Все лето 1950 года Сэлинджер напряженно работал над книгой, которую закончил осенью. Однажды Сэлинджер приехал из Вестпорта домой к Уильяму Максвеллу, на Восточную 86-ю улицу и сам прочитал Максвеллу рукопись. Он прочел роман полностью, осуществив, в конце концов, свою мечту сыграть Холдена Колфилда.
Возможно, было бы лучше, если б он прочитал свое произведение вслух в редакции New Yorker. Литературный агент Сэлинджера Дороти Олдинг представила роман этому журналу, но там роман моментально отвергли. Редакторы не поверили в Холдена как в персонаж, сочтя его слишком вычурным, слишком «манерным».
Отрицательная реакция журнала New Yorker на «Над пропастью во ржи» была обусловлена непоколебимым неприятием редакцией того, что называется «сознанием автора». Это считалось «показухой», допустимой в многотиражных журналах, но не в New Yorker.
В письме от 25 января 1951 года Гас Лобрано писал:
Вероятно, вы уже слышали эту новость от мисс Олдинг и знаете, что у нас, увы, большинство высказалось против публикации вашей книги.
По меньшей мере, двое из нас прочли ваш роман, и, по нашему мнению, то, что в одной семье (семье Колфилд) четверо таких необычных детей, … не вполне правдоподобно.
Другой момент: мы не могли не почувствовать, что это произведение слишком замысловато и структурно не изменяемо… У нас в редакции сложилось прочное предубеждение против того, что (как вы знаете) мы называем авторским сознанием[282].
По мнению самого Лобрано, Сэлинджер был не готов написать роман. Лобрано считал, что автор, по-видимому, «слишком погружен»[283] в настроение романа и его эпизоды и не может от них освободиться. Редакторы отдела художественной литературы в журнале New Yorker не только отвергли роман, не только сказали, что роман необходимо полностью переписать, добавив, что не верят в роман.
Иными словами, в New Yorker Сэлинджера назвали фальшивкой.
Затем очередь совершить одну из худших ошибок в истории книгоиздательства пришла для Harcourt. В офис Жиру прибыл курьер с пакетом от Дороти Олдинг. На первой странице присланной рукописи было выведено: «Над пропастью во ржи».
Жиру роман понравился, и он решил опубликовать его. Но затем Жиру передал рукопись своему боссу, Юджину Рейналу, получившему образование в Гарварде и Оксфорде. Впоследствии Жиру назвал Рейнала «бестактным» и «ужасным снобом»[284]. Рейнал, имя которого было внесено в нью-йоркский «Реестр элиты общества» (светский календарь), представлял все то, что презирали Сэлинджер и Холден.
Не получив ответа в течение двух недель, Жиру отправился повидаться с Рейналом. «Книга Рейналу не понравилась, – вспоминал Жиру. – Он не понял роман. Он спросил меня: “Этот парень в книжке – он, надо думать, сумасшедший?”» Жиру признался Рейналу, что Холден – «неуравновешенный, возбудимый» парень, но утверждал, что «Над пропастью во ржи» – отличная книга. «Джин, – сказал Жиру, – я руку жал этому писателю. Сейчас у нас есть джентльменское соглашение. Я согласился опубликовать эту книгу».
– Ну да, – ответил Рейнал. – Однако, Боб, тебе следует вспомнить, что у нас есть отдел учебной литературы.
– Отдел учебной литературы? – изумился Жиру.
– Так ведь и книжка о мальчишке из частной школы, не так ли? Сейчас я ожидаю их отклика[285].
Таким образом, Рейнал отправил рукопись «Над пропастью во ржи» на рецензирование в отдел учебной литературы. Неудивительно, что в отделе учебной литературы книга энтузиазма не вызвала, хотя некоторые сотрудники издательства просто дрались за возможность прочитать роман.
Понимая, что Harcourt вряд ли опубликует роман «Над пропастью во ржи» в его нынешнем виде, Жиру пригласил Сэлинджера на ланч и попытался убедить автора подумать над переделкой книги. За ланчем Сэлинджер хранил молчание. Не было абсолютно никакого способа побудить его к переписыванию романа.
Вернувшись в издательство, Жиру повторил Сэлинджеру вопрос Рейнала: «Малый в книге – он псих?» Сэлинджер не ответил на вопрос, и позднее Жиру понял, почему – Сэлинджер плакал. Сэлинджер поднялся, вышел из кабинета Жиру, спустился на первый этаж и позвонил Олдинг. «Вытащи меня из этого издательства, – попросил он. – Они тут думают, что Холден сумасшедший». А Жиру в тот же день решил уйти из Harcourt. По крайней мере, так он рассказывал многие десятилетия. На самом деле Жиру проработал там до 1955 года. Противоречия в рассказе Жиру побудили меня к тому, чтобы услышать версию произошедшего от кого-то, кто знал всех главных действующих лиц этой истории. В июле 2013 года я поговорил с Джеральдом Гроссом, которому на момент нашей беседы было 92 года. Гросс 14 лет работал с Юджином Рейналом, сначала в издательстве Reynal & Hithcock, потом – в издательстве Harcourt. Никогда прежде Гросс об этом деле публично не рассказывал. Работая в Harcourt, Гросс держал в руках рукопись «Над пропастью во ржи». Вполне возможно, что Гросс – последний оставшийся в живых из тех, кто касался оригинальной рукописи. Гросс объясняет, что когда умер Кёртис Хичкок, партнер Рейнала, Рейнал продал свое издательство. Слияние издательств произошло в 1947 году. Через год в Harcourt остались только трое бывших сотрудников Reynal & Hithcock.
По словам Гросса, Рейнал, который возглавлял в Harcourt, Brace отдел продаж, «не смог понять» роман Сэлинджера и сказал: «Надо дать почитать это людям из отдела учебной литературы». Вице-президент Harcourt, курировавший работу отдела учебной литературы – примечательно, что этого человека звали Дадли Мик, – сказал Рейналу, что «если мы опубликуем это произведение так, как оно написано, это убьет наше подразделение школьной литературы». Гросс сказал: «В то время наш бизнес был очень консервативным. А издание школьной литературы было самым выгодным видом деятельности» Harcourt, Brace, а Мик «боялся языка». В официальной версии этой истории есть козел отпущения (Рейнал) и мученик (Жиру), но эта версия не является исчерпывающей. Принятое деловое решение не столько спасло издательство от затруднений, сколько стоило ему десятков миллионов долларов упущенной прибыли, а может быть, и больших потерь.
Гросс рассказывал: «После разговора Мика с Рейналом Боб Жиру приказал мне вернуть рукопись из типографии. Было сказано: мы должны внести некоторые изменения». Сегодня легко забыть о том, насколько радикальной книгой был роман «Над пропастью во ржи» для Америки того времени – насколько революционной была эта книга во всем, начиная с использования слова fuck и заканчивая враждебно-пренебрежительным отношением к действительности как к неизменной данности.
