Лавесьер так сильно сжал зубы, что они зловеще заскрипели. Дело становилось интересным. А главное, неприятным.
— Я подумал, что вам лучше об этом знать, — медоточивым голосом добавил Белло.
— Ты правильно поступил… А что еще тебе известно?
— Ничего, месье… Только то, что они оба просматривали эти документы.
— Отлично… Постарайся узнать больше… Спроси Гримальди.
— Я попробую, месье Лавесьер…
— А как там твоя невестка? Она вернулась в мэрию Сент-Андре?
— Да, месье… Не устаю вас благодарить.
— Да полно… так естественно — помогать друзьям.
Мэр повесил трубку и яростно ударил кулаком по столу:
— Черт подери! Сколько еще этот тип будет действовать мне на нервы?!
На пороге кабинета появилась его секретарша Жослин:
— Что с вами, Андре?
Несколько минут мэр рассматривал секретаршу, словно барышник оценивал лошадь. Сегодня она была особенно красива. С темной гривой волос, соблазнительными округлостями и миндалевидными глазами, подведенными черным карандашом, она пробуждала желание. Андре не раз подумывал, не попытать ли удачи с ней. Но в последний момент всегда отказывался. Как с Жослин, так и со всеми остальными. Он и сам толком не мог объяснить почему. Ни из робости, ни из боязни быть отвергнутым, ни даже из желания сохранить верность супруге, с которой он давным-давно мало что делил.
Вероятнее всего, он просто-напросто исходил из справедливого утверждения, что с красивыми женщинами хлопот не оберешься. А он не любил усложнять себе жизнь.
— У вас неприятности? — спросила обеспокоенная секретарша.
— Ничего особенного! — заверил он ее. — Но вызови-ка ты мне Порталя… Пусть придет сегодня к концу рабочего дня…
— Хорошо. Непременно этим займусь.
— Спасибо, Жослин.
* * *
— Остановимся здесь, — объявил Венсан, опуская рюкзак на землю.
Туристы, похоже, очень обрадовались, что наконец настал час привала, и в живописном беспорядке расселись вокруг проводника. Серван устроилась рядом с ним.
— Итак, наша прогулка вам нравится?
— Она просто волшебна, — произнесла девушка с искренним волнением в голосе. — Мне кажется, я постепенно влюбляюсь…
— В меня? — спросил он, широко улыбаясь.
— Да нет же! Во все это…
Она описала рукой круг, стремясь охватить окрестный ландшафт.
— Я очень рад…
Поджав ноги, она обхватила руками колени и, казалось, погрузилась в размышления. Венсан же приступил к трапезе.
— А вы почему не едите? — удивленно спросил он.
— Да как-то не хочется…
— Надо есть… Потому что, когда мы начнем спускаться, я не понесу вас на себе!
Она безропотно открыла рюкзак и вытащила фляжку, чтобы утолить жажду.
Группа остановилась на берегу озера Гарре, сверкавшего, словно сапфир, в центре каменного ларца. Ларца в форме кубка, наполненного водой кристальной чистоты.
Здесь, на высоте, деревья сдавались и прекращали бороться за выживание. И только несколько видов цветов оживляли усеянные валунами альпийские луга своими яркими красками. Пронзительно-синяя горечавка Коха, альпийская астра с желтой серединкой и нежными сиреневыми лепестками. Маленькие гвоздички, соперничавшие розовым цветом с бледно-розовым очитком Эверса. Взрыв красок в краю скал, отличная уловка для привлечения любителей пыльцы. Чтобы до конца лета обеспечить себе замену. Здесь все совершалось в ускоренном темпе. Сразу после таяния снега и непосредственно перед выпадением снега.
Вечное возвращение.
— Как вы посмотрите на то, чтобы встретить восход солнца на высоте трех тысяч метров? — внезапно предложил Венсан.
Устремленные на него глаза Серван засияли, словно у девчонки.
— Там, на вершине Пела, — добавил проводник, указывая пальцем на гору.
— Это было бы чудесно…
— Я вас отведу.
— Я готова!
И она, не отрывая взгляда от озера, впилась всеми зубами в сэндвич.
Синева, утопающая в синеве, подумал Венсан.
Он изучал ее тонкий профиль и находил его очень привлекательным.
Все более привлекательным, с каждым днем.
