Михаил Барклай-де-Толли - Изображение военных действий 1812 года

После Лейпцигской битвы оставалось преследовать разбитого неприятеля, не допуская его сосредоточивать своих сил, и потому положено было направить армии: Главную – в правое крыло французов, на Наумбург и Иену; Силезскую – в левый их фланг, через Мерзебург; Северную и Польскую – к Люцену и Вейсенфельсу, куда направлялся Наполеон в своем отступлении из Лейпцига. Союзные войска двинулись за ним 8 октября.

Главная их армия разделена была на две колонны, из которых одну составили австрийские войска, а другую, вверенную Барклаю де Толли, россйиско-прусские резервы и корпуса графа Витгенштейна, имея в авангарде корпус австрийцев, под начальством генерала Гиулая. Вторая колонна была назначена следовать чрез Пегау на Наумбург, с повелением теснить французов и идти наперерез их пути, между тем как первая колонна пошла из Лейпцига на Цейц, Иену и Веймар. Гиулай не успел предупредить неприятеля в Кезенских дефилеях, прежде него занятых генералом Бертраном.

Он атаковал французов, но не мог вытеснить их из крепкой позиции. Во время этой атаки пришел в Наумбург Барклай, с прочими войсками колонны, и, по тесноте местности, не имея возможности ввести в дело свои войска, должен был выжидать одного из двух: или когда Гиулай оттеснит Бертрана, или когда Бертран добровольно отступит. В этом ожидании прошел целый день 9 октября.

На другой день французы отступили; Гиулай подвинулся вперед, но, неосновательно опасаясь за свое правое крыло, шел так медленно, что следовавшие за ним наши и прусские войска в целый день могли сделать только семь верст. Желая ускорить преследование французов, Барклай поручил графу Витгенштейну идти впереди Гиулая, и тогда дела приняли иной оборот. Преследование пошло живее.

В предположении, что Наполеон решится, может быть, дать сражение у Эрфурта, Главная армия сосредоточилась при Веймаре, готовясь, вместе с прочими армиями, атаковать неприятеля, но Наполеон не выждал нападения и продолжал отступать на Готу и далее. Графу Витгенштейну поручено было идти по его следам, а другим войскам Главной армии, следовавшей по-прежнему в двух колоннах, идти параллельно французам.

При колонне Барклая, направлявшейся через Кравихфельд, Арнштадт и Мейнинген, находился император Александр. С вступлением в Тюрингенский лес ей пришлось идти, равно как и австрийской колонне, по снегу и грязи, чрез такие теснины, где иногда две лошади не могли проходить рядом. Это замедляло марш армии, а между тем Наполеон успел разбить у Ганау отложившиеся от него, еще до Лейпцигского сражения, Баварские войска, и чрез то открыл себе путь во Франкфурт-на-Майне, откуда уже беспрепятственно продолжал отступление к Рейну и за Рейн, в пределы своей империи.

24 октября наши войска достигли Франкфурта и стали на кантонир-квартирах, по берегу Рейна, между Майном и Неккаром. Главная квартира Барклая была сначала во Франкфурте, но потом переведена в Ашаффенбург. Отдых был необходим; он продолжался более месяца и доставил союзникам возможность пополнить все свои убыли, а между тем и Наполеон принимал меры к поражению союзных армий, если бы они, как он основательно полагал, решились перевесть войну в пределы Франции.

В исходе октября войска Главной армии начали сближаться к швейцарской границе и, прибыв, 22 октября, а к Базелю, в первый день 1814 года перешли там через Рейн. Так, через полтора года после вторжения Наполеона в Россию и равно через год после перехода наших войск за Неман, знамена их развевались на рубеже.

Еще до выступления за Рейн, по случаю усиления Главной союзной армии присоединением к ней вновь некоторых германских войск, последовали перемены в ее разделении. Армия была составлена из шести пехотных корпусов, с небольшим числом конницы при каждом, и из двух австрийских отдельных дивизий пехоты. Первые три корпуса были австрийские, четвертый – Вюртембергский, пятый состоял из австрийцев и баварцев, шестой – из войск графа Витгенштейна.

Резерв армии делился на две части, состоявшие: одна из австрийских, а другая из русских, с частью прусских и баденских войск. «Граф Барклай де Толли, – читаем в «Описании войны 1814 года» Михайловского-Данилевского, – носил звание главнокомандующего Российской армии, но непосредственно заведовал только Российско-Прусским резервом, при коем он находился, передавая ему повеления императора Александра и сообщая о распоряжениях князя Шварценберга.

Его влияние на бывшие при трех действующих армиях боевые корпуса наши ограничивалось общим надзором за устройством их и хозяйственной частью. Снабжение Русских войск снарядами и амуницией составляло немаловажный труд, как по удалению войск от границ России, – и, следовательно, от необходимых пособий и источников подкреплений, – так и по причине размещения их по разным армиям, где они состояли в ведении иностранных начальников, не имевших прямой обязанности заботиться об их внутреннем благосостоянии.

Часто бывали ощущаемы недостатки в снарядах и разного рода амуниции, не оттого, чтобы их не было в запасе, но от самой невозможности доставлять их войскам. Граф Барклай де Толли не был при корпусах и не мог знать о предписаниях и назначениях, мимо его к ним посылаемых. По части продовольствия союзники также мало содействовали русским и нередко оказывали совершенное равнодушие к нашим нуждам».

По переходе за Рейн, для Главной армии избрана была операционнй линией дорога, идущая из Базеля, между горами Вогезскими и Юрою, через Везуль, на Лангр, назначенный сборным местом по весьма выгодному положению своему в военном отношении. Для удобства в движениях, армия была разделена на девять колонн, из которых первые пять состояли исключительно из австрийцев, шестая из виютембергцев, седьмая из баварцев, восьмая из русских, девятая из русских, пруссаков и баденцев.

Барклай находился при последней колонне и следовал с нею, в виде резерва, за авангардной колонной графа Гиулая, пошедшей на Лангр, по большой Парижской дороге, через Момбельяр и Везуль. Ему предписано было от Шварценберга быть во всегдашней готовности подкрепить ту из остальных колонн, которая первая подвергнется неприятельскому нападению.

Дождь, снег, оттепели и морозы попеременно затрудняли переходы, но не останавливали войск, благодаря настойчивости и деятельности императора Александра. 9 января Барклай де Толли пришел с своей колонной в Лангр, куда вскоре прибыли и все три союзные монарха, а также князь Шварценберг. Тут, в продолжение шести дней, происходили обсуждения и совещания, имевшие целью решение вопроса: должно ли довольствоваться приобретенными успехами и заключить с Наполеоном мир, или продолжать войну, с тем чтобы, в случае благоприятного хода ее, восстановить в Европе порядок вещей, существовавший до Французской революции?