— Сколько будет стоить ремонт?
— Ну… навскидку я бы сказал… Шестьсот евро.
— Шестьсот? — сдавленно пробормотала Серван.
— Ну да… тут работы по горло. Но если хотите заплатить наличными, можем поторговаться…
Пристально глядя на механика, Венсан несколько раз кашлянул.
— Можно убрать НДС, — продолжил Патрик, — и уплотнитель блока сигнализации.
— Мадемуазель у нас новенькая, — поторопился добавить проводник. — А еще она жандарм…
Несколько секунд механик озадаченно смотрел на девушку, а Серван взирала на него со всей возможной строгостью.
— Ну это я так… Просто чтобы оказать вам услугу…
— Я хочу счет! И расплачусь чеком.
— Нет проблем… Никаких проблем! Я и сказал только потому… Ну, просто хотел вам посодействовать…
— О’кей, — согласилась Серван. — Могу я вам позвонить через три дня?
— Понимаете, мне надо раздобыть детали, а это требует времени… Здесь не город! Лучше дней через пять.
Автомеханик отправился к себе в сарай, а Серван к пикапу.
— В любом случае спасибо, — сказала она, обращаясь к Венсану. — За буксировку…
— Ничего… Этот жук наверняка взял бы с вас лишнюю сотню евро!
— Есть здесь автобус на Кольмар?
— Есть маршрутка, которая ходит утром, в полдень и вечером.
— Что ж, тогда придется ждать полудня… Где здесь остановка?
— Внизу. На деревенской площади.
Она чувствовала себя совершенно растерянной, словно на ее хрупкие плечи разом навалились все возможные неприятности. Неожиданно Венсан сжалился над ней:
— Могу я вас куда-нибудь подвезти?
— Мне не хотелось бы злоупотреблять вашим временем. Вы и так оказали мне любезность, и…
— Давайте садитесь!
Испугавшись, как бы он не передумал, она не заставила просить себя дважды.
— Вы сегодня не работаете? — спросил он.
— Выходной…
Он выехал из деревни, но, вместо того чтобы держать курс на Кольмар, свернул на дорогу, ведущую к озеру Аллос.
— Куда мы едем?..
— Вы же хотели посмотреть горы?
— Но… Я не могу! Особенно сейчас, после всей этой истории с машиной…
— Мне очень хочется размять ноги, — с улыбкой ответил он. — Так что вы можете сопровождать меня… Если, конечно, вы не против!
Она с удивлением посмотрела на него:
— Исключено!
— Вам уже расхотелось?
— Да нет, не то чтобы… Но на каком основании я…
— Давайте назовем это бесплатной разминкой!
— К тому же у меня с собой ничего нет. Ни подходящей обуви, ни рюкзака, ни…
— Наверху у меня есть все, что нужно.
Она не стала и дальше возражать ему, но всю дорогу, пока они поднимались к его шале, молчала.
Венсан спрашивал себя, почему он только что сделал такое предложение этой сварливой девице из Эльзаса. Она ведь даже не хорошенькая! Во всяком случае совершенно не в его вкусе. Значит, дело совсем не в этом.
Впрочем, знакомство с жандармом всегда может пригодиться. Поэтому лучше иметь ее в союзниках. Тем более что он не в ладах со старшим аджюданом Вертоли.
— Как вы устроились в казарме? Коллеги не слишком донимают?
Он только что совершенно точно описал ее положение.
— Немного, — призналась она.
— Если я правильно понимаю, они не слишком любезны?
— Нет, не особенно…
От сильного впечатления, произведенного на нее столь нетипичным персонажем, она внезапно утратила дар речи. Ее охватило беспокойство. А если этот тип лелеет какие-то свои задние мысли? Если захочет заставить ее заплатить натурой? Он вез ее в богом забытый угол, куда никто не заглядывает.
Но она жандарм, и он это знал. Эта мысль успокоила ее.
* * *
— Вот мы и приехали…
Венсан припарковал пикап на обочине дороги.
— Вперед не проехать, снегу намело слишком много… Дальше пойдем пешком.
Они отъехали от шале всего на несколько километров, однако воздух здесь был значительно холоднее. Воздушная волна, хлынувшая с горных вершин, кружила ей голову. Серван достала из кузова пикапа свой рюкзак и надела его на плечи.
