Совершенно неожиданно Джеку пришлось многословно объяснять, кто он, собственно, такой, так как женщина не знала даже значения архаичного слова «коронер».
— Я хотел бы задать вам несколько вопросов, — сказал Джек, когда миссис Нодельман наконец уяснила себе, какую должность занимает некий мистер Степлтон.
— Это случилось так неожиданно. — Собеседница на другом конце провода расплакалась. — Д-да, у него был диабет, ну и что, он не должен был от него умереть.
— Я очень сожалею о вашей потере, — попытался успокоить ее Джек, — но скажите мне, ваш покойный муж не ездил куда-нибудь в последнее время?
— Чуть больше недели назад он ездил в Нью-Джерси. Джек услышал, как миссис Нодельман высморкалась.
— Я имею в виду более далекое путешествие — например, на юго-запад или в Индию.
— Он практически никогда не выезжал дальше Манхэттена.
— Не приезжали ли к вам гости из экзотических стран? — спросил Джек.
— Приезжала тетя Дональда, это было в декабре, — ответила миссис Нодельман.
— А откуда она приехала?
— Из Куинса.
— Куинс — это не совсем то, что я имею в виду. А как насчет контактов с дикими животными, например, с кроликами?
— Нет, — ответила женщина. — Дональд ненавидел кроликов.
— А домашние животные?
— У нас есть кошка, — ответила миссис Нодельман.
— Она не больна? Не приносила домой никаких паразитов?
— Нет, кошка здорова и никого не приносила, она у нас домашняя и не выходит на улицу.
— Что вы можете сказать о крысах? — продолжал спрашивать Джек. — У вас в доме или около него есть крысы? Может быть, вы видели недавно мертвых крыс?
— У нас нет никаких крыс, — возмущенно ответила миссис Нодельман. — Мы живем в хорошей чистой квартире.
Джек хотел продолжить, но вопросы больше не шли на ум.
— Миссис Нодельман, вы были очень любезны. Я задавал вам вопросы по одной-единственной причине — мы имеем все основания полагать, что ваш муж умер от тяжелого инфекционного заболевания. Думаем, что он умер от чумы.
На другом конце провода воцарилась тишина.
— Вы имеете в виду бубонную чуму, как когда-то в Европе? — спросила миссис Нодельман.
— Приблизительно так, — сказал Джек. — Чума существует в двух клинических формах — бубонной и легочной. Похоже, ваш муж умер от легочной формы — она, кстати, и более заразна. Я советую вам обратиться к вашему врачу и сообщить ему о возможном контакте. Я убежден, что он с целью профилактики назначит вам антибиотики. Я также рекомендую отнести кошку ветеринару — пусть посмотрит.
— Это серьезно? — спросила миссис Нодельман.
— Очень серьезно, — ответил Джек. Он дал женщине свой номер телефона и попросил звонить, если у нее позже возникнут какие-нибудь вопросы. Еще он попросил миссис Нодельман связаться с ним, если ветеринар заподозрит у кошки какое-нибудь заболевание.
Повесив трубку, Джек повернулся к Чету.
— Мрак тайны сгущается, — проговорил он и весело добавил: — Кажется, скоро у «Америкэр» испортится пищеварение.
— У тебя опять на лице появилось пугающее выражение.
Джек засмеялся, встал и направился к выходу.
— Куда ты теперь пошел? — нервно спросил Чет.
— Рассказать Лори Монтгомери, что происходит, — ответил Джек. — Как-никак сегодня она наш непосредственный начальник. Она должна обязательно быть поставлена в известность о происходящем.
Через несколько минут он вернулся.
— Ну и что она сказала? — поинтересовался Чет.
— Так же ошарашена, как и мы, — ответил Джек. Прежде чем сесть, он схватил со стола телефонный справочник и начал листать страницы отдела городских абонентов.
— Она ничего не просила тебя сделать?
— Нет, — ответил Джек. — Просила потолочь воду в ступе, пока мы не известим Бингхэма. Она попыталась сама дозвониться до нашего славного шефа, но тот оказался недоступен — заперся с мэром всерьез и надолго.
Джек поднял телефонную трубку и набрал номер.
— Господи, кому ты звонишь теперь?
— Члену комиссии по здравоохранению Патриции Маркхэм, — ответил Джек. — Я не собираюсь ждать.
