Курт Айхенвальд - Информатор

Утром 19 апреля около правительственного здания Альфреда Марры в Оклахома-Сити остановился грузовик. В его кузове была бомба, начиненная смесью мазута и химических удобрений. Водитель Тимоти Маквей поспешно выбрался из кабины и удалился. Через несколько минут бомба взорвалась, разрушив опорные колонны и вызвав многочисленные повреждения по всему фасаду здания. Под завалами нашли сто шестьдесят восемь трупов.{236}

Пять дней спустя в штаб-квартире одного из лоббистов лесной промышленности взорвалась бомба, пришедшая по почте; погиб один человек. Скоро установили, что бомбу послал знаменитый «Унибомбер»[56] который двадцать лет терроризировал Америку.

Американским органам правопорядка еще не приходилось сталкиваться с двойными террористическими актами, и они удвоили свои усилия по поимке террориста. ФБР бросило на выполнение этой задачи сотни агентов со всей страны. Луис Фри и другие высшие чины ФБР не покидали командного пункта на пятом этаже Эдгар-Гувер-Билдинг. Эспозито несколько недель проводил там по восемнадцать часов в сутки, пока его не отправили командовать операцией в Оклахоме.

Эти два расследования первостепенной важности отнимали столько внимания и средств, что остальные, не столь срочные дела отошли на задний план. А у Эспозито и вовсе не было времени заниматься ничем иным, и о своем решении изучить прошлое главного свидетеля по делу АДМ он просто забыл.

Шепард и Уайтекер сидели в автомобиле на стоянке декейтерской больницы Святой Марии. Уайтекер рассказывал агенту о переговорах с конкурентами в Гонконге, откуда только что вернулся. В заключение Шепард вручил Уайтекеру несколько кассет и прочие материалы, которые могли понадобиться, и посоветовал спрятать их в кейс.

– Обязательно, Брайан, – заверил его Уайтекер. – Вот только наведу в нем порядок, а то там скопились бумажные завалы.

Кивнув, Шепард распрощался с Уайтекером и вышел. Уайтекер перевел дух и завел машину. Слава богу, Шепард не заставил его открыть кейс. Было бы трудно объяснить, почему он набит пачками банкнот на сумму в несколько десятков тысяч долларов.{237}

Шепард уже больше двух лет не занимался ничем, кроме «Битвы за урожай», и все рутинные дела декейтерской резидентуры легли на агента Джона Брака. Его рабочий стол стоял рядом со столом Шепарда, и Брак был в курсе расследования по делу АДМ, хоть и не принимал в нем участия. Ему хватало повседневных обязанностей, исполнения которых от резидентуры требовали по-прежнему, невзирая на проводимое крупное расследование.

Утром 27 апреля Брак был в помещении один. В 9.55 раздался звонок на линии «алло». Может, звонит Уайтекер? И Брак подошел к телефону.{238}

– Алло, – произнес он.

Помолчав, человек на другом конце провода спросил:

– Это ФБР?

– Вы ошиблись номером, – ответил Брак.

Через двадцать пять минут раздался звонок на основной линии.

– ФБР, – произнес агент на этот раз.

В трубке снова помолчали, затем звонивший сказал: «Простите, я ошибся номером» – и дал отбой.

Голос был, похоже, тот же самый, который он слышал по линии «алло».

Что еще за проверки?

Брак набрал номер спрингфилдского офиса. Следовало немедленно доложить об этом руководству.

В ожидании лифта Уайтекер покосился на прилавок с деликатесами, установленный на первом этаже элегантного просторного вестибюля. В этот день, 18 мая 1995 года, небо над Чикаго хмурилось, но под стеклянным потолком вестибюля было светло. Прибыл лифт, Уайтекер зашел в кабину и нажал кнопку шестого этажа, где теперь располагался новый офис антитрестовского отдела Среднего Запада.

Подготовка к решительному штурму АДМ набирала обороты. Уайтекера без конца таскали на совещания, уточняя всевозможные детали. Юристов и агентов ФБР интересовала планировка зданий, расположение кабинетов главных менеджеров и их распорядок дня, места хранения документов и многое другое. А еще требовалось подготовить Уайтекера к появлению перед большим жюри, которое соберется уже скоро.

Теперь, посреди общего ликования, звонок по линии «алло» прозвучал особенно неприятно, но времени на расследование этого случая уже не было. Бюро подключило к линии «алло» автоматический регистратор звонков, чтобы записать номер звонившего. Но никто не звонил.

На шестом этаже Уайтекер вышел из лифта, пересек вымощенный мрамором холл и оказался в антитрестовском отделе. Там его проводили в конференц-зал, где уже были Манн и Мучник. Уайтекер уселся за большой фанерованный стол. Напротив устроился Мучник. Манн стала задавать вопросы, но Уайтекер отвечал невпопад и казался рассеянным.

– Как вы думаете, ребята, все кончится для меня хорошо? – спросил он вдруг. – Все ведь поймут, что я поступил правильно, да?

– Как мы можем это знать, Марк? – ответила Манн.

– Мошенников арестуют, со мной все будет в порядке, правда?

– Марк, мы не знаем. И не можем знать. Давайте займемся делом.

Манн хотела восстановить ход событий с самого начала и прежде всего разобраться с вымышленным телефонным звонком Фудзивары, когда, по утверждению Уайтекера, тот вымогал у АДМ деньги. Для чего он это делал?

– Давайте пройдемся по этой истории с самого начала, – попросила она.

Уайтекер смущенно кивнул.

– Ну… у нас на заводе не ладилось с производством лизина, и все это было очень странно, – начал он.

Звонка от Фудзивары на самом деле не было, просто он подумал, что на заводе действует саботажник, сказал Уайтекер. Но никто не принимал его опасений всерьез, и тогда он решил придумать эту историю со звонком, чтобы привлечь внимание руководства.

Мучник слушал бизнесмена, не перебивая. Он подозревал, что Уайтекер просто напортачил с наладкой лизинового производства и, чтобы скрыть это, сочинил дурацкую историю. «Он ввязался в опасную игру, – думал Мучник, – и к тому же перестарался».

Когда беседа закончилась, Мучник выглянул в окно. Сыпал мелкий дождь. Но в этот вечер у его бейсбольной команды была назначена игра, и он хотел принять в ней участие, невзирая на непогоду. Переодевшись в спортивный костюм, он поспешил вниз. Выйдя из здания, он остановился, увидев Уайтекера.

Тот стоял под защитным козырьком около дверей, уставившись на здание банка на противоположной стороне улицы. Мучник подошел к нему.

– Может, возьмем такси на двоих? – спросил он.

– Нет, мне надо встретиться с одним человеком, – ответил Уайтекер, не отрывая взгляда от банка.