В горах она расцветала подобно высокогорному цветку. Вода, отражавшаяся в ее глазах, казалась волшебной. Ее волосы, такие светлые, вбирали и отдавали свет, ее кожа нетронутой белизны… Она не из тех, кого с первого взгляда называют красавицами. Надо подолгу рассматривать каждый участок ее лица. Каждый изгиб ее тела. Слушать ее хрипловатый голос и звонкий смех.
Нет, не надо этого делать.
Венсан отвернулся и тоже погрузил взгляд в холодные воды озера. Чтобы погасить в нем огонь.
* * *
Порталь припарковал свой «рейнджровер» перед громадным шале Лавесьеров. Его громко приветствовали две охотничьи собаки, проживавшие в доме.
— Довольно! На место! — угрожающе прикрикнул он на собак, сопроводив команду не менее грозным жестом.
Два спаниеля, поджав хвосты, потрусили к будке. Ему открыла Сюзанна Лавесьер. Супруга, преданная, молчаливая. Суровая.
— Здравствуйте, — почтительно произнес Порталь.
Эта женщина всегда производила на него гнетущее впечатление.
— Я пришел к месье Андре… Он просил меня прийти.
— Он вас ждет, — без улыбки подтвердила она.
Они прошли через просторную гостиную и вышли на террасу. Мэр сидел в кресле для отдыха и читал газету. Увидев неуклюжего колосса, загородившего солнце, он отечески ему улыбнулся:
— А, Порталь! Садись же…
Никто никогда не называл Порталя по имени, словно его у него и не было.
Гигант устроился метрах в десяти от хозяина дома.
— Да иди же сюда, поближе, дурачок ты мой!
Порталь взял стул и поставил его напротив кресла.
— Хочешь чего-нибудь выпить? Пастис?
— Ну да, пастис!
— Сюзи! — прокричал хозяин.
Через несколько секунд жена появилась в проеме двери.
— Будь так любезна, принеси нашему гостю холодный пастис…
Когда пастис был принесен, Порталь приготовился внимательно слушать мэра.
Своего патрона, своего гуру, своего хозяина…
— Ты кому-нибудь говорил о продаже участков? — начал мэр.
— Участков? Нет, я ничего не говорил, месье Андре. Совсем ничего…
— Ты уверен, что никому не говорил? Лучше скажи мне, иначе…
— Нет, никому. Уверен.
— Хорошо… Мне бы хотелось, чтобы ты последил за Лапазом, — доверительным тоном произнес Андре.
— Лапазом? Я видел его сегодня утром… У него клиенты в Аллосе. И он сидел в баре с этой птичкой из жандармерии… Вместе с Эсташи.
— Да плевать мне на Эсташи! Меня интересует этот поганый проводник… Говоришь, он разговаривал с девицей из жандармерии?
— Да, с новенькой… Мне кажется, они вместе отправились на экскурсию.
— Черт! Только этого не хватало…
— Так что я должен делать? — непонимающе спросил Порталь.
— Ты не должен выпускать из виду Лапаза. Я хочу знать, что он делает, когда у него нет туристов.
— Зачем?
— Делай, что говорят, и не задавай вопросов.
— Согласен… Когда начинать?
— Прямо сейчас, дубина! И постарайся, чтобы он тебя не заметил…
— Хорошо… А за девушкой тоже следить?
Мэр недобро взглянул на него.
— Я просто так сказал, на всякий случай, — уточнил Порталь.
— Во всяком случае, если я не ошибаюсь, то, приглядывая за проводником, ты проследишь и за девицей…
Мэр встал, Порталь последовал его примеру, торопясь прикончить свой пастис, прежде чем его проводят к выходу. Лавесьер вытащил из кармана купюру в двадцать евро:
— Держи, купишь какую-нибудь ерунду своему малышу.
— Спасибо, месье Андре…
— А теперь проваливай. Как только узнаешь что-то интересное, позвонишь мне. И главное, чтобы тебя не заметили! Понял?
Порталь кивнул и через сад пошел к своей машине. Молодой пес с ворчанием бросился к нему, но получил сильнейший пинок в бок. Издав пронзительный визг, он пополз в будку.
Глава 16
Уперев руки в бедра и откинув назад голову, Серван перевела дух. Три четверти часа непрерывной ходьбы, однако она делает успехи. Гордясь своими достижениями, она медленно направилась к жандармерии, постепенно обретая привычный ритм дыхания. После целого дня, проведенного на приеме, дня, заполненного скукой и бумагами, какое удовольствие наконец размять ноги!
