Неподалеку от них остановился автомобиль с логотипом парка. Вышедший из него мужчина пожал руку Лебрену и улыбнулся незнакомке в форме.
— Представляю тебе бригадира Серван Брайтенбах, — произнес Кристиан. — Она только что получила назначение к нам в казарму. Серван, это Жюльен Мансони, начальник здешнего участка парка.
Покончив с любезностями, Кристиан и Жюльен отошли в сторону, оставив Серван на обочине шоссе. Разумеется, они не хотели разговаривать в присутствии чужой девицы с бледным лицом и яркими синими глазами.
Серван сосредоточилась на задании, решив игнорировать очередное свидетельство недоверия. Она убеждала себя, что рада получить эту работу, уже много дней убеждала. Разумеется, она бы предпочла осесть где-нибудь в другом месте, а не в этой долине, о существовании которой она раньше даже не подозревала. Ощущение потерянности гарантировано! Но она надеялась, что эта работа не только придаст ей уверенности, но и будет увлекательной. Хотя…
Вряд ли в этой богом забытой дыре произойдет что-нибудь интересное!..
Вскоре начальник сел в машину и уехал, не потрудившись попрощаться с Серван. И не пристегнув ремень безопасности. Вернувшись на свой пост, сержант поднес к глазам бинокль. Спустя немного времени он победоносно закричал:
— Ага, вон тот тип не пристегнут! Ну ничего, мы его встретим… Не удивлюсь, если он окажется из Марселя!.. Бригадир, посигнальте ему, чтобы он остановился!
— Слушаюсь, шеф!
Значит, здесь у них двойные стандарты. И это надо знать.
* * *
Венсан приехал немного пораньше.
Деревушка, похоже, уже спала. Жителей в Шоми осталось немного, большинство из них давно уехали в город. Затерянная между Кольмаром и Аллосом, деревня выжила только потому, что некоторые упорно считали ее идеальной мирной гаванью… К таким упрямцам принадлежал Пьер Кристиани; он решил спасти от разрушения ферму, такую старую, что никто не знал, когда она была построена. Ценой нескончаемой каторжной работы, в которой Лапаз имел дружескую слабость принять участие, уик-энды напролет замешивая цемент. Он помог другу сделать из бывшей фермы жилой дом, без прикрас, но весьма и весьма приятный.
У Нади хватало терпения. И хватало мужества. Согласиться жить в развалине, воспитывать в ней двоих детей!.. Да, идеальная жена, подумал Венсан, выходя из своего пикапа. Надя, все бросившая, чтобы похоронить себя в этой долине. Она приехала сюда на несколько недель. Но стоило ей встретить взгляд Пьера, как она бросила городской комфорт, отделение банка в Ницце и занялась, причем очень успешно, совершенно необычным делом — разведением пчел. Переключилась с шуршания банкнот на шелест пчелиных крылышек… Впрочем, любовь иногда может завести в такие дебри…
Дверь открыла Эмелин. Она поцеловала крестного, а потом побежала по коридору, ведущему в просторную столовую.
— Венсан пришел! — кричала она.
Лапаз обожал девчушку, и она отвечала ему взаимностью.
Двенадцать лет, чуточку воображалистая, хорошенькая, но еще по-ребячески наивная. С тех пор как она перешла в коллеж в ближайшем к ним городке Анно, она почувствовала себя взрослой.
Адриан, ее младший брат, посещавший начальную школу в коммуне Кольмара, ей завидовал. Разумеется, он тоже торопился повзрослеть.
В этом возрасте все ужасно спешат состариться. Нажимают на педаль газа, а напрасно. Так и жмут на нее, пока наконец с удивлением не обнаружат, что пора искать педаль тормоза… Бесполезно.
Венсана встретили радостно, впрочем, как всегда, когда он заходил к ним. Здесь он чувствовал себя почти как дома.
Словно в приемной семье. Счастливой, дружной, нормальной, поэтому иногда, когда одиночество угнетало особенно, в нем просыпалось чувство зависти.
Словно ремейк «Маленького домика в прериях»… да нет, глупо, подумал он, удобно усаживаясь на диване…
Почему ему так не повезло?
Хотя он совершенно не мог себе представить, как смог бы жить бок о бок с двумя шустрыми и шумными спиногрызами.
