на Джейн. – А ваша репутация – это что-то.
– Неужели? – удивилась Риццоли.
– Если я употреблю слово «сука», не стоит обижаться. Так я называю женщин вроде нас. Потому что мы не идем на компромиссы, не останавливаемся на полпути. Мы пинаем мяч до конца. – Она едва заметно поклонилась. – Суки уважают друг друга.
– Боже, я польщена.
– Я хочу сказать, – продолжала Кэрол, – что нам пора работать вместе. Если вы хотите, чтобы дети уцелели, вам нужна я, а вы нужны мне.
– У вас в голове созрел реальный план или это альянс в принципе?
– Я не выжила бы, если бы у меня не было планов. Мы заставим Икара выдать себя.
– Как?
– Для этого нужны дети.
– Что ж, – проговорил Фрост, – мне не нравится то, что я слышу.
– Вы еще ничего не слышали.
– Вы упомянули о детях. Но мы никогда не согласимся подвергнуть их опасности.
– Они уже в опасности, разве вы не понимаете? – рявкнула Кэрол. – Если бы не я, Уилла и Клэр уже не было бы в живых. Я была с ними, я спасла их.
– А теперь хотите их использовать? – Фрост посмотрел на Джейн. – Ты понимаешь, что она запланировала?
– Дай ей сказать, – попросила Джейн, не сводя глаз с Кэрол.
Она ничего не знала об этой женщине, не знала даже ее настоящего имени и еще не решила, стоит ли доверять ей. Суки уважают друг друга – этот девиз может сработать, только если ты знаешь другую суку. Джейн знала лишь то, что видела, а видела она атлетически сложенную блондинку сорока с лишним лет, на которой были дорогие сапоги и еще более дорогие наручные часы. Женщину, окутанную легким флером безысходности. Если Кэрол говорила им правду, значит она работала на компанию лет с двадцати пяти. Последние два года она была в постоянном движении, меняла имена, а это было бы очень сложно, если бы пришлось тащить за собой еще и семью. Она одинокий волк, решила Джейн. Выживает, потому что делает все необходимое, чтобы выжить.
– Я знаю, что вы беспокоитесь о детях, – сказала Кэрол. – Но если мы не покончим с этим, они никогда не окажутся в безопасности. Пока дети живы, они остаются для Икара воплощением его неудачи. А он хочет показать миру, что с ним не стоит связываться. Что он будет безжалостен, если ему станут прекословить. Подумайте, во что превратится жизнь детей, если мы не убьем его. Каждый год им придется менять имена и места жительства. Бежать, все время бежать. Я знаю, что это такое, и не желаю подобного ни одному ребенку. Особенно подросткам, которые так хотят иметь друзей, так жаждут стабильности. Это их единственная возможность жить нормально, им даже не обязательно знать о том, что произошло.
– Как вы собираетесь скрывать это от них?
– Они уже и так там, где нужно. В легко обороняемом месте. С подъездной дорогой, которую просматривают. В школе, где полно преподавателей, которые способны защитить их.
– Минуточку. Вы хотите сказать, что Энтони Сансоне знает об этом?
– Ему известно лишь, что дети в опасности и им нужна защита. Я попросила доктора Уэлливер сказать ему только это, без подробностей.
– Так, значит, ему не известно об операции?
Кэрол отвела взгляд.
– Даже доктор Уэлливер о ней не знала.
– А теперь она умерла. Как такое могло случиться?
– Я не знаю, почему она покончила жизнь самоубийством. Но у меня уже есть два агента на территории школы, и там появятся еще другие люди. Три подростка, оказавшиеся в школе, – это дети моих коллег, оставшиеся в живых, и я буду обеспечивать их безопасность. Это мой долг перед коллегами.
– Так дело действительно в детях? – поинтересовалась Джейн. – Или только в вас?
Правда читалась на лице Кэрол, в искаженных дугах ее бровей, в легком наклоне головы.
– Да, я тоже хочу жить спокойно. Но это получится только тогда, когда я уничтожу его.
– Если, конечно, сможете узнать его при встрече.
– Любой вооруженный самозванец будет убит. А с телами можно разобраться потом.
– С чего вы решили, что Икар заявится самолично?
– Просто я его понимаю. Для него эти дети – очень ценные жертвы. Да и я тоже. Он удовлетворится, только когда самолично увидит, что мы умерли. А раз все мы соберемся в одном и том же месте, ему трудно будет устоять перед соблазном. – Кэрол взглянула на часы. – Я теряю время. Мне надо ехать в Мэн.
– Чего вы хотите от нас? – осведомилась Джейн.
– Чтобы вы держались подальше от всего этого.
– Тедди Клок – мой подопечный. А вы, дамочка, слишком сильно нарушили границы своих полномочий.
– Меньше всего мне нужны несведущие полицейские, палящие по собственным теням. – Кэрол посмотрела вниз, на свой звонящий телефон. Отвернувшись от собеседников, она быстро ответила: – Говорите.
Джейн не видела лица женщины, но заметила, как напряглась ее спина, как резко расправились плечи.
– Мы едем, – резко ответила она и отключила связь.
– Что случилось? – спросила Джейн.
– У меня был агент на месте. В школе.
– Был?
– Только что обнаружили его тело. – Кэрол посмотрела на Джейн. – Похоже, мы добрались до финального акта.
29
– Нам нужно эвакуироваться, – сказал Сансоне, отпирая сейф в антикварном зале.
Он распахнул дверцу, и там обнаружился лежавший внутри пистолет. Маура посмотрела, как быстро Сансоне заряжал девятимиллиметровые пули в магазин, и удивилась, насколько хорошо он, судя по всему, был знаком с этим оружием. Маура никогда раньше не видела его с пистолетом, а тут получалось, что Энтони был не только прекрасно знаком с ним, но и полностью готов им воспользоваться.
– Если мы разбудим детей прямо сейчас, – проговорил он, – то через десять минут можно будет выехать.
– Куда же мы их повезем? – спросила Маура. – Выехав за ворота, мы станем уязвимыми. Вы превратили этот замок в крепость, Энтони. У вас тут система безопасности, непробиваемые двери. – «А еще у вас пистолет», – мысленно добавила она, наблюдая, как тот вгоняет магазин на место. – Джейн велела запереться и ожидать ее приезда. Это мы и должны сделать.
– Как бы я ни старался обезопасить этот замок, он все равно остается неподвижной мишенью.
– Внутри безопасней, чем снаружи. Джейн очень четко проинструктировала меня по телефону. «Держитесь вместе. Оставайтесь в здании. Никому не верьте».
Энтони засунул пистолет за пояс.
– Давайте в последний раз проверим округу, – предложил он и вышел из антикварного зала.
Спустилась ночь. В воздухе добавилось прохлады. Когда Маура двинулась вслед за Энтони к выходу из школы, температура, казалось, понизилась еще на несколько градусов. Она обхватила
