Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
Много ювелирных вещей Александра Федоровна покупала во время поездок в Европу. Например, в Берлине в начале 1830-х гг. она оплатила четыре ювелирных счета. Например, придворному ювелиру Вагнеру «за крест, фероньер, гребень, браслету и крючок для часов» выплатили 146 талеров[567].
Поводом для подарков становились различные семейные юбилеи. Мы уже упоминали, что к серебряной свадьбе в 1842 г. Николай Павлович подарил императрице Александре Федоровне диадему с жемчугами, сделанную из коронных бриллиантов. Впрочем, и саму диадему тут же внесли в Опись коронных бриллиантов. Кроме этого, императрице был подарен «бриллиантовый эсклаваж с семью, по числу детей, грушеобразными крупными подвесками»[568].
Ювелирная коллекция императрицы Марии Александровны
Если говорить о семье Александра II, то императрица Мария Александровна, как и все женщины, была неравнодушна к ювелирным украшениям. До нас дошло довольно много картин, написанных с императрицы Марии Александровны в различные годы ее жизни в России. Если затронуть тему ювелирных украшений, которые носила императрица Мария Александровна, то следует отметить, что она была неравнодушна к жемчугу, нити которого вплетались в волосы и использовались в виде бус, подвесок, браслетов и т. д. Но жемчуг императрица одевала только во время различных дворцовых церемоний. Вне этого она оставляла на себе только массивные золотые браслеты на левой руке и кольца. Так, на левой руке императрицы, наряду с массивными золотыми браслетами, на безымянном пальце было одето два золотых кольца. Именно о них писала камер-юнгфера императрицы А.И. Яковлева: «На левой руке она носила очень толстое обручальное кольцо и другое, такое же толстое, с узорною чеканкою, поперечник такой же толщины был прикреплен большим рубином. Это – фамильное кольцо, подаренное государем всем членам царской семьи»[569]. К сожалению, на картинах правая рука императрицы не просматривается полностью, но камер-юнгфера упоминает, что «на правой руке, на четвертом пальце, великая княгиня носила множество колец; это были воспоминания ее детства, юности, тут были кольца ее матери; все не дорогие и не имевшие даже особенного наружного достоинства»[570].
Во время венчания Марии Александровны была продолжена традиция, у истоков которой стояла супруга Павла I императрица Мария Федоровна. Когда в 1841 г. Мария Александровна выходила замуж за будущего Александра II, то «обручальные кольца были принесены заранее и положены на золотом блюде на престол. В надлежащее время духовник государя вынес кольцо для цесаревича, а для великой княжны – обер-священник армии и флота. Митрополит при молитве надел кольца на руки наследника и великой княжны, а государыня подошла и обменяла им кольца»[571].
Ф. Винтерхальтер. Портрет императрицы Марии Александровны. 1857 г.
Примечательно, что перстень, который был надет на руку Александры Федоровны в 1817 г. вдовствующей императрицей Марией Федоровной (Вюртембергской), был в октябре 1866 г. надет на руку цесаревне Марии Федоровне (Датской). В ноябре 1866 г. секретарь императрицы Марии Александровны писал секретарю цесаревны Марии Федоровны: «В обручальное кольцо Государыни Великой Княгини Цесаревны вставлен солитер в 15 1/4 каратов, оцененный в 1864 г. в 18 600 руб. сер. Солитер этот, согласно завещанию почивающей в Бозе Императрицы Марии Федоровны, употребленный уже при обручении двух цесаревен, должен на будущее времена всегда служить для той же цели»[572]. Под двумя цесаревнами имелись в виду Александра Федоровна (в 1817 г.) и Мария Александровна (в 1841 г.).
Следует отметить, что обручальные кольца хранили. Так, в коллекции Государственного Эрмитажа по сей день хранится обручальное золотое кольцо Павла I, изготовленное накануне свадьбы с Марией Федоровной. По внешней стороне кольца располагается одинарный ряд плотно примыкающих друг к другу довольно крупных бриллиантов, а на внутренней, поскольку обручающиеся менялись кольцами, выгравированы имя невесты и дата обручения: «В.К.М.Ф.Ч.15 Sept.1776», что означало «Великая Княгиня Мария Федоровна Числа 15 сентября 1776»[573].
И. Репин. Венчание Николая II и Александры Федоровны. 1894 г.
Обручальное кольцо будущего Александра III тоже было непростым, хотя и много проще обручального кольца невесты. В его обручальное кольцо также вставлен «солитер в 9 3/4 карата, оцененный в 1864 г. в 5700 руб. сер. Согласно желанию Ея Величества, солитер этот должен и на будущие времена находиться в обручальном кольце Цесаревича… и употребляться при его обручении»[574]. Следует обратить внимание на указанную в документе дату – осень 1864 г. Отсюда следует, что эти обручальные кольца готовились для обручения цесаревича Николая Александровича (Никсы), умершего в апреле 1865 г. в Ницце. Так что его младший брат Александр унаследовал от старшего не только титул цесаревича, но и невесту, Аничков дворец и обручальные кольца.
Мы можем с уверенностью предположить, что именно эти кольца были одеты во время обручения 14 ноября 1894 г. Николаем II и Александрой Федоровной в Большой церкви Зимнего дворца. В императорских дворцах к таким традициям относились очень серьезно. Именно они в числе прочего связывали поколения Романовых неразрывной связью. Это предположение подтверждается мемуарным свидетельством одного из офицеров царской яхты «Штандарт», который упоминает, что «Государь носил, вместе с обручальным кольцом, только крупный сапфир… и …золотые часы с короткой цепочкой и с какой-то медалью, которую тоже никогда никто из нас не мог рассмотреть поближе. При купаниях мы видели на простой цепочке из круглых колечек гладкий крестильный крест»[575].
Ф.С. Журавлев. Портрет императрицы Марии Александровны в трауре. 1870-е гг.
Эта длинная по времени история с обручальным кольцом цесаревичей имела свой трагический конец. Как отмечали современники, это «переходящее» обручальное кольцо было на руке Николая II, вплоть до его гибели в 1918 г. Когда после расстрела царской семьи в затопленной шахте, откачав из нее воду, нашли палец, то следователь Соколов немедленно отправил палец к эксперту. В тот же день врач Егоров осмотрел найденный палец и предположил, что он «скорее отрезан каким-либо острым режущим предметом, чем оторван». Современный следователь В. Соловьев предполагает, что, видимо, «это палец Государя Императора Николая II, на котором было кольцо с сапфиром. Юровский просто не мог стянуть кольцо с мертвой руки…»[576].
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
