темные глаза Эллиота сузились.
– Хочешь сказать, что тут ошивался случайный человек? С улицы? Не верю.
– Ну и не верь, – разрешил Бишоп, пожав плечами. – Он не совсем с улицы. Дерек, официант, порвал связки на ноге. А работу терять не хотел, вот и упросил взять пока на его место кузена.
Эллиот побарабанил пальцами по колену.
– И когда это было?
– Думаешь, я помню? – рассердился Бишоп.
– А ты постарайся. Припомни.
Не выдержав, я встала.
– Ты куда? – оглянулся Бишоп.
– Налью вам выпить, – я заглянула в тумбочку и вынула бутылку со стаканами. – А то еще подеретесь.
– А неплохо бы, – мечтательно протянул Бишоп. – Размяться не помешает.
– Соскучился по синякам? – тонко усмехнулся Эллиот. – Тебе шло.
– Зато меня лечила Эмили, – Бишоп закинул ноги на подлокотник.
Я молча вручила каждому по стакану. И напомнила:
– Так что там с официантом?
Бишоп бросил на меня непонятный взгляд.
– Да ничего. Около недели отработал, проблем никаких не было. А потом просто не явился. И Дерек тоже не вернулся.
Эллиот крутил стакан.
– Бьюсь об заклад, – он зачем-то понюхал выпивку, сморщил нос, но глотнул, – что этот временный не вышел на работу аккурат на следующий день после убийства Мастерса.
На лице Бишопа мелькнула настороженность.
– Может, и так, – он деланно безразлично пожал плечами. – И что с того?
Лейтенант выпил свой коньяк и поднялся.
– А то, что мне нужен адрес этого твоего Дерека. Хочу его навестить.
Бишоп ненадолго задумался.
– Я поеду с тобой, – решил он.
– И я! – поддакнула я.
Они разом повернулись ко мне. Братья-близнецы, ни дать, ни взять. Только один смуглый черноглазый брюнет, а второй бледнокож, светловолос и сероглаз. Зато выражения лиц – один в один.
– Эмили… – Бишоп нахмурился.
– Мисс Вудс, – вторил ему Эллиот.
– Не начинайте, – попросила я. – Я тут свихнусь со скуки.
Бишоп замер, потом улыбнулся нехотя.
– Ладно. Но от меня ни на шаг.
– Как скажешь, – легко пообещала я.
Наконец-то на улицу!
***
Официант жил в трущобах.
Брр, я бы лучше в лесу ночевала! Мокрые от дождя бетонные коробки, лужи нечистот в подворотнях, унылые и пошлые граффити на серых стенах.
В бесчисленных выбоинах на дороге стояла грязная вода с разводами бензина. А воздух пах фабричным дымом и чем-то мерзким, нежилым. Только аляповатые вывески кое-как украшали эти мрачные улицы.
Нищета и беспросветность.
Бишоп удивительно хорошо здесь ориентировался.
– Нам сюда, – уверенно определил он, выкручивая руль.
Автомобиль послушно свернул в тупичок.
– А ты тут не впервые, – озвучил мои подозрения Эллиот.
– Не впервые, мистер чистоплюй, – Бишоп лихо припарковался, втиснувшись между двумя грудами мусора. – А полицейские что, только по богатым районам ходят?
Он
