Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
Поскольку две дочери Александра I умерли, будучи маленькими, то ювелирная коллекция императрицы Елизаветы Алексеевны не ушла по наследству. Памятные ювелирные мелочи, конечно, разошлись среди ее ближайшего окружения, но бо́льшая часть коллекции была продана. Продана по воле несчастной императрицы после ее смерти в 1826 г., а вырученные деньги стали неприкосновенным капиталом, обеспечивавшим устойчивое существование одного из привилегированных женских институтов. Только некоторые из вещей, оказавшихся в числе коронных бриллиантов, предположительно относили к драгоценным вещам из коллекции императрицы Елизаветы Алексеевны.
Ювелирная коллекция императрицы Александры Федоровны
Огромную ювелирную коллекцию сумела собрать жена Николая I, императрица Александра Федоровна. Это удалось ей благодаря усилиям ее мужа, который любил и баловал свою «Белую розу».
Прежде чем говорить о ювелирной коллекции императрицы Александры Федоровны, скажем несколько слов о ювелирных счетах самого Николая I, о тех ювелирных вещах, которые он покупал «для себя».
Когда великому князю Николаю Павловичу было два года, серебряных дел мастер Зар сделал для мальчика две пары серебряных башмачных пряжек по 6 руб.[551] Когда мальчику шел шестой год, императрица Мария Федоровна дважды в год, на день рождения и тезоименитство стала дарить сыну «на покупку бриллиантов» по 10 000 руб.[552] Со временем от имени Николая Павловича стали крестить младенцев, и он оплачивал подарочные ювелирные вещи, по традиции даримые родителям младенца. Так, в апреле 1807 г. придворному ювелиру Дювалю уплатили 350 руб. «за золотую гребенку, пожалованную коллежскому асессору Баранову за крещение у него младенца»[553]. В 1810 г. Дюваль изготовил для такой же ситуации бриллиантовые перстни[554].
А. Рокштуль. Детский портрет Николая I
Когда великий князь Николай Павлович уже был женат, он бережно хранил эпизоды их с Александрой Федоровной истории любви. В этой истории заметное место занимал знаменитый маскарад «Лалла Рурк». В память об этом галантном событии в октябре 1824 г. банкиру Мендельсону «для доставления к живописцу Гензену за взятие Его Высочеством 12 оригинальных рисунков, изображающих живые картины представления Лалла Рюк», перевели 690 талеров[555].
Став императором, Николай Павлович положил начало многим традициям среди мужской половины дома Романовых. В том числе и ювелирным. Он не носил ничего из драгоценностей, кроме мужских ювелирных вещей – золотого нательного креста, обручального кольца и орденов, украшенных бриллиантами. При Николае I стали глубокой архаикой мужские ювелирные традиции XVIII в. – усыпать себя бриллиантами наравне с женской половиной Императорского двора.
Ордена с бриллиантовыми вставками император покупал исключительно у золотых дел мастер Г.-В. Каммерера. Например, в марте 1833 г. Николай I уплатил ему 467 руб., в октябре – 255 руб.[556] Примерно такие же суммы за ордена Николай I платил золотых дел мастеру из года в год. У этого же мастера император поправлял свои ордена. Уже упоминалось, что Николай I регулярно посещал знаменитый «Английский магазин Никольс и Плинке», где лично выбирал ювелирные подарки для жены и дочерей. Если свести эти эпизоды в таблицу № 49, то получится следующая картина:
Таблица 49
Еще раз отметим, что эти скромные покупки уплачивались из не менее скромной гардеробной суммы Николая I. Серьезные ювелирные вещи оплачивались из бюджета Кабинета Е.И.В.
Император серьезно относился к выбору ювелирных изделий для своих подраставших дочерей. Например, в январе 1831 г. министр Императорского двора князь П.М. Волконский вел переписку с придворным ювелиром Яном об изготовлении «колье бриллиантового с бирюзами» для подарка 12-летней великой княжне Марии Николаевне. Ювелир представил три рисунка вариантов колье, отметив, что все варианты укладываются в сумму от 7000 до 10 000 руб. В результате Николай I выбрал «вариант А» стоимостью в 7000 руб. Для работы ювелиру из кладовых Камерального отделения Кабинета выделили «потребные для сего казенные бриллианты и бирюзы»[557].
Возвращаясь к истории формирования ювелирной коллекции императрицы Александры Федоровны, отметим, что все обязательные шаги в формировании коллекции были сделаны. Например, в день свадьбы, который был и днем ее рождения (1 июля), она «получила прелестные подарки, жемчуг, брильянты; меня все это занимало, так как я не носила ни одного брильянта в Берлине, где отец воспитал нас с редкой простотой».
Эскиз колье с бирюзой ювелира Г.-Э. Яна
Затем молодые проходили через церемонию обручения, во время которой они обменивались кольцами. Жена Николая I вспоминала, как проходило ее обручение 25 июня 1817 г.: «Я впервые надела розовый сарафан, брильянты и немного подрумянилась, что оказалось мне очень к лицу; горничная императрицы, Яковлева, одела меня, а ее парикмахер причесал меня; эта церемония сопровождалась обедом и балом с полонезами»[558]. Во время церемонии Александр I подвел к алтарю младшего брата Николая, а вдовствующая императрица Мария Федоровна «высокобрачную невесту». Митрополит Амвросий, приняв вынесенные из алтаря кольца, возложил их при обычной молитве на руки обручающихся, а императрица Мария Федоровна обменяла их перстнями[559].
Служебная переписка по изготовлению колье для Марии Николаевны (РГИА. Ф. 468. Оп. 5. Д. 10. Л. 1)
Фактически семья Николая I стала первой «нормальной» семьей, жившей в Зимнем дворце. Император любил жену и у него имелись возможности дать это понять бесконечными ювелирными подарками. После рождения каждого ребенка благодарный муж дарил жене какое-либо ювелирное изделие. Особенно роскошными были подарки после рождения сыновей. Так, когда Александра Федоровна родила третьего сына, великого князя Николая Николаевича, после череды из трех дочерей, радости самодержца не было границ. Третий сын для монарха был очень важен. Очень. Детскую смертность даже в царской семье никто не отменял, и прочность династии обеспечивалась рождением как можно большего числа сыновей. Поэтому в 1831 г. император Николай Павлович по случаю рождения сына подарил жене бриллиантовое с опалами ожерелье на баснословную сумму в 169 601 рубль. Это ожерелье изготовил ювелир и оценщик Кабинета Е.И.В. Готлиб Эрнст Ян, зять придворного ювелира Ремплера и ученик Мерца. Отметим, что опал тогда считался несчастливым камнем. Николай I, смело внедряя его в придворное женское окружение, фактически реабилитировал этот камень, сделав его даже модным.
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