— Ты что, свихнулся? — крикнул Чет, вытаращив глаза. — Пусть это сделает Бингхэм. Ты звонишь его начальству через его голову!
Джек не ответил. Он в это время представлялся секретарю члена комиссии. Когда та попросила его подождать, Джек прикрыл трубку рукой и прошептал Чету:
— Удивительное дело — она на месте!
— Гарантирую — Бингхэму не понравится твоя самодеятельность, — прошептал в ответ Чет.
Жестом руки Степлтон велел Макговерну замолчать.
— Хэлло, уважаемая член комиссии, — начал Джек. — Как дела? Это говорит Джек Степлтон из Управления судмедэкспертизы.
Чет явно был в ужасе от фамильярного тона Джека.
— Мне жаль портить вам день, — продолжал Джек, — но я чувствую, что просто обязан был позвонить. Доктора Бингхэма и доктора Вашингтона сейчас нет на месте, но сложилась такая ситуация, о которой вам просто необходимо знать немедленно. Мы только что выставили предварительный диагноз чумы больному, умершему в Центральном манхэттенском госпитале.
— Боже милостивый! — Восклицание доктора Маркхэм услышал даже Чет. — Ужасно, но я надеюсь, это единичный случай.
— Похоже на то, — заявил Джек.
— Понятно, я сейчас поставлю в известность Городское управление здравоохранения, — пообещала доктор Маркхэм. — А уж они передадут информацию дальше. Спасибо за предупреждение. Скажите, пожалуйста, еще раз вашу фамилию.
— Степлтон, — ответил Джек. — Джек Степлтон.
Светясь самодовольной улыбкой, он повесил трубку.
— Можешь распродавать акции «Америкэр», — посоветовал он Чету. — Член комиссии обеспокоилась всерьез.
— По-моему, тебе пора начать рассылать свои резюме, — мрачно пошутил Чет. — Бингхэм будет кипятком писать.
Джек между тем, насвистывая, листал папку Нодельмана. Найдя вновь опросный лист, он выписал из него телефон лечащего врача покойного — доктора Карла Уэйнрайта. Затем Степлтон встал и надел свою пилотскую куртку.
— Ага, — только и сказал Чет. — Что теперь?
— Поеду-ка я в Манхэттенский госпиталь, — ответил Джек. — Хочу совершить выезд в лечебное учреждение. Это слишком важный случай, чтобы отдать его на съедение генералу.
Повернувшись на стуле, Чет с интересом разглядывал Джека. Тот уже направился к двери.
— Ты же знаешь, что Бингхэм не поощряет выезды судмедэкспертов в лечебные учреждения, — предостерегающе произнес Чет. — Ты превратишь выпад в оскорбление.
— Я просто воспользуюсь случаем. На курсах в резидентуре меня учили именно этому.
— Бингхэм считает, что это работа помощников врача, и не устает это повторять.
— Случай слишком интересен, чтобы его пропустить, — отозвался Джек уже из холла. — Держись, я скоро вернусь.
Глава 5
СРЕДА, 14 ЧАСОВ 50 МИНУТ, 20 МАРТА 1996 ГОДА
Не обращая внимания на сгущавшиеся тучи и начавший накрапывать дождь, Джек мчался на велосипеде к Центральному манхэттенскому госпиталю. Быстрая езда была замечательной наградой за долгое стояние в скафандре у секционного стола.
У входа в госпиталь Джек надежно закрепил велосипед у стойки дорожного знака, уложив шлем и куртку в проволочную сетку и пристегнув ее к седлу.
Прежде чем войти, Джек оглядел величественный фасад здания. В недавнем прошлом это был респектабельный госпиталь, настоящая старая университетская клиника. Но былая слава канула в Лету. В начале девяностых годов правительство своей недальновидной политикой загнало общественное здравоохранение в финансовый тупик, чем немедленно воспользовалась «Америкэр» и прибрала госпиталь к рукам. Джек сознавал, что чувство мести не украшает, но испытывал немалое злорадство от того, что сейчас подложит изрядную свинью ненавистной страховой компании.
Войдя в госпиталь, Степлтон направился к справочному столу узнать, где можно найти доктора Карла Уэйнрайта. Оказалось, что кабинет этого терапевта «Америкэр» находится в недавно пристроенном к старому зданию поликлиническом корпусе.
