Судя по всему, она вообще не слышала вопроса, заданного ей инспектором. Линли засомневался, поняла ли она, что этот вопрос подразумевал не только ее причастность к убийству Николь Мейден, но также и состояние ее отношений с Вай Невин.
— Мисс Платт, отправление вами писем с угрозами делает вас одной из подозреваемых в данном убийстве. Вы ведь понимаете это, надеюсь? Поэтому вам необходимо найти свидетеля, видевшего, где вы находились во вторник с десяти вечера до полуночи.
— Но Вай же знает, что я никогда…
Шелли помрачнела. Что-то, видимо, дошло до ее сумрачного сознания, точно крот прорылся в темноте к корням розового куста. На лице девицы отразилась сосредоточенная работа мысли: раз полицейские притащились к ней в квартиру, пугая подозрениями по поводу смерти Никки Мейден, то направить их к ней мог только один человек.
— Это Вай послала вас ко мне? Вай… послала… вас… ко мне. Вай думает, что это я пришила Никки. Черт! Вот сучка! Поганая маленькая дрянь. Готова сделать что угодно, лишь бы вернуть меня!
— Вернуть для чего? — спросил Нката.
Юнец с гитарой плотоядно поглядывал на него с фотографий, высунув язык, проколотый в нескольких местах металлическими гвоздиками. Серебряная цепочка, свисавшая с одного из этих гвоздиков, наискось проходила по его щеке к кольцу в ухе.
— Так зачем она хочет вернуть вас? — терпеливо повторил Нката с заинтересованным видом, держа наготове карандаш.
— Для защиты от трахтоголового Рива, вот для чего, — заявила Шелли.
— Вы имеете в виду директора финансовой фирмы «МКР»? — уточнил Нката. — Мартина Рива?
— Его, растреклятого.
Шелли продефилировала к матрасу с кофейной кружкой в руке, не обращая внимания на то, что горячий напиток выплескивается на пол. Присев на кровать, она выловила очередную трюфелину и бросила ее в кофе. Вторую конфету сунула в рот и начала с сосредоточенным видом жевать, причмокивая. До нее, похоже, дошло наконец, в какой неприятной ситуации она оказалась.
— Ладно, допустим, я рассказала ему обо всем, — заявила она. — И что с того? Он имел право знать, как они облапошили его. Может, подлый янки и не заслужил хорошего отношения, но ведь они надрали его так же, как меня. И могли же еще зарваться и начать надирать любого встречного-поперечного, а значит, он имел право знать. Потому что уж если так использовать других людей, то надо, твою мать, и платить за это. Так или иначе, они должны были платить. Как клиенты, я хочу сказать.
Нката выглядел как человек, который слушает речь на греческом языке и пытается перевести ее на латинский. Линли тоже мало что понял из сказанного Шелли.
— Мисс Платт, о чем вы толкуете?
— Ну ясно же, о трахтоголовом Риве. Вай и Никки выдоили его как корову, а когда их карманы оттопырились… — очевидно, она не относилась к людям, соблюдавшим единство стиля метафорических выражений, — то они кинули его. Сразу смотали удочки, как только убедились, что у них появилась своя клиентура. Они заставили этого трахнутого милашку раскошелиться, а потом взяли все дельце в свои руки. Вот какие умницы наши Никки и Вай, а я считаю, что так нечестно. Так я и ему и заявила.
— Значит, Вай Невин работала на Мартина Рива? — спросил Линли Шелли.
— А как же. Обе они на него пахали. Там и познакомились.
— А вы тоже пахали на него?
Она фыркнула.
— Нет, тут мне не обломилось. Вообще-то я закидывала удочку, если уж говорить начистоту. Сразу после того, как пристроилась к Вай. Но Трахтоголовый заявил, что я не того типа. Ему требовались, видите ли, утонченные манеры. Он подыскивал девушек, которые умеют поддержать беседу, знают, какая вилка сочетается с ножом для рыбы, умудряются не клевать носом в опере и приходят на вечеринки с коктейлями под ручку с каким-нибудь жирным уродом, которому приспичило показать, что он трахает по ночам красоток и…
— По-моему, я ухватил суть, — вмешался Линли. — Но позвольте мне уточнить кое-что, чтобы не возникло недоразумений: «МКР» является фирмой, предоставляющей эскортные услуги?
— Работая под прикрытием вывески «Управление финансами», — добавил Нката.
— Об этом вы нам пытались сказать? — спросил Линли Шелли. — Судя по вашим словам, Николь и Вай работали в «МКР» в качестве платных спутниц, пока не откололись, организовав свой собственный бизнес. Мы правильно вас поняли, мисс Платт?
