– О'кей, – сказал Джой. – Но сперва надо выбраться отсюда без лишнего шума. Я заметил, как эта горилла нарядилась доктором и направилась в вашу палату. И его никто не заметил. Я сообразил, что он не собирается вас осматривать. А теперь слушайте. У главного входа стоит машина моего менеджера. Садитесь в каталку. Сколько можно проедем с ней, а там делаем ноги. У него красная машина... "оулдс", "крайслер" или что-то в этом роде Вы запомните?
Дэвид кивнул:
– Я найду ее, Джой, не беспокойся. Ради всех святых скорее убираемся.
Розетти усадил его в кресло-каталку и с самым беззаботным видом покатил по травматологическому отделению в сторону приемного. Когда перед ним раздвинулась парадная дверь, позади раздался женский голос: – Эй вы, двое... вы куда?
Дэвид выскочил из каталки и, опираясь на руку Джоя, заковылял к "крайслеру", стоявшему неподалеку.
– Порядок! – задыхаясь, проговорил Джой, когда они плюхнулись на заднее сиденье.
Руди Фишер удовлетворенно кивнул и, осторожно объехав две припаркованные полицейские машины, по полукруглой подъездной эстакаде выехал на дорогу, ведущую в северную часть Бостона.
* * *
Джанет Поулос стояла в приемном отделении, не зная, как ей быть, и провожала их глазами. Она ничего не сказала Георгине о неудачной попытке взять инициативу в свои руки и теперь находилась перед дилеммой: стоят или не стоит проверить, что там с Винсентом и требуется ли ему помощь. Поскольку она являлась единственным лицом, которое он мог опознать в случае ареста, решение не представлялось трудным.
Она остановилась у каталки, взяла несколько ампул панкурона и опустила их в карман. Это средство помогает тем, у кого не в порядке верхние дыхательные пути, но оно не предназначается для здоровых людей. Наступило время, когда препарат должен помочь ей, если на то представится возможность. Ну а если такого шанса не будет, она найдет путь помочь ему бежать. Возможно, ей удастся восстановить свой пошатнувшийся авторитет в глазах Георгины.
Джанет обругала фортуну за то, что та повернулась к ней спиной, и Дэвида Шелтона за то, что он доставляет ей столько хлопот. Затем медленно двинулась через холл к палате № 12, надеясь найти там Леонарда Винсента мертвым.
– Ох! Что это за средство? – поморщился Дэвид, когда Терри Розетти занялась соскабливанием грязи, въевшейся глубоко в его руку.
– Им я пользуюсь при чистке окон, – ответила она. – Лежите спокойно и дайте мне докончить.
Квартира Розетти была старой, но просторной и заново отделанной. Терри со вкусом обставила ее комплектом семейной мебели, которую с восторгом приобрел бы любой из шикарных антикварных магазинов на Ньюберри-стрит.
Дэвид растянулся на широкой дубовой кровати, предназначавшейся для гостей, наслаждаясь ароматом свежего белья и думая, что ему уже никогда не будет так хорошо и уютно. Он ослаб, слегка кружилась голова и болело сразу в нескольких местах. Вместе с тем он ощущал, что способность к концентрации восстанавливается по мере того, как туман в голове, вызванный переохлаждением, рассеивается. Он мысленно поблагодарил Джоя за то, что он убедил его отказаться от поисков Кристины и принять сначала горячий душ.
Терри Розетти, полногрудая, пышущая здоровьем красотка, быстро обвязала руку Дэвида марлей.
– Обслуживание высший класс, – сказал Дэвид. – Вы действительно умеете все.
Улыбка Терри озарила комнату.
– Скажите это своему другу. Мне кажется, он воспринимает меня как нечто само собой разумеющееся. Вам известно, что в самый ответственный момент он бросил заниматься любовью, чтобы ответить на ваш звонок?
– Неудивительно, потому что телефон звонил бесконечно, – сказал Дэвид.
– Я уже хотел повесить трубку.
– Ваше счастье, что не повесили, – продолжала Терри. – Дэвид, Джой не убивал этого человека, ведь так?
Страх, который он прочел в ее глазах, не оставлял сомнений в важности его ответа.
– Я хотел, чтобы он спустил курок, Терри. Очень хотел. Это животное убило моего друга. Но Джой сказал, что дал вам обещание и сдержал слово.