Нет, в конце концов, повезло все же мне…
Вырвал Венсана из его фантазмов экс-будущего отца семейства удивительный дуэт.
Седрик и Батист, двое смотрителей-инструкторов здешнего участка парка, коллеги и друзья Пьера. Наблюдать за ними, когда они вместе, было ужасно забавно, настолько они разные.
Седрик — молодой дипломированный биолог. Говорливый, энергичный, импульсивный, полный утопических надежд.
Батист, старший в группе, исполняющий роль великого мудреца… Этакий неприглаженный медведь, одинокий, скупой на слова. Он, похоже, вообще никогда не посещал школу, однако слыл ходячей энциклопедией.
Команда разношерстная, но эффективная. Сплоченная группа, в которой Венсан, не являясь ее официальным членом, занимал особое место.
Вечер обещал быть приятным, как и каждая их встреча. Разве что чем-то озабоченный хозяин дома казался отсутствующим. И, вопреки обыкновению, много пил, хотя это и не в его привычках. Венсан это быстро заметил, однако воздержался прилюдно спрашивать о причине. Разговор в основном поддерживала Надя, рассказывая о своих пчелах. Ее верные работницы, превращавшие цветочный нектар в сладость, уже начали активно трудиться. Она говорила со своим неподражаемым акцентом, а Венсан наблюдал за ней: несмотря на годы и перенесенные трудности, она все такая же привлекательная. Нельзя сказать, что она красива. Но в ее лице недостатки сплетались с совершенством, создавая поистине колдовское очарование.
Наконец молчание мужа начало волновать Надю.
— Просто немного устал, — ответил ей Пьер. — Ничего серьезного…
— Тебя шеф достал? — предположил Венсан.
— Жюльен? Нет, скажешь тоже…
— Я считаю, что он у тебя невыносимый зануда, — продолжал Лапаз. — Конечно, он профи, это правда, но… Если бы я постоянно работал с ним, уверен, я бы давно набил ему морду!
Молодой Седрик подал голос, явно намереваясь защитить начальника:
— Знаешь, к Жюльену надо найти подход… Согласен, он зануда, но он знает свое дело! Во всяком случае, выбора у нас нет: он — босс.
— К тому же это не из-за него Пьер устает как собака, — доверительно сообщил Батист. — Это любовница его выжимает!
Надя первой засмеялась над этой фразой. Пьер только улыбнулся.
Вымученной улыбкой, какой раньше Венсан у него не видел.
Примерно в час ночи Лапаз добрался до своего авто. Он согнал Галилея, пристроившегося у руля, но зажигание включил не сразу, выстраивая различные догадки, что за таинственный недуг гложет его лучшего друга.
Наконец под звуки своей любимой «Зимы» из «Времен года» Вивальди он взял курс на Анколи.
Глава 2
Серван облегченно вздохнула. Несколько километров по ухабистой дороге основательно вымотали ей нервы; каждую секунду она тряслась от страха, что сейчас острый камень вопьется ей в шину или сломается кардан.
Как только она поставила ногу на землю, Галилей с лаем бросился к ней. Она решила снова забраться в машину, но потом взяла себя в руки.
Не хватало еще бояться собаки, едва достающей ей до колен!
Впрочем, пес остановился в полуметре от нее и усиленно замахал хвостом. Однако собачатина вовсе и не злая! Она погладила пса, и он улегся у ее ног.
— Хорошая собачка… Вот так-то лучше…
Она дернула колокольчик, висевший у входа.
Мог бы и настоящий звонок повесить! Интересно, электричество здесь есть?..
Никто не отозвался, и она подумала, что напрасно проделала этот путь. Впрочем, размеренный стук топора обнадеживал. За домом она увидела Венсана: он колол дрова.
У него что, бензопилы нет? Ну и ну! Мы же не в Средние века живем…
Она кашлянула, обозначая свое присутствие, и он наконец обернулся. Сегодня солнце жарило вовсю, и он работал обнаженным по пояс. И уже успел загореть, в то время как ее бледность смотрелась пугающе.
Отложив в сторону топор, он с любопытством уставился на девушку.
— Добрый день! — произнесла она, выдав самую милую улыбку. — Я ищу месье Лапаза.
