– Не сердитесь, – извинилась она. – Я думала, вы позвоните, прежде чем приехать ко мне.
Лу моргнул, словно очнулся от сна, и, поборов короткий приступ кашля, произнес:
– Я звонил. Попал на автоответчик. Ну и оставил сообщение, что уже еду.
Лори, отпирая дверь в свою секцию, глянула на часы. Обернулась она за час с небольшим, как и рассчитывала.
– Я думал, вы на работе всего на полчаса задержитесь, – сказал Лу.
– Я была на работе, – сообщила Лори, вызывая лифт. – Проехалась в похоронное бюро «Сполетто».
Лу осуждающе сдвинул брови.
– Только не надо сыпать мне соль на рану, – попросила Лори, когда они входили в кабину лифта.
– Ну и что вы обнаружили? Почившего в бозе Франкони? – насмешливо поинтересовался Лу.
– Будете продолжать в том же духе, я вам ни слова не скажу, – обиделась Лори.
– Ладно, виноват, извините.
– Ничего я не обнаружила. Тело, на которое я пришла посмотреть, уже убрали. Семья попросила прекратить прощание в шесть часов.
Кабина остановилась, лифт открылся. Пока Лори возилась с ключами и замками, Лу сделал книксен, приветствуя Дебру Энглер, чья дверь, как обычно, была открыта на длину цепочки.
– Зато директор вел себя несколько подозрительно, – сказала Лори. – Во всяком случае, так мне показалось.
– С чего? – спросил Лу, переступая порог квартиры Лори. Из спальни стремглав вылетел Том и, мурлыча, стал тереться о ноги хозяйки.
Лори, бросив портфель на сферический, похожий на половинку луны, приставной столик в прихожей, нагнулась и принялась почесывать кота за ушами.
– Очень он потел, пока я с ним разговаривала, – пояснила она Лу.
Тот даже застыл, так и не успев снять пальто, и спросил:
– И все? Потел, говорите, человек?
– Да, всего-навсего потел, – ответила Лори. Она знала, о чем думает Лу: это было написано на его лице.
– Потеть он стал после того, как вы задали ему каверзные, обличающие вопросы про тело Франкони? – выяснял Лу. – Или он потом покрылся до того, как начал беседу с вами?
– До того, – признала Лори.
Полицейский закатил глаза, восклицая:
– Ого! Еще один Шерлок Холмс во плоти. Наверное, вам следовало бы пойти работать на мое место. Нет у меня вашей силы интуиции и дедуктивного мышления!
– Вы же обещали не сыпать мне соль на рану.
– Я такого не обещал.
– Ладно, зряшная была поездка, – махнула рукой Лори. – Надо чего-нибудь поесть. Я с голоду умираю.
Лу, переложив бутылку вина из руки в руку, вылез из рукавов своей шинели. Снимая ее, неловко задел портфель Лори и сшиб его на пол. От удара тот раскрылся, все содержимое вывалилось. Грохот перепугал кота, и он умчался обратно в спальню, что есть сил скользя лапами по покрытому лаком паркету.
– Вот недотепа, – смешался Лу, – извините! – Он нагнулся, собирая бумаги, ручки, образцы для микроскопа и прочие принадлежности, и при этом наткнулся на Лори.
– Вы бы уж лучше сели, – смеясь, предложила хозяйка.
– Нет, я настаиваю, – упрямился Лу.
Когда большая часть разбросанного снова оказалась в портфеле, Лу поднял кассету с видеозаписью:
– Это что, любимый боевик в рентгеновских лучах?
– Навряд ли.
Лу повернул кассету и прочел надпись.
– «Стрельба в Франкони»? – переспросил он. – Си-эн-эн ни с того ни с сего вам ее прислала?
– Да нет. – Лори выпрямилась. – Я ее запросила. Собиралась использовать пленку, чтобы подтвердить то, что обнаружу при вскрытии. Думала написать интересную статью и показать, насколько надежной способна быть судебная медицина.
– Можно мне посмотреть? – попросил Лу.
– Конечно, можно, – сказала Лори. – А вы ее что, по телевизору не видели?
– Как же, смотрел вместе со всем остальным населением, – усмехнулся полицейский. – Но все равно интересно посмотреть эту запись.
– Мне странно, что у вас в полицейском управлении нет копии, – удивилась Лори.
– Ну может, она у нас и есть, – вздохнул Лу, – только я ее не видел.