— Не слишком тяжело? — побеспокоился Венсан.
— Нет, нормально…
Она посмотрела на походные ботинки, выданные проводником, так же как и рюкзак. Настоящие вещи профи… Пока Венсан экипировался, Серван, воспользовавшись паузой, принялась разглядывать окрестности. Они находились непонятно где, на узкой тропе, змеившейся среди лиственничного леса.
— Почему вы не взяли с собой собаку?
— Потому что мы направляемся в ЦЗ…
— Куда?
— В центральную зону. Это самый охраняемый участок парка, с собаками туда вход строго запрещен.
— Даже для вас?
— Даже для меня… Пойдем?
Они пошли по тропе, не сходя в сторону.
— Кстати, а как вас зовут?
— Серван Брайтенбах.
— Брайтен… Серван лучше!.. А я Венсан…
— Знаю… В турбюро мне дали вашу визитку.
— У вас красивое имя — Серван… Во всяком случае, необычное!
Он шел не слишком быстро, и она без труда поспевала за ним. Через несколько сотен метров большой информационный щит известил их, что они вошли в центральную зону. Серван остановилась, чтобы прочитать рекомендации для туристов: охота запрещена, разбивать лагерь запрещено, рвать цветы запрещено, вход с собаками воспрещен, даже на поводке, полет над территорией запрещен…
— Скажите, а что вообще можно делать в этом парке?
— Восхищаться, — ответил он с улыбкой. — И это уже немало!
Они поднимались по крутому склону, под подошвами ботинок скрипела тонкая корка затвердевшего снега.
— А летом сюда можно добраться на машине?
— Да. Впрочем, вам придется часто сюда ездить. В июле — августе здесь необычайно много народу… сотни человек каждый день. А то и тысячи.
— Действительно так много? И почему здесь?
— Вот поднимемся на вершину, и сами все поймете!
На склоне она начала задыхаться, но постаралась этого не показывать. Глубокая лощина слева, скальная гряда справа, заснеженные вершины впереди. Они поднимались все выше и выше, храня благоговейное молчание; к счастью, подъем стал более пологим.
— Как дела? — спросил проводник.
— Великолепно!
Главное, чтобы он не заметил, как ей трудно подниматься. Вопрос самолюбия.
* * *
Пьер Кристиани оставил свою машину рядом с пикапом Венсана и, забрав с пассажирского сиденья рацию, пошел вверх по тропе. Он быстро удостоверился, что его друг отправился в горы не один. Судя по следам, сохранившимся благодаря подтаявшему снегу, его сопровождало двуногое существо, примерно 38-й размер обуви. Конечно, женщина. Печально улыбнувшись, он, погрузившись в собственные мысли, продолжил путь. Сегодня никаких особенных заданий нет. Он завершил подготовку к школьной экскурсии, которую собирался провести завтра с учениками школы из Систерона, так что теперь можно пройтись без особой цели. Обычно он с удовольствием водил детей в походы. Но сегодня он никак не мог настроиться на счастливый лад. Даже красота любимых гор не заглушала его беспокойства.
Несколько бессонных ночей, наполненных тревогами и кошмарами.
Он давно играл в опасные игры. Потому что всегда любил риск. Как Венсан.
Сколько раз он оказывался на волосок от смерти, чувствовал ее дыхание?
С той разницей, что сейчас это уже не игра.
В бинокль он заметил стадо муфлонов, мирно пасущихся на северном склоне Шан-Ришар, неподалеку от двух полуразрушенных овчарен. Зрелище жизнеутверждающее, всегда согревавшее душу.
Здесь, в горах, весь смысл его жизни: защищать хрупкое природное равновесие от губительного людского безумия. Воспитывать, сберегать, изучать. Ему это никогда не надоест. Даже сегодня, когда у него настроение хуже некуда. Добрых десять минут он наблюдал за муфлонами и только потом пошел дальше.
Ему требовалось очистить душу, принять решение.
Сказать или промолчать.
Сказать означает рискнуть потерять все.
Промолчав, он рискует потерять самого себя.
И только горы могли ему помочь, посоветовать, какое решение принять.
