если повезет, и что там будет дальше знает только Господь Бог, а остаться с бортами на руках, которые остались без обслуживания… Нам такого точно не нужно.
А еще уже упомянутые соевые бобы для улучшения ситуации с кормами для нашего животноводства. В качестве демонстрации добрых намерений мы выписали один сухогруз еще зимой и теперь вели переговоры о том, чтобы закупать американскую сою на постоянной основе. Логика тут была простейшей — чем больше будет экономических связей между СССР и США, тем сложнее будет американцам вести против нас подрывную работу.
Короче говоря, предложений было много, и самое главное, что население Америки, уставшее от бесконечной военной напряженности администрации Рейгана-Буша, от конфликтов, от больших трат на армию, от маниакального желания республиканцев вляпаться во все возможные заварушки по всей планете, демократов в обозначенном курсе в массе своей поддерживало.
Глава 2−2
ОбЗарПресс
6 апреля 1989 года; небо над Атлантическим океаном
NEW YORK POST: Москва запускает лазер — Вашингтон закрывает глаза
Пока в демократическая администрация Вашингтоне продолжает тешить себя иллюзиями о «конце холодной войны», Советский Союз делает то, что он умел делать всегда: молча, методично и без сантиментов наращивает военную мощь. Запуск в мае 1987 года космического боевого лазера СКИФ — пусть и в виде масс-габаритного макета, выведенного ракетой-носителем «Энергия», — стал недвусмысленным сигналом всем, кто еще верит в сказки о миролюбивом Кремле.
Работы над этим лазером велись уже давно, с начала 1980-х. Это не импровизация и не научный эксперимент, а продуманный ответ на американскую программу СОИ, на наши «Звёздные войны». СССР показал: если Америка собирается обороняться от русских ракет в космосе, коммунисты готовы вынести туда наступательное оружие.
И всё это происходит на фоне громких заявлений о разрядке, о «новом мышлении», о конце противостояния, которые звучат из уст председателя Горбачёва и поддакивающего ему президента Дукакиса. Нас уверяют, что холодная война осталась в прошлом. Но реальность упрямо говорит об обратном: гонка вооружений не просто продолжается — она выходит на новый, орбитальный уровень.
Пока демократы в Конгрессе режут военные бюджеты, подрывают армию, блестяще проявившую себя в Ираке и на Балканах, обсуждают сокращение стратегических сил и вывод американских войск из Европы, Советский Союз продолжает милитаризоваться. Нам показывают показательные сокращения численности советских войск — но кто в здравом уме поверит, что коммунистическая система, способная мобилизовать миллионы, не сможет в любой момент снова набрать столько солдат, сколько ей потребуется?
Запуск космического лазера — прямое нарушение собственных советских деклараций о «мирном космосе». Это предупреждение Америке: разоружаться рано. Напротив, необходимо срочно ускорить программу СОИ, вывести на орбиту собственные противоспутниковые и противоракетные системы и прекратить самообман.
Пора честно признать и ещё одну неприятную истину: США отстают от СССР в космосе. У коммунистов есть большая орбитальная станция, целый зоопарк ракет-носителей — и, что особенно унизительно, они развивают коммерческий космос. Космический туризм, глобальная навигация, спутниковое телевидение — всё это у них уже не фантазии, а работающие программы.
Америка должна снова стать великой в космосе. Мы уже делали это однажды — в 1960-х, когда всего за несколько лет обошли красных в лунной гонке. Мы обязаны повторить этот успех на новом уровне! Потому что если мы продолжим колебаться, то через 20 лет будет уже поздно: русские уйдут так далеко вперёд, что догнать их станет невозможно.
Пообедали.
Где-то на траверзе Гренландии — о том, что мы пролетаем остров, сообщил командир экипажа, внизу все, как водится, было затянуто сероватой пеленой — ко мне подсел новый молодой референт с пачкой газет, блокнотом и ручкой. Парню было всего двадцать шесть, я его из Горьковского горкома ВЛКСМ выдернул исключительно за знакомую фамилию.
— Ну что, Сережа, давай рассказывай, что о нас вражеские журналисты пишут, — в обязанности парня было вменено анализировать иностранную прессу и делать для меня выжимки самых интересных статей. Раньше я сам подобным занимался просто в качестве развлечения и разминки для мозга, ну и чтобы английский не забывать, но со всеми этими событиями последних месяцев стало окончательно не до того, пришлось выделять ставку под специально обученного человека.
— Ругают, как обычно, Михаил Сергеевич, — Кириенко быстро понял, что со мной можно общаться более-менее ровно в неформальной обстановке и с видимым удовольствием переводил разговор именно на такие рельсы.
(Кириенко С. В.)
— Это хорошо, значит, все мы делаем правильно, — я улыбнулся и махнул рукой, предлагая переходить к делу.
— Начнем с крупных калибров. The Times вовсю воет о сближении США и СССР и о том, что это напрямую бьет по Лондону.
— Так и есть. Отмена закона Гласса-Стиголла, за который проголосовал Конгресс в прошлом месяце, напрямую затрагивает интересы англичан. У них буквально из пасти вырывают кусок, который они считали своим. Это хорошо для нас?
— Ммм… Хорошо? — Парень явно не успевал следить за моей мыслью.
— Да, потому что с американцами нам договориться проще, чем с британцами. Запомни, англичане до сих пор мыслят имперскими категориями, а при существовании живых США и СССР единственный способ у Лондона проводить собственную политику — это сталкивать нас лбами и играть на противоречиях. А учитывая, что лаймы в этом самые опытные игроки на планете…
Зачем я все это рассказывал молодому парню, который еще фактически не имел никакого аппаратного веса и вообще был большим «нулем без палочки»? Очень просто — я рассматривал его как одного из возможных преемников. На дальнюю перспективу, конечно, еще лет десять-то — а то и пятнадцать — я, глядишь, «попылю», но потом… Сидеть «на троне» до момента «сосисок сраных», как Брежнев, мне ну вообще не улыбалось нисколько. Ну и совершать классическую ошибку всех «сильных» правителей, которые просто за счет своего политического веса выжигали все поле вокруг, не давая прорасти молодой и талантливой поросли, я тоже не хотел.
Был ли Кириенко стопроцентным вариантом? Конечно нет. За ним в той жизни было немало прегрешений, опять же дефолт 1998 года случился именно в бытность Сергея Владиленовича на посту премьер-министра России… С другой стороны, можно ли его в этом обвинять, учитывая, что назначен он был на эту должность меньше чем за четыре месяца до обвала рубля, — вряд ли в тот момент уже можно было — если вообще нужно — что-то спасти иным образом. А потом именно с его фамилией связано
