Долгое время никто не произносил ни слова.
— Поехали, — сказал наконец Клодель.
35
К полудню температура подскочила еще выше, и город как будто вымер. Ничто не двигалось. Деревья, птицы, насекомые и люди, изморенные жарой, пребывали в покое. Почти никого не было видно.
Направляясь к дому того типа, я вспоминала поездку на улицу Берже в День святого Иоанна Крестителя. В салоне автомобиля так же пахло по́том, что разгонял вентилятор. Мои внутренности сковывал тот же страх. Только Клоделя не было. Он и Шарбонно уехали в другой машине.
А еще в этот день, в отличие от того, на улицах мы практически не увидели людей. На дорогу ушло меньше двадцати минут. Когда мы прибыли, Бертран, Клодель и Шарбонно были уже на месте. Все трое сидели в машине — обычной, без полицейских опознавательных знаков. Оперативно-следственная бригада расположилась дальше, у следующего дома. За рулем машины сидел Жилбер, один из его помощников стоял, прислонившись к дверце.
Трое детективов вышли нам навстречу. Именно такой и запечатлелась в моей памяти эта улица, только при свете дня она выглядела непригляднее, чем в темноте.
— Где наблюдательная команда? — спросил Райан.
— За домом, — ответил Шарбонно.
— Этот придурок здесь?
— С того момента, как они тут появились, то есть с полуночи, еще никого не видели. Он, наверное, отдыхает.
— Черный ход тут есть?
Шарбонно кивнул:
— Ребята и за ним наблюдали все это время. Патрульные машины стоят на каждом углу. Если наш мальчик внутри, ему не уйти.
— Ордер у тебя? — спросил Райан Бертрана.
Бертран кивнул.
— Пойдемте.
Мы оглядели здание, словно врага. Из-за угла появились два мальчика-негра в широченных штанах. На их футболках красовались картинки на тему смерти: на одной череп с глазными яблоками, на другой — угрюмая смерть с летним зонтиком. Смерть в отпуске. Мальчик повыше держал в руке магнитофон, из которого в унылую летнюю жару лились ритмичные звуки рэпа. Голова острижена почти наголо, только на макушке он оставил круглое пятно волос. Голову его друга покрывали дреды.
Мне мгновенно представились дреды Гэбби, и сердце ударом ножа пронзила боль.
«Подумаю об этом позднее, — сказала я про себя. — Не сейчас».
Мальчики вошли в соседний дом, и, как только подъездная дверь закрылась за ними, рэп стих. Райан посмотрел налево и направо, потом на нас:
— Итак?
— Пойдем поймаем наконец этого сукина сына! — воскликнул Клодель.
— Люк, вы с Мишелем идите к заднему выходу. Если он рванет туда, давите его.
Клодель прищурил глаза, немного склонил набок голову, будто хотел ответить, но просто покачал ею и с шумом втянул ноздрями воздух. Они с Шарбонно уже сделали шаг в сторону, но приостановились.
— Мы обязаны сработать чисто, — сказал Райан им вдогонку. — Без ошибок.
Его голос прозвучал крайне твердо.
Детективы КУМа кивнули и вскоре исчезли за углом.
— Готовы? — обратился Райан ко мне.
— Да.
— Учтите, этот человек, возможно, и есть убийца…
— Я знаю, Райан.
— Вы в порядке?
— Господи, я же сказала вам: да!
— Пойдемте.
Когда мы зашагали вверх по металлическим ступеням, мою грудь сдавило от страха. Парадная дверь оказалась открытой. Мы вошли в нее и очутились на небольшой лестничной площадке. На правой стене висели почтовые ящики. Пол покрывала мрачная керамическая плитка. Бертран взялся за ручку двери в стене напротив. Тоже не заперта.
— Надежно защищенное местечко, — пробормотал он.
Мы прошли в тускло освещенный коридор, наполненный запахом жирной еды. Пол устилала видавшая виды дорожка. Коридор вел к задней части здания и к лестнице, укрепленной металлическими прутьями. На ней тоже лежала потертая дорожка неопределенного цвета.
Мы бесшумно поднялись наверх и свернули направо. Бертран и Райан встали по обе стороны от первой двери из потемневшего дерева — прижавшись спинами к стене, руки на пистолетах. Свободной рукой Райан отодвинул меня к себе за спину. Я сделала глубокий вдох, глотая запах плесени и пыли с примесью пота Райана.