Терри Розетти облегченно перевела дух.
В эту минуту в комнату вошел Джой, неся одежду, пару костылей и телефонную книгу.
– Должно быть, эта женщина, – сказал он. – К. Билл, ул. Белкнеп 391, район Бруклин. Я просмотрел другие справочники, и только это имя подходит. Между прочим, шмотки от Ассоциации бизнесменов Норт-энда.
– Что это такое? – спросил Дэвид.
– О, это простые и деловые ребята вроде меня, которые рады помочь бедным и несчастным, загоняемым в реку. – Джой заговорщицки улыбнулся Терри и подмигнул, не заметив, что жена никак на это не прореагировала. – Вы в состоянии двигаться дальше, доктор? – спросил он.
– Ну, конечно. А кстати, который час?
– Двенадцать тридцать. Это новый день.
– Три часа, – в изумлении покачал головой Дэвид. – Прошло всего лишь три часа...
– Что?
– Да так, ничего. Дай мне, пожалуйста, телефон. Остается только надеяться на то, что она права.
– Вы определенно в порядке? – спросил Джой, внимательно глядя на Дэвида сверху вниз.
– Разумеется, а что?
– У меня, конечно, нет образования и все такое... Ума я набирался на улице, но готов привести десяток причин, почему мы должны общаться с этой К. Билл не по телефону, а с глазу на глаз. Запомните, вы уже были арестованы за убийство. Так вот, только эта женщина может сейчас вас спасти.
Дэвид мгновенно понял. Если Кристина не имеет никакого отношения к смерти Бена, от их слов она может запаниковать или даже совершить фатальную ошибку. С другой стороны, если она как-то причастна или знает того, кто нанял Леонарда Винсента... Нет, лучше не думать.
– Когда это закончится, – проговорил он, – я напишу письмо в мой вуз с просьбой взять тебя туда почетным лектором. Ты будешь учить будущих медиков, как выжить в реальном мире. Идем!
Через десять минут они сидели в машине Руди Фишера, направляясь в сторону Бруклина.
– Не жми так, Руди, – приказал Розетти. – Нас не должны остановить. Если Винсент узнает из газет про эту женщину, нет смысла жать на газ. – Гримаса исказила лицо Дэвида, и он отвернулся к окну.
Они проехали с милю, когда Джой нарушил молчание.
– Доктор, я кое-что хочу сказать вам. Назовите это уроком, коль скоро вы зачислили меня в учителя.
Дэвид повернулся к другу, ожидая увидеть на его лице хитрую усмешку, которая обычно появлялась, когда он рассказывал одну из своих историй. Но в сузившихся, потемневших глазах Джоя он разглядел смертельную опасность. – Продолжай.
– Леонард Винсент может быть и не самый шустрый в своем мире, но он профессионал. И когда на сцене он или кто-то из его труппы, вам придется играть по правилам, которые будут диктовать они. Понимаете?.. Поскольку времени у нас в обрез, даю вам простой урок. Зарубите себе на носу одно правило. Одно правило, чтобы выжить в игре с Винсентом. Я не последовал ему там, в больнице, потому что обещал Терри. Но у вас нет Терри, стало быть, вы делаете так, как я говорю. Если вы считаете, что кто-то сделает это за вас, то, черт возьми, бросьте эту мысль и действуйте сами. И чем быстрее, тем лучше. Понятно? – Он сунул в карман Дэвида револьвер. – Держите. Что бы ни случилось, я предчувствую, что вам он больше понадобится, чем мне. Терри будет за вас молиться, когда узнает, что он перешел к вам.
* * *
Джон Докерти, присев на корточки у двери квартиры Дэвида, следил за тем, как бригада судмедэксперта закончила осмотр тела Бена и повезла труп к лифту. Он вопросительно взглянул на полицейского, который наводил справки у соседей по этажу. Мужчина отрицательно покачал головой:
– Ничего.
Это сообщение не удивило Докерти. Меньше слышать, меньше видеть, меньше говорить – только так можно выжить в этом городе. Он осмотрел отверстия, оставленные пулями вокруг дверного замка, и отошел назад, пытаясь восстановить картину преступления. Следы крови тянулись от лифта, вели в квартиру Дэвида и терялись у окна. Докерти отметил в своем блокноте: "проверить по военной и медицинской карте Дэвида его группу крови".
