чей фасад лишь изредка перемежался витринами магазинов, — пока наконец не нашла то, что искала.
Сибилла уже много лет не пользовалась уличным телефоном и удивилась: аппарат висел не в закрытой кабине, а просто на розовой стойке у края тротуара.
Бросив быстрый взгляд по сторонам, она расстегнула джинсы и двумя пальцами нашарила в белье то место, куда спрятала записку с номером Рози. К счастью, бумажка не сместилась, искать долго не пришлось. Цифры слегка расплылись — должно быть, записка пропиталась потом, — но номер ещё вполне можно было разобрать.
Гудок прозвучал лишь дважды.
— Розмари Венглер, добрый день!
От облегчения Сибилла шумно выдохнула.
— Привет, Рози, — произнесла она робко. — Это я, Сибилла… Аурих. Ты помнишь… ты ещё помнишь, кто я?
Рози ответила раскатистым смехом:
— Разумеется, помню! Уже пора? Снова хочешь на маленькую прогулку? Скажи, где встречаемся. Я только быстренько разденусь до трусиков и приеду за тобой. Вот будет потеха!
Сибилла, несмотря на всю невозможность ситуации, в которой оказалась, и в самом деле улыбнулась.
— Нет, никаких прогулок, и одета я совершенно нормально. Просто дело в том, что…
Она замялась, и Рози закончила за неё:
— …что ты опять поцапалась со своим ненаглядным? Угадала? Хочешь, я приеду и возьму молодого человека в оборот? В переносном смысле, разумеется.
И снова раздался её глубокий, утробный хохот.
— Нет, всё… всё гораздо хуже. Я не могу сейчас объяснить, но я в большой беде и, кроме тебя, не знаю, к кому обратиться. Не могла бы ты… я была бы очень благодарна, если бы мы могли увидеться.
— Ты в беде? Скажи Рози, где ты, и через несколько минут она будет рядом.
— Примерно там, где ты меня сегодня уже подобрала.
— Хм, — протянула Рози, — дай мне двадцать минут!
И повесила трубку.
Слава богу. Хоть один человек, который мне верит.
Теперь Сибилле нужен был телефонный справочник, но у этих современных стоек его, очевидно, уже не было. Зато над аппаратом она обнаружила крупную наклейку с номером справочной службы.
Опустив монету в прорезь, она попросила соединить её с больницей, что поначалу оказалось непросто. Поскольку она не знала ни названия, ни адреса клиники, то спросила о больнице вблизи регенсбургских Восточных ворот. Женщина на другом конце провода объяснила, что ей необходимо название улицы или больницы.
Лишь когда Сибилла сказала, что это экстренный случай, та согласилась попробовать. После бесконечно долгой паузы она наконец вернулась и сообщила, что больница, которую ищет Сибилла, — по всей видимости, частная клиника Монзерт. И продиктовала номер.
Сибилла набрала, и через секунду ответил женский голос, который она тут же узнала — голос сотрудницы справочной стойки.
— Здравствуйте, — сказала она. — Это Сибилла Аурих. В подвале вашего здания, в который можно попасть со стороны сада, заперты ваш завхоз и двое полицейских. Спросите доктора Мульхауса, какой именно подвал имеется в виду. Ключ висит в кабинете завхоза.
— Я давно в курсе, — после секундной паузы отчеканила женщина. — Кто вы такая? Та самая женщина, которая…
Договорить она не успела: Сибилла повесила трубку, потому что её внезапно осенило, откуда той уже было известно о запертых в подвале.
Мобильные, разумеется.
Оба полицейских наверняка имели при себе телефоны, и, судя по всему, даже в подвале ловилась сеть.
Развернувшись и направившись обратно к перекрёстку, где Рози должна была её забрать, Сибилла поняла, что лишь по чистой случайности её не схватили ещё в больнице.
Перед глазами снова встало лицо Виттшорека в тот момент, когда она выскакивала из подвала. Он догадался, что я собираюсь сделать? А если так — почему не попытался остановить меня, а молча наблюдал, как я запираю его вместе с неприятным коллегой и завхозом?
Неужели он хотел дать мне возможность доказать, что я говорила правду? Но это же не входит в его обязанности… И как мне доказать, кто я такая, если даже собственный муж утверждает, что я лгу?
Почему, Ханнес, почему?
Чем больше Сибилла об этом размышляла, тем твёрже убеждалась: Ханнес знает, где находится Лукас. Но зачем её похитили и каким-то загадочным образом два месяца продержали в искусственной коме? И кто тот человек, что выдавал себя за доктора Мульхауса? Врач ли он вообще — и каким образом сумел стремительно и бесследно убрать всё оборудование из подвала?
Она дошла до перекрёстка и прислонилась к стене дома — на том же самом месте, что и несколько часов назад.
Столько вопросов — и пока ни единого ответа. Зачем всё это? И почему именно я — Сибилла Аурих, рядовая служащая в офисе страхового маклера, без состояния, без допуска к секретам, без чего бы то ни было, я ведь никогда…
Гудок красной машины испугал её точно так же, как в первый раз. Сибилла инстинктивно огляделась по сторонам, оттолкнулась от стены и в несколько быстрых шагов оказалась у автомобиля Рози.
— Рада тебя видеть, Сибилла! — Рози лучезарно улыбнулась. — Приятно, что ты позвонила.
Окинув выразительным взглядом джинсы Сибиллы, она добавила:
— Ого, твоего размера уже не было?
Сибилла несмело улыбнулась в ответ:
— Думаю, они немного сели в длину. К тому же я за последние недели, похоже, потеряла пару килограммов. Спасибо, что сразу приехала.
Рози отмахнулась и тронулась с места.
За мгновение до того, как он исчез из виду за краем бокового стекла, Сибилла заметила мужчину. Он стоял, прислонившись к дорожному знаку, и смотрел им вслед.
Хотя она видела его от силы две секунды, узнала мгновенно. Это был тот самый человек из вестибюля больницы.
Первым порывом было попросить Рози остановиться, выскочить и спросить мужчину, зачем он за ней следит. Но она удержалась. Судя по тому, как складывался этот день, наверняка выяснилось бы, что он всего лишь ждёт автобус, что никогда не переступал порог клиники и что Сибиллу Аурих не видел ни разу в жизни.
ГЛАВА 08.
Когда Джейн вышла из больницы одна, он на мгновение подумал о том, чтобы сообщить Доктору об изменившейся ситуации, но решил пока повременить.
Что она задумала?
То, что он последует за ней, было очевидно. Но, в отличие от прежних случаев, на этот раз он понятия не имел, что она предпримет дальше.
Ганс шёл за ней на достаточном расстоянии и выжидал за выступом стены, пока она не покинула маленький магазинчик. Раз