— В самую точку, — подтвердила она. — В самую сердцевину. Он нанимает девушек, наш Мартин, и присматривается к ним, пока они практикуются в его хреновом денежном бизнесе, которого вовсе не существует. Он заваливает их кучей учебников, якобы необходимых для освоения этого «бизнеса», а уже через неделю просит оказать ему «услугу» — провести в городе деловую встречу с одним важным толстосумом и угостить его ужином. Обещает поднять зарплату, если они всего разок окажут ему такую любезность. За первым разком следует второй, третий. А к тому времени девицы уже соображают, каковы реальные делишки «МКР». Они обнаруживают, что, копаясь в ученых бумагах, подсунутых им для начала Трахтоголовым, ни в жисть не смогут заработать таких бабок, как на свиданиях с торгующим компьютерами корейцем, арабским нефтепромышленником, американским политиканом или… да с кем угодно. А еще они соображают, что смогут заработать гораздо больше, если позволят своим спутникам чуть больше, чем просто свою компанию на вечер. Вот тогда-то американский Штырь и открывает им, каков на самом деле его бизнес. И уж поверьте, он круто распоряжается денежками любых клиентов, желающих раскрыть перед ним свои кошельки.
— Как вы узнали об этом? — спросил Линли.
— Как-то раз Вай привела Никки домой. И я подслушала их разговор. Штырь заловил к себе Вай в другом месте, и они рассказывали друг другу, как оказались в этой фирме.
— Вай тоже работала там?
— Ну да, я же сказала, только ее он заловил по-другому. Она была единственной, кого он взял с улицы. Остальные были студентками. Практикантками из всяких институтов, заинтересованными в частичной занятости. Но Вай зарабатывала проституцией, выставляя свои открытки в телефонных будках…
— А вы сидели на телефоне?
— Да. Верняк. Трахтоголовому Штырю приглянулась ее мордашка — наверное, ему для коллекции не хватало девушки, умеющей разыгрывать из себя десятилетнюю скромницу, — и он позвонил ей. Я записала его на прием, как обычно, но когда он пришел, то захотел побеседовать о «выгодной сделке». — Она сделала глоток кофе, изучающе поглядывая на Линли поверх чашки. — Вот так Вай и начала пахать в его конторе.
— И перестала нуждаться в ваших услугах, — уточнил Линли.
— Поначалу я продолжала жить при ней. Готовила, стирала, прибиралась в квартире. Но потом ей взбрендило объединиться с Никки, снять вместе квартиру и заняться общим дельцем, и вот тогда я вылетела. Мгновенно. — Она прищелкнула пальцами. — Сегодня я еще стирала ее грязное белье, а назавтра надобность во мне отпала, и я опять отправилась стрелять по десять фунтов, обслуживая типов, которым не терпится перепихнуться по пути из центра на свои задворки.
— И вот тогда вы решили сообщить Мартину Риву об их делишках, — вставил Линли. — У вас появился веский мотив для мести.
— Я никого и пальцем не тронула! — крикнула Шелли. — Если хотите найти того, кто способен на подобное, ну, типа убить, то копайте под Трахтоголового, а вовсе не под меня.
— Однако Вай не стала указывать на него пальцем, — сказал Линли. — А могла бы, если бы заподозрила его в чем-то. Как вы это объясняете? Она вообще отрицает, что знакома с ним.
— Ну конечно, а что же ей еще остается? Если бы Штырь узнал, что она наябедничала копам о том… ну, о его эскортных услугах, вдобавок к тому, что уже кинула его, поимев на его поле обширную собственную клиентуру… — Шелли вздохнула и чиркнула по шее большим пальцем, словно бритвой. — Естессно она ничего не сказала, иначе не прожила бы и десяти минут после того, как он узнал бы об этом. Штырь не любит, когда его подставляют, и он позаботился бы о том, чтобы она заплатила за подставу.
Внезапно Шелли поняла, что и сама только что подставила его, и представила возможные последствия. Она испуганно глянула на дверь, словно ожидая, что Мартин Рив сейчас ворвется сюда, готовый отомстить ей за невольный донос.
— Если дело обстоит именно так, — сказал Линли, — и если Рив действительно ответствен за смерть Николь Мейден, что весьма вероятно, учитывая ваши слова о том, как расплачиваются люди, дважды подставившие его…
— Я ничего подобного не говорила!
— Понятно. Вы не сказали этого прямо. Я лишь сделал соответствующие умозаключения.
Линли помедлил, ожидая, пока до нее дойдет смысл его слов. Шелли моргнула. Он принял это за подтверждение и продолжил:
— Если мы сделаем вывод, что Рив виноват в смерти Николь Мейден, то остается непонятным, почему он так долго тянул с убийством. Она ушла от него в апреле. А сейчас сентябрь. Как вы можете объяснить то, что он пять месяцев откладывал свою месть?