* * *
– Мужик, у тебя нынче полная непруха, – поддел Джека Уоррен. – Видимо, ты сильно стареешь.
Джек, заявившись на площадку поздно и дожидаясь очереди вступить в игру, решил, что обязательно выиграет, с кем бы ему ни довелось играть в одной команде. Увы, не повезло. На самом деле он проиграл все игры, в каких участвовал, и все из-за того, что Уоррен со Спитом попали в одну команду и оба не знали промаха. Их команда выиграла все встречи, в том числе и последнюю, где игра шла очко в очко и все решилось изумительным по легкости сольным проходом Спита, буквально положившим победный мяч в корзину.
Когда Джек шел с площадки, ноги у него были будто ватные. Наигрался до изнеможения, пот катил градом. Вытащив полотенце, которое, как пробка, торчало в одной из ячеек сетки ограждения, он отер лицо. Сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди.
– Мужик, давай сюда! – поддразнивал его Уоррен, артистично работая на краю площадки с баскетбольным мячом, гоняя его вокруг себя и между ног. – Еще разок. На этот раз дадим тебе выиграть.
– Ну да, как же! – откликнулся Джек. – Ты же никому тут ни в жизнь не дашь выиграть. – Джек постарался выстроить фразу на языке, понятном в этих местах. – Я – пас.
Уоррен подошел вразвалочку, уцепился пальцем за проволоку ограды и привалился к ней.
– Что там с твоей коротышкой? – спросил он. – Натали меня к стенке вопросами припирает с тех пор, как мы вас видеть перестали. Понимаешь, про что я?
Джек взглянул на красивое, скульптурной лепки лицо Уоррена. И почувствовал, как горечь поражения мешается с обидой: афроамериканец даже не вспотел да и дышал не особенно тяжело. А ведь, что гораздо хуже, он играл еще до того, как заявился Джек. И на тебе: единственное свидетельство усилий – пропотевший треугольник спереди на футболке.
– Успокой Натали: у Лори все прекрасно, – сказал Джек. – Просто мы с ней некоторое время отдыхали друг друга. По моей вине в основном. Мне вдруг захотелось сбить волну.
– Слушаю тебя, слушаю, – тихо выговорил Уоррен.
– Я был у нее вчера вечером, – добавил Джек. – Дела вроде налаживаются. Она спрашивала меня про тебя с Натали, так что не ты один.
Уоррен кивнул и спросил:
– Ты вправду вымотался или хочешь еще разок сыграть?
– Я – в лоскуты, – признался Джек.
– Крепись, мужик, – подбодрил его Уоррен и, оттолкнувшись от сетки, крикнул игрокам: – Эй, подхватили задницы и – бегом!
Джек расстроенно повел головой, глядя, как Уоррен легким шагом направился к площадке. Он завидовал выносливости приятеля: Уоррен и в самом деле не знал устали.
Натянув свитер, Джек направился домой. Он ни одной игры не выиграл, и когда играл, то неудача за неудачей, казалось, сокрушали, теперь же они как бы и значения не имели. Физическая нагрузка прочистила мозги: за полтора часа на площадке он ни разу не вспомнил о работе.
Впрочем, Джек еще и Сто шестую улицу не прошел, как вновь его затерзала мучительная тайна утопленника. Взбираясь к себе по захламленной лестнице, он никак не мог отделаться от мысли, а не ошибся ли все же Тед с анализом ДНК. Сам Джек был уверен: убитый перенес пересадку. Он уже прошел площадку четвертого этажа, когда услышал заливистую трель своего телефона. Звонили именно ему, потому что у Денизы, матери-одиночки с двумя детьми, что жила на одном с ним этаже, телефона вообще не было.
С усилием заставив уставшие мышцы поднапрячься, Джек одолел последний пролет. Неловко повозился с ключами, отпирая дверь, и, войдя, услышал голос своего автоответчика, который отказывался принимать за собственный. Добравшись до телефона, схватил трубку и оборвал самого себя на половине фразы.
– Алло, – выговорил он, тяжело дыша. После полутора часов беспрерывных и изматывающих упражнений с мячом на баскетбольной площадке бросок на последнем лестничном пролете сразил его окончательно.
– Только не говори, что ты только-только с баскетбола вернулся, – услышал он голос Лори. – Уже девять часов. Сильно выбиваешься из расписания.
