– Ты, наверное, плохо меня поняла… Я тебе сказал, чтобы ты была послушной, а если не будешь, то Изу – конец. Припоминаешь?
Тама не может ничего ответить, ее рот заклеен. Но она начинает паниковать. Грег тащит ее в комнату и толкает так сильно, что она падает у кровати на колени. Он садится на матрас и вытаскивает из кармана телефон. Тама стонет, ее взгляд умоляет. Грег выбирает из списка контактов имя и подносит трубку к уху, чуть ухмыляясь:
– Мэтр? Я вам звоню, потому что у меня возникла проблема. Серьезная…
Тама закрывает глаза, представляя, что придумает этот сумасшедший.
– Тама ушла. Вчера вечером… Я искал ее всю ночь, но так и не нашел!
Тама не слышит, что отвечает Тармони, но догадывается, что он удивлен.
– Вы завтра увидите Иза? Скажите ему, что я продолжаю поиски… Вчера я был у Тристана и…
И он рассказывает, что Тама встречалась когда-то с этим человеком и что, по всей видимости, они вместе куда-нибудь уехали, но он не уверен. Пока Грег нагло врет, он продолжает пристально смотреть на Таму и отвратительно скалиться.
Как эта сволочь могла быть лучшим другом Изри? Как мужчина, которого она любит, мог годами не замечать его коварства? Его притворства?
– Да, мэтр. Конечно, буду держать вас в курсе. Спасибо, до скорого.
Он выключает телефон и срывает скотч со рта Тамы.
– Не хотел, чтобы ты это пропустила, Тамочка! Завтра наш друг-адвокат расскажет о случившемся твоему бывшему, и я уверен, что он вскроет себе вены…
– Ублюдок! – орет Тама.
Грег снова хватает ее за шею и бросает на кровать:
– А теперь закончим с дрессировочкой.
* * *
Грег не пришел.
Конечно, это плохой знак.
Я сажусь на землю у забора и закуриваю. Маню подходит через пять минут.
– Видел бы ты свою физиономию, – вздыхает он.
– Отстань!
– Спокойно, сынок…
– Какое спокойно, когда мою женщину имеет эта сволочь!
Маню садится рядом и кладет руку мне на плечо.
– Ерунда! Забудь, что наговорил тебе этот придурок, – веско говорит Маню. – Тама бы так никогда не поступила. Она от тебя без ума. Я это сразу понял. И она это много раз тебе доказывала, разве нет?
Я не знаю, что ответить, и ухожу в себя.
– Грег лжет. Это единственное объяснение, – продолжает Маню.
– Но с какой стати?
– Этого я не знаю. Но мне этот парень никогда не нравился.
– Ты с ума сошел…
– Тама могла бы ради тебя умереть. Она убила ради тебя.
Я хмурюсь.
– Да-да, я в курсе, что это она положила Тео.
– Сама тебе рассказала?
– Тама? Ничего она мне не рассказывала. Я это понял, как только тогда вас увидел… Я же не тупой! Так что говорю тебе еще раз, она ради тебя убила человека. Забыл?
Мне кажется, что у меня сейчас лопнет голова.
– Я больше так не могу, Маню… Надо отсюда убираться.
– Я над этим работаю, сынок. Работаю… Но и ты кое-что для меня сделай, уж постарайся. Перестань сам себе мозг выносить. Тама тебя не предавала, я в этом уверен… Разве я когда-нибудь ошибался?
Я должен признать, что никогда. Но его слова меня не успокаивают.
– Тармони скоро придет?
– Завтра.
– Я уверен, что он принесет тебе хорошие вести о Таме.
– Если Грег меня обманул, я ему брюхо вспорю, когда выйду…
– С удовольствием тебе помогу, – говорит Маню с ужасающей улыбкой.
* * *
Я уверен, что он вскроет себе вены.
Эти слова преследовали меня всю ночь и до сих пор звучат в голове.
Из, прошу тебя, не покидай меня. Я держусь только ради тебя. Выживаю ради тебя. Ради тебя выношу все, что делает со мной этот ненормальный.
Вчера он сделал мне больно, очень больно. Он часами меня мучил, чтобы я стала «послушной». Мне пришлось смириться, обещать, клясться, умолять. Иначе он бы меня убил. Смерть была бы лучше того, что мне приходится выносить, но я должна думать о тебе.
О тебе, и только о тебе.
