участвовать в битвах.
Мальчик спустился по ступеням, завернул за угол и скрылся в подземном переходе. Идти на уроки явно не входило в его планы, ведь сегодня вместо них учеников коллежа «Франсуа Дюпон» ждала поездка в Лондон. И Эдриан не собирался её пропустить!
Полицейская машина остановилась перед пешеходным переходом. В салоне автомобиля сидели Сабрина и её отец, офицер Роджер Ранкомпри. Мимо прошли два подростка, и один их них кинул пустую банку из‐под газировки прямо на тротуар.
– Мусор надо бросать в помойку, а иначе ты мусоришь и получаешь штраф! – возмутился месье Ранкомпри.
Он уже открыл дверь, чтобы заняться нарушителями, но Сабрина остановила его:
– Папочка, не надо, прошу. А то опоздаем на поезд, а Хлоя на меня рассчитывает, – взмолилась она.
– Но закон есть закон, милая.
– Но ведь сейчас ты не на службе, а просто мой милый, добрый и заботливый папа, – возразила Сабрина и улыбнулась.
Отец хмыкнул, но, признав правоту дочери, закрыл дверь и поехал дальше. Однако это было не единственное происшествие. Уже спустя некоторое время на их пути встретилась авария. Две машины столкнулись, а рядом, отчаянно жестикулируя, ругались водители, выясняя, кто прав, а кто виноват.
– Вы в меня врезались! – вопил рассерженный мужчина.
– Нет, это вы в меня врезались! – кричала в ответ разгневанная женщина.
Месье Ранкомпри нахмурился, но продолжил путь. Он помнил, что дочь нужно доставить на вокзал вовремя. На их пути как назло всё время попадались нарушители. Вот и ещё один прохожий бросил мусор на дорогу. Негодование и бессилие овладели полицейским, но он старался сдерживаться и крепче сжал руль.
Эти сильные эмоции не остались без внимания – их тут же уловил Бражник. Большое круглое окно в его тайном убежище открылось, наполняя помещение светом и заставив вспорхнуть стаю белоснежных бабочек.
– Расстроенный полицейский жаждет справедливости, но ничего не может сделать, – довольным тоном произнёс Бражник. – Идеальная жертва!
Злодей протянул руку, и на неё тут же села одна из белых бабочек. Бражник наделил насекомое тёмной энергией, а затем выпустил теперь уже чёрного мотылька на свободу.
– Лети, мой маленький акума, и вселись в него!
Мотылёк полетел над городом, с каждым взмахом крыльев приближаясь к жертве.
И вновь полицейская машина остановилась на светофоре. Теперь перед ней стоял автомобиль, выпуская отвратительные выхлопные газы прямо в их окна. Месье Ранкомпри закашлялся и снова не сдержался:
– Что за загрязнитель?! Вот кому нужен штраф! Его машина не отвечает стандартам нашего города! – ругался он.
– Ну папа! – взмолилась Сабрина.
В этот момент телефон в её руке завибрировал, и на экране высветился знак – треугольник с восклицательным знаком внутри – и тревожный сигнал голосом Хлои возвестил:
– Сабрина, поторопись! Сабрина, поторопись! Сабрина, поторопись!
Она печально показала телефон отцу, тот сменил гнев на милость и поспешил отвезти дочь на вокзал. Любовь к дочери оказалась сильнее негативных эмоций, владевших им всего мгновение назад.
В этот момент Бражник уже ожидал, что акума вселится в полицейского, но что‐то пошло не так, и его планы нарушились.
– Что происходит? Его гнев сходит на нет, – разозлился он. – Лети быстрее, мой акума! Догони свою цель!
Наполненная злой силой бабочка устремилась за полицейской машиной.
В этот день не только Сабрина с отцом спешили на вокзал. Макс Канте с мамой подвозили Маринетт и Алю. Как только ребята вышли из машины, мадам Канте проверила электронную почту на часах.
– У вас нет новых писем, – возвестил автоответчик.
Мадам Канте тяжело вздохнула – этот факт явно огорчил её. Но она не подала вида и, выйдя из машины, весело предложила ребятам:
– Ну, кто хочет в кабину машиниста «Стартрейна»? – Именно мама Макса должна была вести сегодня их поезд в Лондон.
На ней уже красовалась бордовая форма машиниста. Волосы были собраны в тугой пучок, а в ушах поблёскивали серьги в виде маленьких Сатурнов.
– Я! Я! Я! – Одновременно подняли руки одноклассники.
– Спасибо, мадам Канте, – обрадовалась Аля. – Мне как раз нужен материал для моего блога по астрономии.
– Ты что? Начала очередной блог? – удивилась Маринетт.
– Не могу остановиться, жизнь – такая интересная! – развела руками Аля.
Маринетт бросила взгляд на другую сторону улицы и не поверила своим глазам.
– Стойте! Это что, Эдриан? – Она указала на бегущего мальчика.
Марков, робот Макса, просканировал его фигуру и заключил:
– Так точно, Маринетт! Это и правда Эдриан Агрест.
– Шанс, что отец отпустит его в поездку, был меньше двадцати двухсотых процента, – заявил Макс.
– Аля, эта поездка будет замечательной! – Маринетт мечтательно подняла глаза, скрестила руки на груди и положила голову на плечо лучшей подруге.
Тем временем Эдриан бежал к вокзалу мимо остановки и столкнулся с выходящим из автобуса Нино.
– Эдриан? Что ты здесь делаешь? – не поверил своим глазам друг.
– Мне надоело, что отец не пускает меня в школьные поездки.
– Ты что, решил его ослушаться? – удивился Нино.
– Не совсем. Ведь об этой я ему не рассказывал. – Эдриан пожал плечами и улыбнулся.
– Это очень хитроумно, дружище!
Нино положил руку на плечо Эдриана, и они отправились на посадку. Впереди их ждал прекрасный день и новые впечатления.
Глава 2
На перроне ожидал посадки пассажиров, поблёскивая стальным полированным корпусом, сверхскоростной поезд «Стартрейн». Он выглядел так, будто сошёл с экрана фантастического фильма. В кабине машиниста в кресле сидела Клоди Канте и рассказывала ребятам о своей работе и о механизме управления поездом, а Аля снимала её для своего блога.
– На протяжении всего пути от Парижа до Лондона машинист держит одну руку вот здесь. – Она взялась за хитроумное устройство: два рычага, соединенных в основании, и свела их вместе. – Называется «Кнопка мертвеца».
– А что случится, если вы её отпустите? – поинтересовалась Аля.
– Поезд сразу остановится, – ответила мадам Канте.
– Даже если на секундочку? – удивилась Маринетт.
– Это для безопасности, – пояснила Клоди. – Например, если я упаду в обморок.
Макс добавил:
– Поэтому я так люблю путешествовать с мамой на поезде. Он доставляет из точки А в точку Б точно по графику, всё рассчитано и безопасно, – уверенно сказал он.
Робот Марков летал вокруг Макса и прислушивался к общему разговору, а затем со знанием дела