Райан кивнул Бертрану. Тревога поднялась из груди к самому моему горлу.
Бертран постучал.
Никто не ответил.
Он постучал еще раз.
Тишина.
Детективы напряглись. У меня сильно участилось дыхание.
— Полиция. Откройте.
Мы услышали шум медленно растворяющейся на ширину цепочки соседней двери. В образовавшейся щели показались чьи-то глаза.
Бертран громче постучал в первую дверь. Молчание.
— Мсье Тэнгуэя нет дома, — донесся до нас справа чей-то тонкий голосок.
Мы повернули головы.
Райан жестом велел Бертрану оставаться на месте, а сам двинулся к соседней двери, откуда звучал голос. Я проследовала за Райаном. Глаза из щели, увеличенные стеклами очков, внимательно рассмотрели нас. Располагались они на высоте футов трех от пола.
Райан присел на корточки:
— Здравствуй.
— Здравствуйте.
Я не могла понять, кто это: мальчик или девочка.
— Твоя мама дома?
Ребенок покачал головой.
— А папа?
— Нет.
— А кто-нибудь дома?
— А кто вы?
Умница. Запомнил, что на вопросы незнакомцев отвечать не следует.
— Полиция. — Райан достал жетон.
Глаза сделались еще больше.
— А можно это потрогать?
Райан просунул жетон в щель. Ребенок благоговейно изучил его и вернул:
— Вы ищете мсье Тэнгуэя?
— Да.
— А зачем он вам?
— Хотим задать ему несколько вопросов. Ты его знаешь?
Ребенок кивнул.
— Как тебя зовут?
— Матье.
Мальчик.
— Когда твоя мама вернется домой, Матье?
— Я живу с бабушкой.
Райан оперся на другую ногу. Какой-то из его суставов хрустнул.
— Сколько тебе лет, Матье?
— Шесть.
— Ты давно здесь живешь?
Мальчик посмотрел на Райана озадаченно:
— Всегда.
— А мсье Тэнгуэй?
Матье пожал плечами.
— Когда вернется твоя бабушка?
— Она наводит порядок в домах каких-то людей. — Пауза. — По субботам.
Мальчик поднял глаза к потолку и закусил нижнюю губу:
— Я сейчас. — Он убежал куда-то вглубь квартиры и менее чем через минуту вернулся. — В половине четвертого.
— Черт…
Райан выпрямился и повернулся ко мне.
— Эта тварь, — произнес он почти шепотом, — возможно, сидит сейчас в своей конуре, а мы возимся с брошенным ребенком.
Матье ни на секунду не спускал с Райана глаз:
— Мсье Тэнгуэя нет дома.
— Ты уверен?
Райан вновь опустился на корточки.
— Он ушел.
— Куда?
Мальчик опять пожал плечами и поправил пухлым пальчиком дужку очков на носу.
— А откуда ты знаешь, что он ушел?
— Я ухаживаю за его рыбками. — Рот Матье расплылся в широкой улыбке. — У него есть даже морские ангелы. Они потрясающие.
— Когда мсье Тэнгуэй вернется домой?
— Не знаю.
— Может, бабушка написала это для тебя в календаре? — спросила я, наклоняясь к ребенку.
Он удивленно рассмотрел меня и вновь куда-то убежал.
— В каком еще календаре? — спросил Райан, задирая голову.
— Наверняка она все записывает. Когда мы спросили, в котором часу бабушка вернется, он задумался, потом, по-видимому, куда-то заглянул и выдал ответ.
Матье вернулся:
— Нет, про это она ничего не написала.
Райан поднялся:
— Что будем делать?
— Если верить ребенку, значит этого мсье Тэнгуэя действительно нет дома. Надо войти к нему в квартиру, все перетрясти. Когда вернется бабушка, порасспрашиваем ее. Если она ничего дельного не скажет, поймаем его, когда он появится.
Райан посмотрел на Бертрана, указал на дверь. Тот еще раз постучал.
Молчание.
— Будем взламывать? — спросил Райан.
— Мсье Тэнгуэй рассердится.
Мы все взглянули на мальчика.
Райан в третий раз присел на корточки.
— Когда ему что-нибудь не нравится, он очень злится, — сообщил Матье.