Этим утром он разрешил мне выйти на пятнадцать минут из шкафа, чтобы я сходила в туалет и приняла душ. Я не узнала себя в зеркале, настолько сильно у меня изуродовано лицо. Он постоянно следил за мной, теперь у меня не будет и секунды без его надзора. Я ведь попыталась убежать, чуть не убила его, так что теперь уж он бдительности не потеряет.
Потом он уехал на работу и снова запер меня в шкафу. Я решила посмотреть, что лежит в коробках. Несмотря на полумрак и боль, мне нужно найти способ выбраться отсюда. Найти способ избавиться от этого психопата.
В первой коробке лежат старые вещи. Я беру свитер, чтобы не мерзнуть по ночам, хоть он и принадлежит моему мучителю. Почти полдня я роюсь в этих коробках.
Школьные тетради, из которых я узнаю, что Грег был двоечником. Фотографии, глядя на которые, мне становится ясно, что его растила мать. Ни на одной из них я не увидела кого-нибудь похожего на отца. Умер он? Или ушел из семьи?
Да какая, в конце концов, разница.
Старые игровые приставки, стеклянные банки, газеты, квитанции…
Ничего такого, что могло бы служить оружием, ничего тяжелого, что помогло бы сбить замок…
Грег не так глуп, как кажется.
Я очень устала и делаю себе из разных тряпок подобие подстилки. Нужно спать, пока его нет, иначе я совсем сойду с ума. Поэтому я стараюсь уснуть. Но перед глазами все время встают страшные картинки и кошмары, сон никак не приходит.
Я уверен, что он вскроет себе вены.
* * *
Я пожимаю руку адвокату и сажусь напротив.
– Добрый день, Изри. Ну как ты, все ничего?
– А сам как думаешь?
– Я… У меня для тебя плохая новость.
Он прочищает горло, а я жду, затаив дыхание.
– Грег вчера вечером звонил… Тама пропала.
Я стискиваю зубы так, что они скрипят.
– Он везде ее ищет, но пока не нашел…
Я ничего не отвечаю. Стараюсь просто держать удар, который получил прямо в солнечное сплетение.
– Мне очень жаль, Изри, – добавляет Тармони.
Мы знакомы давно. Он мой адвокат, почти друг. Поэтому я верю, что ему и правда жаль.
– Я должен выйти отсюда, – шепчу я. – Как можно быстрее.
– Изри, я тебе уже говорил, что я просил судью о досудебном освобождении. Сроки прошли, ответа я не получил, поэтому подал апелляцию. Неопровержимых улик против тебя у них нет, поэтому надежда есть…
Я стучу кулаком по столу, и Тармони подпрыгивает от неожиданности.
– Ерунда! Я должен выйти отсюда прямо сейчас. Сходи к Хамеду.
– Из, если ты сбежишь, за тобой вся полиция будет гоняться…
– Сходи к Хамеду, – повторяю я, не повышая голоса. – Если он нас вытащит, получит пятьсот кусков.
– Он захочет больше, – шепчет Тармони.
– Пятьсот за меня, пятьсот за Маню.
Тармони вздыхает:
– У тебя их нет.
– Найду.
– Лучше бы ты дождался результата апелляции. И окончания судебного дела, – говорит он. – Еще ничего не известно…
– Да?! А я уверен, они дело так сошьют, что я буду гнить тут до конца своих дней.
Адвокат опускает глаза:
– Эта история с Тамой… Ничего не понимаю… Какая-то бессмыслица.
Я встаю и начинаю ходить по крохотному помещению. Мне хочется разнести к черту все стены.
– Несколько дней назад я говорил с ней по телефону, она хотела написать тебе письмо. Когда я ей сказал, что его прочитают полицейские, она умоляла, чтобы я передал тебе его лично…
– Может, хотела сообщить, что уходит от меня?
Эта простая фраза далась мне с трудом.
– Не думаю, Изри, – продолжает Тармони. – Каждый раз, когда я ее видел, мне казалось, что без тебя она совершенно не знает, как жить.
– Ну, значит, нашла нового рулевого. Свяжись с Хамедом. Озвучь ему мое предложение… И передай Грегу, если не найдет Таму, пожалеет…
Два часа спустя мы с Маню встречаемся во дворе. Как только он видит мой взгляд, сразу все понимает.
Он угощает меня сигаретой и садится рядом:
– Рассказывай.
– Тама ушла. Исчезла.
